Андрей Савельев прошёл две командировки, выбивал двери в четырёх странах, видел всякое. Но когда токийское агентство наняло его сопровождать жену московского девелопера на неделю шопинга, он понял — к такому не готовят.
«Простая работа», — сказал координатор, протягивая папку.
«Охраняешь русскую даму. Она закупает косметику для своих студий. Семь дней максимум.»
Семь дней стали двадцатью восемью. Токио разобрал его по запчастям, пока он смотрел.
День первый: «Они в порядке вообще?»
В аэропорту Нарита его встретила Светлана Борисова — 38-летняя владелица сети студий красоты из Екатеринбурга. Собранная, конкретная, без лишних слов.
«Савельев? Хорошо. Предупреждаю сразу — будет странно», — бросила она, садясь в аэроэкспресс.
«Якудза?» — уточнил Андрей.
«Хуже. Японские женщины.»
Первый удар случился прямо на выходе из метро Сибуя. Навстречу шла японка в длинных перчатках до локтя, с УФ-маской на лице и зонтом, хотя небо было затянуто тучами.
«Она больна?» — тихо спросил Андрей.
«Она просто не хочет загореть», — ответила Светлана, не обернувшись.
В торговом квартале Харадзюку Андрей потерял ориентацию. Женщины двигались по узким магазинчикам сосредоточенно, без суеты — как будто выполняли что-то обязательное. Очередь на сорок человек за патч-маской с экстрактом ласточкиного гнезда.
«Что там — золотые слитки?» — не понял он.
«Почти. Сыворотка с жемчужным порошком за двести пятьдесят долларов.»
Молоденькая продавщица объясняла покупательнице про «skin flooding» — процедуру, при которой кожу пропитывают семью слоями эссенций по очереди, каждые тридцать секунд.
«Я видел химзащиту в полевых условиях, но вот это...» — пробормотал Андрей.
День третий: «Стоп, это нормально?»
Светлана потащила его в клинику эстетической медицины в районе Оомотэсандо. Андрей решил, что попал в приёмный покой после взрыва.
В коридоре сидели девушки лет семнадцати-двадцати с компрессионными повязками на подбородках. Рядом мамы листали каталоги процедур, как меню в семейном кафе.
«Мам, а можно сразу и скулы?» — спросила одна пациентка из-под повязки.
«Сначала заживёт, потом обсудим», — невозмутимо ответила мать.
Хирург-консультант раскладывал перед новой клиенткой фотографии результатов. Все лица выглядели одинаково — большие глаза, острый подбородок, ровный нос.
«Их что, штампуют?» — прошептал Андрей.
«Существует три канона красоты. Все подгоняют себя под один из них», — объяснила Светлана.
В соседнем кабинете женщина лет тридцати пяти делала инъекции для коррекции линии челюсти. Добровольно и с удовольствием.
«А если перестараются?» — спросил Андрей у медсестры.
«Зато симметрично», — пожала та плечами.
День седьмой: «Я не готов»
Страшное Андрей увидел в спа-салоне в Гиндзе. Светлана записалась на процедуру, его оставили ждать в холле с зелёным чаем.
Через стеклянную перегородку было видно, как на лицо клиентки мастер аккуратно выкладывал живых улиток — крупных, влажно поблёскивающих.
«Что это вообще такое», — не спросил, а констатировал Андрей.
«Терапия улитками. Очень востребовано», — спокойно пояснила администратор. — «Желаете записаться?»
«Я лучше на стрельбище», — отозвался он.
В зале рядом женщине делали массаж шеи нагретыми нефритовыми роликами, вручную управляемыми механическим манипулятором за триста восемьдесят долларов. Клиентка лежала с блаженным выражением лица.
«И каков эффект?» — поинтересовался Андрей.
«Лимфодренаж и омоложение», — серьёзно ответила мастер.
«За четыреста баксов?»
«За триста восемьдесят», — поправила она.
Андрей сел в кресло и уставился в потолок. В армии хотя бы был устав.
День десятый: Провал за ужином
Светлана пригласила его на деловой ужин с японскими партнёршами. За столом в ресторане Нихонбаси сидели четыре женщины — безупречная кожа, тонкие запястья, одинаково сдержанные улыбки.
Андрей заказал рамен с говядиной и пиво. Девушки — бульон даси и воду без газа.
«Может, закажете что-нибудь посущественнее?» — попытался он разрядить обстановку.
Пауза. Одна из японок — Ёко — тихо произнесла:
«Я вешу сорок шесть килограммов при росте сто шестьдесят пяти. Коллеги считают, что мне стоит похудеть ещё.»
«Подождите», — Андрей отложил палочки. — «Вы серьёзно?»
