Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Мавридика де Монбазон

Шмель

- Здорово, Сань. Как там Иван Иваныч. -А, - мужчина махнул рукой, - как, как? Они с матерью с семнадцати лет, сорок с лишним лет прожили бок о бок. Вроде ходит, на работу ходит, а приходит один, в четырёх стенах. Мы зовём, чтобы к нам переезжал, не хочет, говорит обузой быть не согласен, а какая обуза, Толь? Ну моя тоже не набегается и Танька, у Таньки считай два школьника, сама работает, Мишка тоже на работе защивается, ну- ка с другого конца города помотайся. А одного оставлять тоже. Девки напомнят ему, так поест, он с молоду такой, копается там у себя в столярке, мама если дома, понятное дело, что накормлен будет, а нет мамки, то всё, голодный. И не оттого, что он не умеет там что-то, мама никогда его не оставляла без наготовленного, что там погреть, долго что ли. Нет, забывает. Вот приходится напоминать. -Да, страшно это, на старости лет одному остаться, слушай, Сань…А может его…ну это, с женщиной какой хорошей свести? Мало ли без мужиков женщин в возрасте. -Да ну…не захочет он, Т
- Здорово, Сань. Как там Иван Иваныч.

-А, - мужчина махнул рукой, - как, как? Они с матерью с семнадцати лет, сорок с лишним лет прожили бок о бок.

Вроде ходит, на работу ходит, а приходит один, в четырёх стенах. Мы зовём, чтобы к нам переезжал, не хочет, говорит обузой быть не согласен, а какая обуза, Толь?

Ну моя тоже не набегается и Танька, у Таньки считай два школьника, сама работает, Мишка тоже на работе защивается, ну- ка с другого конца города помотайся.

А одного оставлять тоже.

Девки напомнят ему, так поест, он с молоду такой, копается там у себя в столярке, мама если дома, понятное дело, что накормлен будет, а нет мамки, то всё, голодный.

И не оттого, что он не умеет там что-то, мама никогда его не оставляла без наготовленного, что там погреть, долго что ли.

Нет, забывает.

Вот приходится напоминать.

-Да, страшно это, на старости лет одному остаться, слушай, Сань…А может его…ну это, с женщиной какой хорошей свести?

Мало ли без мужиков женщин в возрасте.

-Да ну…не захочет он, Толь…Да и мы не хотим, чтобы кто-то в мамином доме…на маминой кухне…Нее, не надо.

-Что не надо? Вы -то небось семьями, а он один…Эгоисты всё – таки дети, ой, эгоисты, я своей сказал, в случае чего, не сиди, не жди, когда время придёт, попадётся человек, сходись и живи, главное ничего на него не переписывай.

И она так же мне сказала, тяжело одному остаться в возрасте, ой тяжело.

Саша и представить не мог, что его папа живёт с другой женщиной, ни с мамой. Как это?

Читает газету, зачитывая вслух той, чужой... есть приготовленное чужими руками, переглядываются, как нашкодившие дети и о чём-то хихикают, но не с мамой…а с той, чужой…

Ну уж нет.

Долго Саня думал, даже жена заметила.

-Чего ты?

-Да так…

-Болит что?

-Неее, про отца думаю.

-Что такое?

Вздохнув, он рассказывает свой разгвор с Толиком, жена долго молчит, а потом выдаёт, тихо, словно нехотя:

-Сань, ты послушай, а может и правда? У нас на работе женщина…у неё соседка, недавно мужа тоже, жалко, говорит, хорошая, хоть под присмотром будет.

-Нет…

Всё же Саня сдался, поговорили с Тане, та разнылась, как это? Кто-то будет мамины вещи трогать, но жена Санина на место их быстро поставила, сказала, что она тоже не казённая, а отец, молодой мужик ещё.

-В его возрасте, некоторые отцами становятся.

-Скажешь тоже, – вспылил Саня.

-Что? Что скажешь? Ему девятнадцать лет было, когда ты родился, тебе сорок, вот и считай, что вы его в старики-то записали. Это не он старик, это свекровь очень мало пожила на свете этом и ушла, хотите, чтобы отец следом ушёл, ну?

Сдался Саня, следом плача и причитая Таня.

Ну познакомили отца, тот вроде даже и ожил немного, хозяйка новая радушная была, детские голоса зазвенели…Внуки её приезжали постоянно.

Приехал, уву -то Саня...

