Зампотыл
Зампотыл лежал на кровати, укрывшись простынёй, пребывая в состоянии, близком к нирване. Нет, он, конечно, не собирался осваивать практику медитации, поскольку знать не знал, что это такое, но был полностью свободен от какой-либо тревожности. Приятная полудрёма должна была вот-вот смениться безмятежным сном, когда раздался скрип двери.
«Блин, сколько раз говорил прапорюге, чтоб прислал бойца смазать петли. Всё побоку», – зампотыл нехотя приоткрыл правый глаз и покосился на звук. Увидев командира хозвзвода, зевнул и спросил без интереса:
- Тебе чего, Иваныч? По делу? Или так... поболтать заглянул?
- Тут такое дело, Сан Саныч. – Прапорщик вошёл в комнату отдыха и, не спрашивая разрешения, присел на аккуратно заправленную кровать начштаба. – Припёрся, значит, ко мне Непрухин и сходу давай права качать. Дескать, ужин выдавать запрещаю, пока лично не убедюсь в отсутствии бациллоносителей…
— Это ж с какого перепугу? – С пол-оборота завёлся начальник. - Он что, совсем нюх потерял? Ему-то какое дело? Он что, с бодуна?
Не дожидаясь ответа, Сан Саныч рывком вскочил с постели и, смешно подпрыгивая, принялся натягивать штанину.
- Да вроде нет. – Пожал плечами Иван Иванович, наблюдая за потугами начальства. – Вроде трезвый. Говорит, что на дежурство заступил, а сам без повязки. Я ему, так, мол, и так, проходите, товарищ лейтенант. Щас вам пайку на пробу принесут, чтобы всё как положено. А он отмахнулся и давай орать. Короче, обругал меня ни пойми за что, развернулся и ушёл. А я сразу к тебе… то есть к вам, товарищ майор.
Зампотыл одёрнул куртку, надел резиновые тапки на босу ногу и сверху вниз взглянул на лысеющую прапорщицкую голову:
- Чего расселся, как на партсобрании? Пошли на пэхэдэ. Разбираться будем.
- Зачем на пэхэдэ? – Испугано вскинул глаза Иван Иванович. – Непрухин щас в дежурке ошивается. Ты бы туда сходил. Мозги бы ему вправил. А Сан Саныч? У меня всегда порядок. Чего зря время терять?
- Так. – Шумно выдохнул майор. – Начинается? – Сердито насупился. – А ну давай колись, в чём здесь подвох? Что не так в твоём офигенно «образцовом» хозяйстве?
- Какой-такой подвох? – Залепетал прапорщик. - Нет никакого подвоха. У меня всё в порядке, товарищ майор.
Он попытался подняться, но зампотыл обеими руками навалился на плечи и с затаённой тревогой заглянул в бегающие глазки:
- Ты мне лапшу на уши не вешай. Я тебе не дуршлаг. Колись, говорю! Думаешь, я поверю, что какой-то ванька-взводный от нечего делать припёрся на кухню и начал права качать? Рассказывай, тебе говорят!
- Да всё в порядке… только мухи ... так-то мы их гоняем, но всё равно…
- Гоняем?! – Голос неожиданно сорвался на визг, и от этого майор разозлился ещё больше. – А как же то средство, которое нам из бригады прислали? Крайней проводкой? Я же лично приказал все закутки этой хренью обработать?
- Так это, Сан Саныч… Я ведь из экономии… Как лучше хотел. Вдруг больше не пришлют. Что делать-то? Непрухин пригрозил ужин отменить.
- Снять штаны и бегать! – Отрезал зампотыл и, тяжело вздохнув, поднял глаза к потолку. – Вот это подстава, так подстава. Всем подставам подстава! Я ведь ещё два дня назад комбату доложил, что всё в порядке. Понимаешь? Так и доложил: «Разгромили летучих душманов. Проблем больше нет». А на выходе, получается, ни хрена не сделано. Хорошо ещё, что Андреич проверять не стал. На слово поверил.
- Так что делать-то? Ужин через двадцать минут. Если Непрухин запрет не наложил.
- Кишка у летёхи тонка! – Вспыхнул было майор, но сразу остыл. – У тебя готовый раствор есть?
- А как же? – Осторожно, чтобы ненароком не перегнуть палку, возмутился прапорщик. – Есть запасец в наличии.
Глаза майора загорелись азартом охотника, напавшего на след крупного зверя:
— Вот что, Иваныч. Поднимай своих поварят. Пусть выносят столы, а палатки обработают изнутри так, чтоб подбой насквозь промок. Особенно в углах. Сам особо не светись, но и на самотёк не отпускай. Наблюдай, как снайпер из засады. Представим дело так, будто всё по плану идёт. По очереди, значит. – Взглянув на часы, озабоченно поинтересовался. – Через сколько мухи скопытятся?
