— Ты чего? — спросила Алиса, когда я вышел из спальни с чёрными носками в руке.
— Я не ношу чёрные.
Она побледнела.
---
Я должен был вернуться через три дня. Командировка в Казань. Но поездку отменили в последний момент. Я решил не звонить. Хотел сделать сюрприз.
Зашёл в квартиру в восемь вечера. В коридоре пахло её духами и ещё чем-то. Чужим. Знакомым. Я не сразу понял чем.
Потом вспомнил. Туалетная вода «Boss». Такой же флакон стоял у Антона пять лет назад. Когда он ещё был её парнем.
Алиса вышла из спальни в халате. Волосы влажные. Щёки красные.
— Илья? Ты чего рано?
— Отменили командировку.
— А почему не позвонил?
— Хотел сюрприз сделать.
Она улыбнулась. Слишком широко. Слишком ярко.
— Я рада. Только бардак небольшой. Убиралась.
Я прошёл в спальню. Кровать застелена. Окно открыто. Пахнет свежестью. И «Boss».
— Чем пахнет? — спросил я.
— Чем?
— Туалетной водой. Мужской.
Она замерла на секунду.
— Ты же свой одеколон оставил.
— Я не пользуюсь «Boss».
Алиса отвела взгляд.
Я ничего не спросил. Просто ушёл на кухню и сел так, чтобы её не видеть.
— Голодный?
— Нет.
— Я суп сварила.
— Спасибо.
Чайник закипел. Она заварила чай. Поставила передо мной кружку.
— Ты какой-то странный.
— Устал.
Она села напротив. Смотрела на меня.
Слишком быстро отвела взгляд и начала поправлять рукав, хотя там ничего не было.
Беспокойство того, кто боится, что его раскусили.
Я допил чай. Пошёл в душ. Открыл шкафчик за зеркалом. Там стояла бритва. Не моя. Другая. «Gillette», синяя. Я пользуюсь одноразовыми.
Вышел из ванной. Алиса сидела на диване, листала телефон.
— Алиса, это чья бритва?
Она подняла голову.
— Какая?
— В шкафчике. Синяя.
— Твоя. Ты забыл.
— Я не пользуюсь такими.
Она пожала плечами.
— Значит, старая.
— У нас не было такой старой.
Она замолчала. Я — тоже. Телевизор работал фоном. Кто-то смеялся. Нам было не до смеха.
Я лёг спать. Она легла рядом. Не обняла. Не поцеловала. Отвернулась к стене. Я смотрел в потолок. Думал.
Вспоминал. Антон. Бывший. Они расстались за полгода до нашей свадьбы. Она говорила, что он козёл. Что не жалеет. Что я лучше.
Я верил.
Верил. Пока не нашёл чёрные носки под кроватью на следующее утро.
Я проснулся раньше. Она ещё спала. Я сел на пол, заглянул под кровать. Там лежал носок. Чёрный, мужской. Рядом — второй.
Я взял их в руку. Вышел на кухню. Положил на стул. Сел. Ждал.
Она вышла через час.
— Это не моё, — сказал я, показывая носки.
Она сразу перестала улыбаться.
— Не знаю.
— Они не мои. Я не ношу чёрные.
Она стояла, смотрела на носки. Я — на неё.
— Алиса, кто был у тебя вчера?
Она даже не сразу ответила.
— Ты о чём вообще?
— Чьи это носки?
Она молчала. Я ждал.
— Антон… заезжал, — сказала она так, будто это не должно было звучать вслух.
— Зачем?
— Попрощаться. Он уезжает.
— Попрощаться? С бритьём и душем?
Она опустила голову.
— Мы пили чай.
— В душе? С бритвой? В моей постели?
Она заплакала. Я не двинулся.
— Алиса, ты спала с ним?
Она не ответила. Но я уже знал. По её глазам. По тому, как она прячет взгляд. По тому, как дрожат руки.
Она не сказала «да». Но и не сказала «нет».
Я встал. Прошёл в спальню. Открыл её тумбочку. Внутри лежала пачка сигарет. «Marlboro». Антон курил «Marlboro». Она не курит.
Я вернулся на кухню. Положил сигареты на стол.
— Это тоже он забыл?
Она закрыла лицо руками.
— Илья, прости.
— Давно?
— Два месяца.
— Два месяца ты спишь с бывшим. В моей квартире. В нашей постели.
— Я не хотела…
— А что ты хотела? Чтобы я не узнал?
Она молчала.
— Давай без разговоров. Собери то, что твоё и уходи.
— Илья…
— Я сказал. Собирай. Уходишь сегодня.
Она ушла через три часа. Антон приехал за ней. Я открыл дверь. Он стоял на пороге. Наглый. Спокойный.
— Илья, привет.
— Забирай.
Он прошёл в спальню. Вынес чемодан. Она шла за ним, опустив голову.
— Ключи оставь, — сказал я.
Она положила ключи на тумбу. Вышла. Дверь закрылась. Я остался один.
Тишина. Которая громче крика.
Я не спал эту ночь. Сидел на кухне, пил чай. Смотрел на пустую кружку. На пустой стул. На пустую квартиру.
Вспоминал, как она смеялась. Как говорила «я тебя люблю». Как врала. Два месяца. Каждый день.
Утром позвонил адвокату.
— Мне нужен развод.
— Причина?
— Измена.
— Приезжайте.
---
Она не пришла на заседание. Прислала бумагу: «Согласна». Судья спросил: «Почему не явилась?» Я пожал плечами.
Развод оформили быстро. Квартира осталась мне. Машина — мне. Она ничего не просила.
Мы вышли из зала. Она ждала на улице.
— Илья…
— Что?
— Ты меня ненавидишь?
— Нет. Мне жаль тебя.
— Почему?
— Ты променяла семью на мужика, который бросит тебя через месяц.
Она не ответила. Села в такси. Уехала.
---
Через месяц Антон действительно её бросил. Я узнал от её подруги. Она звонила, плакала.
— Илья, она одна. Совсем одна.
— Это не моя проблема.
— Ты же её любил.
— Любил. Пока она не привела его в нашу постель.
Подруга замолчала. Я положил трубку.
Любовь кончается не когда уходят. Когда приходят другие.
---
Алиса позвонила сама через два месяца.
— Илья, я дура.
— Знаю.
— Можно я вернусь?
— Нет.
— Почему?
— Потому что я не запасной вариант.
Она бросила трубку. Больше не звонила.
---
Я выбросил все её вещи. Косметику, духи, одежду. Всё.
Через полгода мы встретились.
— Привет, — сказал я.
— Привет.
— Как ты?
— Нормально. А ты?
— Живу.
Она смотрела на меня.
— У тебя всё хорошо.
— У меня всё нормально.
— Я скучаю.
— А я нет.
Я посмотрел на неё и пошел дальше. Она осталась стоять.
Я не обернулся, пошел домой.
Дома было тихо. Я сварил ужин. Съел один. Включил телевизор. Не смотрел.
Думал о том, как она сидела на моей кухне. В моей футболке. С влажными волосами. И врала.
Врать легко. Трудно жить с последствиями.
---
Кто сталкивался с тем, что бывший «просто забежал на чай»? Как узнали? Что делали?