«В нашем офисе идеал — сорок три», — вставила Светлана.
Третья девушка — Нацуми — показала ему приложение-дневник питания:
«Вот мой план на неделю: понедельник — рисовый отвар, вторник — половина авокадо, среда — варёный батат...»
«Вы так умрёте», — тихо сказал Андрей.
«Зато влезу в платье к свадьбе подруги», — радостно ответила она.
Андрей посмотрел на свой рамен и есть расхотел.
День пятнадцатый: Золото на лице
Светлана привела его в флагманский салон Гиндзы. Там предлагали «платиновую маску» за двести восемьдесят долларов — на лицо наносили суспензию с наночастицами платины.
«Это же просто химия», — заметил Андрей.
«Запись на два месяца вперёд», — сухо ответила администратор.
В кабинете за матовым стеклом на кушетке лежала девушка лет двадцати трёх. Мастер кисточками наносил состав слой за слоем, как художник-реставратор.
«И что будет потом?» — спросил Андрей.
«Кожа светится изнутри», — объяснила клиентка, не открывая глаз.
«За двести восемьдесят долларов?»
«За такие деньги всё должно светиться», — буркнул он себе под нос.
В соседнем кабинете косметолог втирала в кожу состав с вулканическим пеплом с Фудзи. Мелкодисперсный, почти невидимый.
«Это же абразив», — поморщился Андрей.
«Это минеральный эксфолиант», — поправила косметолог. — «Исключительная эффективность.»
«Эффективно содрать всё живое», — пробубнил он.
День двадцатый: Операция «Контент»
Андрей думал, что привык. Но Токио держал в запасе ещё кое-что.
В кафе Сибуя он наблюдал, как шесть студенток сорок минут фотографировали один стакан матча-латте. Каждый снимок уходил в приложение на пять-семь минут обработки.
«Что они делают?» — спросил он у Светланы.
«Редактируют. Расширяют глаза, выравнивают тон, вытягивают лицо.»
Андрей заглянул через плечо одной девушки. На исходном снимке — обычная молодая японка. После обработки — фарфоровая кукла с нереальными пропорциями.
«Это же другой человек».
«Это идеал», — спокойно ответила Светлана.
Девушка наконец осталась довольна результатом и выложила фото. Через минуту — сто двадцать лайков.
«Лайкают человека, которого не существует», — сказал Андрей.
«Добро пожаловать в Токио», — ответила Светлана.
День двадцать пятый: Последняя черта
В университетском квартале Хонго Андрей случайно оказался рядом с группой студенток-медиков. Они обсуждали летние планы. Одна — Маи, двадцать один год — рассказывала, что потратит всю стипендию за семестр на курс мезотерапии.
«Ты же будущий врач», — не выдержал Андрей. — «Ты понимаешь, что это делает с кожей в двадцать лет?»
«Понимаю», — кивнула она. — «Но конкуренция на стажировку очень высокая. Внешность важна.»
«В медицине?»
«Везде», — просто ответила Маи.
Андрей вышел на улицу. Закурил. Долго смотрел на неоновую рекламу очередного косметического бренда на стене небоскрёба.
В Токио реклама красоты занимает примерно треть всех городских поверхностей. Он посчитал вывески на одном перекрёстке — их было одиннадцать.
Шесть — косметика и клиники.
Последний день: Усталость
В день отлёта Светлана зашла попрощаться с Ёко и Нацуми. Андрей стоял чуть в стороне.
Девушки смеялись, показывали друг другу что-то в телефонах, строили планы на следующий сезон процедур. Обычный разговор. Обычная жизнь.
Но Андрей вдруг заметил кое-что, чего не замечал раньше. Под смехом, под идеальной кожей и правильными позами — в глазах Ёко и Нацуми была усталость.
Негромкая, привычная. Как у людей, которые давно несут что-то тяжёлое и уже не помнят, каково было без этого.
«Тяжело им», — сказал он Светлане в такси до Нарита.
«Да», — согласилась она. — «Но они не жалуются.»
Самолёт набирал высоту. Андрей смотрел в иллюминатор на огни Токио и думал, что за месяц не увидел ни одной японки, которая выглядела бы просто собой. Каждая несла какой-то стандарт — чужой, выверенный, дорогостоящий.
Он так и не понял, кто придумал эти правила. И кому от них хорошо.
Сорок шесть при росте сто шестьдесят пять. Ёко произнесла это без жалобы — как цифру погоды. Андрей запомнил именно её, а не улиток и не платину.
А у тебя есть такая своя — про себя или кого-то рядом? Пишу про такое, можно подписаться. Анонсы в телеграм-канале и ВКонтакте.