Лена, одолжи мне Димку на выходные, пожалуйста! — выпалила Наташа прямо с порога, не успев даже разуться.
— Ты вообще соображаешь, о чём просишь? — Лена застыла с чайником в руке.
— Ты не так поняла! Я вчера получила права. Хочу квартиру снять — ты же знаешь, я давно ищу. Нашла несколько вариантов, но одна боюсь ехать смотреть. Мало ли что. А Димка твой юрист, он сразу договор прочитает и скажет, где ловушка. Я сначала у тебя хотела спросить. Ну так одолжишь?
Лена подозрительно посмотрела на подругу.
Они дружили уже лет восемь. Ещё с универа. Задолго до того, как появился Дима.
Но с тех пор, как Лена вышла замуж, что-то незаметно изменилось. Не в Наташе. Скорее в самой Лене.
Мама регулярно звонила и говорила одно и то же: незамужние подруги до добра не доводят, держись от них подальше. Лена смеялась в трубку. Но потом почему-то вспоминала этот разговор в самый неподходящий момент.
Вот как сейчас, например.
Наташа была красивой. Этого не отнять. Высокая, с рыжими волосами и привычкой смеяться громче всех в компании.
Дима всегда говорил, что она «классная девчонка». Просто так. По-дружески.
Лена понимала, что ничего такого нет.
Понимала — но всё равно иногда чувствовала что-то похожее на тревогу. Необъяснимое, тупое, как заноза.
Заметив замешательство подруги, Наташа добавила:
— Если хочешь, поедем все вместе. Я и рассчитывала на вас обоих, если честно!
— В эти выходные не смогу. У меня в субботу маникюр, а в воскресенье мы с Димой собирались к его родителям.
— Лен, ну там же три варианта квартир. Часа три от силы. Можно до обеда всё объехать и успеть к родителям!
— Наташ, ну почему именно сейчас? — Лена поставила чайник и сложила руки на груди.
— Потому что два варианта уже смотрят другие люди! Если мы не приедем до пятницы — уплывут. А третий хозяин в следующую среду уезжает в командировку на месяц. Я уже всё узнала!
— Горит у тебя там, что ли?
— Ещё как горит! — Наташа всплеснула руками. — Я уже полгода по съёмным мотаюсь. Последний хозяин кота запрещал держать. Я из-за этого съехала, между прочим!
Лена невольно улыбнулась. Это было так похоже на Наташу.
— Ладно. Мужа я тебе одолжу. Но сама с ним договаривайся. Я его уговаривать не стану.
— Лена, ты лучшая! — Наташа кинулась обниматься так порывисто, что едва не опрокинула со стола чашку.
Лена засмеялась. Обняла в ответ.
Она Наташу любила. Всегда любила. Она была шумной, немного хаотичной, но настоящей.
Просто мамины слова жили в голове отдельной жизнью. И иногда заглушали то, что Лена и так знала.
Дима, конечно, согласился сразу. Даже не раздумывал.
— Да легко. Я всё равно в выходные хотел куда-нибудь выбраться.
Оказалось, у него уже был план: взять с собой коллегу Игоря, который несколько лет работал риелтором. Сейчас Игорь занимался другим, но квартирный вопрос знал изнутри.
— Лишние глаза не помешают, — сказал Дима. — Тем более Наташка в этом вообще не разбирается.
В субботу утром они встретились у метро. Наташа пришла с распечатанными объявлениями и списком вопросов в телефоне.
— Ты что, готовилась? — удивился Игорь.
— А то! Я три ночи читала, что спрашивать у арендодателей.
— Тогда зачем нас взяла? — усмехнулся он.
— Потому что читать — это одно, а смотреть в глаза человеку и понять, врёт он или нет, — это совсем другое.
Игорь переглянулся с Димой. Крыть было нечем.
Первый адрес был в спальном районе на севере города. Девятый этаж, панельная девятиэтажка, окна во двор.
Хозяйка открыла дверь сразу. Миловидная женщина лет пятидесяти, в переднике и с запахом пирогов из коридора. Наташины глаза загорелись.
— Какая уютная! — шепнула она Лене.
Лена кивнула. Квартира и правда выглядела аккуратно. Чистые занавески, живые цветы на подоконнике, свежая побелка в санузле.
Но Игорь сразу прошёл на кухню и начал молча открывать шкафчики. Потом заглянул под мойку. Потом попросил включить горячую воду.
— Напор слабый, — сказал он негромко.
— Это временно, — тут же откликнулась хозяйка. — Дом старый, трубы меняют в следующем месяце.
— А в прошлый раз когда меняли?
Хозяйка замолчала.
— Ещё вопрос, — продолжил Игорь. — Договор аренды на сколько месяцев?