-Ой, – жена Санькина ойкнула, - а где клумба с пионами? Там сортовые, свекровь над ними не дышала, я приехала, чтобы…

-Ай, да на что эти цветы, толку от них, я клубнику посадила, - новая хозяйка отвечает.

А розы…Где же розы?

-Выкорчевал Петя, сын мой, а на что они, Люсенька укололась, ручку всю себе расцарапала, там я вишню посажу.

-Так вишни полно. Мама, ну свекровь…

-Ой да она какая-то, я лучше посажу…А ту уберу.

Нина, жена Санькина зашла в дом.

-Разувайся там…- несётся в след, Иван Иваныча нигде не было.

Санька стоял курил на крыльце, оглядывая то, что было сделано руками отца и матери…

Нина вышла.

-Папки нет, Сань.

-А где отец, - спросил у новой хозяйки Саня.

-Ой, да с утра ещё усвистал на рыбалку, мне надо там выкорчевать, а он…Может поможете? Яблоня там старая.

-Знаете, что, - говорит Нина, - я вас сюда сосватала, так что…собирайтесь и отвезём вас назад.

-Как это? Что это ты здесь распоряжаешься, я здесь хозяйка…

-Нет, вы здесь не хозяйка, хозяйка так себя не будет вести, - сказал Нина, - быстро…и вишню свою или что там у вас, заберите.

-Я сейчас сыну позвоню, он вам устроит.

Сын приехал быстро, Саня показал ему куда нужно ехать, чтобы ближним путём уехать, собрав вещички, новая хозяйка быстро- быстро умотала оттуда.

-Нинуль…я до бати схожу, ты тут…справишься?

-Конечно.

Пока пришли Иван Иваныч с Саней, Нина уже обратно посадила выкопанные розы, а вот пионы было жаль, Нина села и заплакала.

Простите, мама, не уследила, привела эту…как лучше хотела, - плачет Нина, и вдруг, взгляд её зацепился за один маленький, красный на кончике, бледный росточек.

Не может быть…

Росточек пиона, едва заметный, проклюнулся и торчит на чёрной земле, прокладывает себе путь к солнцу.

-Я вам обещаю, - вытирая слёзы говорит Нина, - я вам клянусь, я выращу ваши любимые пионы и за Иван Иванычем мы присмотрим.

-Папа…вы простите, но хозяйку вашу новую, я выгнала, - говорит Нина, пряча заплаканные глаза, а свёкор будто плечи расправил, улыбается.

Впервые за много времени.

-Идёмте…чай пить будем.

Сидит Иван Иваныч, что-то чинит, слышит, калитка скрипнула.

-Хозяева дома?

-Дома, -выходит он и смотрит на паренька в рабочей одежде.

-Здравствуйте, мы на карьере работаем…Вот…

Вытаскивает паренёк из - за пазухи комочек чёрный, чуть попискивающий.

Троих раздали, один остался…Мать их куда-то делась, не знаем, всё обыскали, жалко кутят, возьми…отец, а.

-Отчего не взять…постой…идём, дети были, пирогов навезли.

-Да не надо, вы что?

-Надо, надо…мне одному не съесть…на-ка вот, вот так…

Иван Иваныч забирает щенка, тот пищит, прикрывая глазки.

-Гляди-ка, рыжие вкрапления шерсти…прям пёстрый какой-то будет.

-Ага, как шмель, - говорит парнишка, благодарит за пирожки и убегает…

-Шмель , говоришь…ну пусть будет Шмель. Идём, родимый…покормлю тебя.

Он тыкает малыша в миску, тот не ест, намочил палец в молоко—пытается сосать палец.

-Ах ты…маленький совсем, ну ладно, Шмель, будем учиться жить…

Дети приехали, внуки.

-Тихо…Шмель спит, а то разбудете, уснул только, животиком маялся.

Улыбаются, на цыпочках поднимаются в дом. Смотрят на спящего малыша, укрытого маленьким одеяльцем и на маленькой же подушечке лежащего.

-Живи долго, Шмель, - шепчет Саня, - долго…Чтобы отец был весел, вон… с тобой -то и помолодел…

Зевает розовым ротиком Шмель, снится ему собачий, добрый сон…

Знает малыш, повезло ему, ой, как повезло…Семья вокруг него…тётенька та не обманула, там, где-то в другом месте, когда сказала, что на Земле ждёт его Человек.

Добрый день, хорошие мои.
Обнимаю вас,
Шлю лучики своего добра и позитива.

Всегда ваша

Мавридика д.