82%. С такой точностью теперь машина видит риск для сердца, просто глядя вам в глаза. Я сидела на кухне, планшет светился в сумерках. Катя скинула статью из научного журнала. Там пишут, что генетики и программисты научили алгоритм предсказывать удар за пять лет до того, как он случится. — Лида, ты только посмотри! — Валентина Петровна влетела без стука. В руках ворох цветных бумажек.
— В одной клинике «глубокий скрининг сосудов» за пять тысяч. В другой — «фото дна» за полторы. А в нашей поликлинике вообще сказали, что это просто осмотр. Кому верить? Я достала очки. В буклетах картинки красивые, аппараты блестят. Но суть-то одна. Тот самый алгоритм, про который Катя писала. Ему нужно всего тридцать секунд. Один раз моргнул, камера щелкнула — и всё. Машина видит микроскопические изменения в сосудах сетчатки. Вот ведь как бывает. Раньше по глазам только близорукость искали, а теперь почти судьбу. Валентина Петровна за чаем потянулась, да замерла с чашкой. — Точность восемьдесят два проце