— Ну, мы можем по-разному договориться...
— То есть официального договора нет?
Хозяйка начала объяснять, что «все так делают» и «налоги платить не хочется», и что она «порядочный человек». Дима слушал молча, сложив руки на груди.
Они попрощались вежливо. Вышли на лестничную клетку.
— Нет, — сказал Игорь коротко.
— Почему? — расстроилась Наташа. — Там так пахло пирогами!
— Пирогами тебя не выселят. А вот без договора — запросто. Захочет хозяйка племянницу заселить — и привет, собирай вещи.
— Но она выглядела такой доброй...
— Они всегда выглядят добрыми, — сказал Дима. — Пока не перестают.
Наташа вздохнула и вычеркнула первый вариант из списка.
Второй адрес был ближе к центру. Хозяин не открывал дверь минут десять. Потом открыл — небритый, в мятой футболке, явно только проснувшийся.
— Вы в объявлении написали, что ремонт свежий, — сказал Игорь.
— Ну да, делали.
— Когда?
— Ну... лет пять назад, наверное.
— Пять лет назад — это не «свежий». Это «был когда-то».
Хозяин промолчал. Явно считал, что они придираются.
В ванной отваливалась плитка. В спальне окно не закрывалось до конца. На потолке в углу темнело пятно — явно от протечки.
— А сверху никто не заливал? — спросил Дима.
— Так это старое. Уже не течёт.
— Поэтому и не убрали?
Хозяин отвернулся.
Они уехали быстро. В машине молчали минуты три.
— Я бы сама туда не сунулась, — наконец сказала Наташа. — В смысле — хорошо, что вы со мной.
— Первый раз смотрю квартиру с таким количеством вздохов, — заметил Дима.
— Это потому что надежды большие, — объяснила Наташа. — Каждый раз думаю: ну вот оно. И каждый раз что-то не так.
— Так бывает. Главное — не соглашаться на плохой вариант только потому, что устала искать.
Третий адрес был на другом конце города. Пока ехали, Игорь рассказывал истории из своей риелторской практики. Про хозяев, которые сдавали одну квартиру сразу двум семьям. Про арендаторов, которые исчезали с чужой мебелью.
Наташа слушала с открытым ртом.
— И как люди так могут?
— Легко, — сказал Игорь. — Поэтому всегда нужен договор. И всегда читать то, что подписываешь.
Хозяин третьей квартиры открыл сразу. Мужчина лет сорока пяти, спокойный, в очках. Провёл по всем комнатам сам, без лишних слов, сразу показал счётчики и последние квитанции.
— Договор у меня стандартный, нотариально заверенный. Если хотите своего юриста — пожалуйста, вышлю заранее.
Дима поднял брови. Игорь негромко присвистнул.
Квартира была светлой. Не новой, но ухоженной. Паркет чуть поскрипывал — но не проваливался. Окна выходили на тихую улицу с липами.
Наташа стояла у окна и смотрела вниз.
— Здесь тихо, — сказала она.
— Очень, — подтвердил хозяин. — Соседи пожилые, не шумят. Я сам жил здесь десять лет.
— Почему уезжаете?
— Работа. Перебираюсь в другой город. Жалею, честно говоря.
Наташа обернулась к Игорю. Тот едва заметно кивнул.
Они вышли на лестничную клетку втроём — хозяин деликатно остался внутри.
— Ну? — спросила Наташа.
— Чистая история по документам, — сказал Игорь. — Договор нормальный. Хозяин адекватный. Квартира живая.
— Единственное — торгуйся, — добавил Дима. — Он явно хочет побыстрее закрыть вопрос перед отъездом. Скинет, я уверен.
Наташа зашла обратно. Через пятнадцать минут вышла с чуть покрасневшими щеками и договорённостью на просмотр с задатком.
— Скинул? — спросил Дима.
— Три тысячи, — выдохнула она.
Игорь засмеялся. Дима хлопнул Наташу по плечу, как старого приятеля.
Лена смотрела на них и чувствовала что-то тёплое и немного стыдное одновременно.
Не страх — его уже не было. Что-то другое. Облегчение, что ли.
Или радость за подругу. Или просто усталость от того, как долго она слушала чужие голоса вместо своего собственного.
Мама, конечно, позвонит в понедельник. И снова скажет то же самое. Но Лена ук же знала, что ответит.
Они зашли в кафе рядом — отметить. Наташа заказала всем по капучино и кусок торта «за новоселье, которое скоро будет».
Дима сказал, что торт раньше времени — плохая примета. Наташа сказала, что это предрассудки. Они поспорили минут десять.
И это было так по-настоящему, так по-своему, что Лена подумала: как хорошо, что она не отказала.
Если вам близки такие истории — подпишитесь, их здесь ещё много.