- Да зараз! – Довольно усмехнулся подчинённый, понимая, что буря миновала с минимальным ущербом. – Как только увидят морды в противогазах, так сразу лапки в лапки и тикать.
- А вся канитель?
- Минут в десять уложимся. Делов-то.
Майор уже собрался на выход, но подумав, переобулся в полуботинки армейского образца.
- Выдай поварятам нулёвые куртки и колпаки. Считай, ждём комиссию из Кабула. Чтобы всё блестело, как у кота причиндалы. Уяснил? Я - в дежурку. Расставлю лейтенантов по местам. Оборзели, блин! Уже на тыл замахнулись. Забыли, с чьей руки кормитесь? Ну-ну.
***
Выпроводив расстроенного неожиданным приказом Комиссарова, начштаба попытался сосредоточиться на текущих делах, однако мысли самопроизвольно свернули в другую сторону: «Что за день-то сегодня такой? Вся неделя была шальной. То сопровождение, то выход разведчиков в поиск, то обстрел эрэсами. Я уж думал, что свихнусь с непривычки. А тут как по заказу - бах! И полная расслабуха. Затишье, как в Союзе, когда полк на ученья выходит, а ты дежурным остаёшься. Кстати. Почему я, собственно, сижу? Схожу-ка я в дежурку. Надо разобраться, что там этот Непряев намутил».
Капитан резво вскочил, поправил перед зеркалом причёску и походкой уверенного в себе человека вышел из штаба. Свернув за угол, он едва не налетел на зампотыла, стоявшего у двери дежурного помещения.
- Что-то случилось, Александр Александрович? – Не скрывая тревоги, спросил Романцев. – Или вам позвонить в бригаду по вопросам тылового обеспечения потребовалось? Проходите. Я дам команду, чтобы вас соединили.
Сан Саныч, с трудом сдержав саркастическую усмешку, дескать, нашёлся «разрешальщик», сочувственно посмотрел на капитана:
— Вот смотрю я на тебя почти неделю, Витёк, и думаю: ты по-человечески разговаривать умеешь? Или тебе ещё в роддоме устав вручили? Вместе с пустышкой.
- Да что не так-то, товарищ майор? Что, по-вашему, я не так делаю?
- Вечером объясню. Сейчас не время и не место. Понимаешь, товарищ капитан? Твой новый дежурный только что нахамил заслуженному человеку. Ветерану, можно сказать. Сначала бездоказательно обвинил прапорщика Стрельцова в нарушении санитарных норм, а когда тот попытался объяснить ситуацию, твой летёха обложил его трёхэтажным матом и ушёл писать кляузу. Разве так можно? Иван Иванович ему в отцы годится. И, кстати сказать, месяц назад медаль получил. Нам с тобой эту проблему как-то разрулить надо. Прапорщик, конечно, на твоего дежурного стучать не собирается. Не тот человек, Иван Иванович, чтобы молодому лейтенанту карьеру гробить. Но мы-то с тобой должны отреагировать? Или ты по-другому думаешь? И вот ещё что, Витёк. Когда мы на людях, то соблюдать субординацию обязаны. Тут без разговоров. Но когда с глазу на глаз, давай-ка на «ты» общаться. Я ведь всего на два года старше, а чувствую себя натуральным дедом. Только без внуков.
Романцев, поблагодарив старшего товарища взглядом, тут же нахмурился и заговорил доверительным тоном:
- Знаешь, Саныч? Мне этот Непрухин тоже не понравился. Корчит из себя знатока уставов… к старому дежурному прикопался… теперь к твоему прапорщику. Я, собственно, в дежурку решил зайти, чтобы разобраться по существу. Как думаешь, Сан Саныч? Может, отстранить его, пока не поздно?
«Вот, блин, действительно: заставь дурака Богу молиться. – Подумал майор. - Похоже, мальчик совсем с головой не дружит. Надо бы поаккуратней с ним».
- Не стоит, Виктор. – Сейчас зампотыл сам себе напоминал мать Терезу. От этого ему было смешно и почему-то противно. – Как ни крути, а мы с тобой отвечаем за подчинённых. Зачем сразу наказывать? Давай сначала по-тихому разберёмся. По-человечески. Глядишь, потом Непрухин сам спасибо скажет.
Продолжение следует.
Предыдущая часть https://dzen.ru/a/aeXBEfg7a2H5kaZK
Начало https://dzen.ru/a/adSkt3-p8QedQfNN
Повести и рассказы Николая Шамрина опубликованы на портале «Литрес.ру» https://www.litres.ru/