Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Шагающий экскаватор

Петер Фламм, «Я?»

Страниц: 150
Оценка: 8/10
Первое издание: 1926 г.
Увлекательность: 8/10

Страниц: 150

Оценка: 8/10

Первое издание: 1926 г.

Увлекательность: 8/10

Прописанность героев: 9/10

Сюжет: 8/10

Глубина: 9/10

Эмоции: 8/10

Идея: 9/10

Несказанно манила меня эта книга, пока лежала в списке непрочитанных. Какая-то загадка, обещание чего-то модернистского. И мои ожидания оказались на редкость точны.

Сюжет развивается вокруг человека, вернувшегося с Первой мировой войны. Он был медиком, на поле боя работал военным врачом, и звали его Хансом Штерном.

Война заканчивается, он возвращается домой. Вернее, возвращается тело, а разум теперь где-то потерян на полях сражений. У мужчины яркая диссоциация: ему кажется, что он надел чужую личину, приехал в чужой дом. Что он лишь притворяется Хансом Штерном, почитаемым врачом и любимым мужем. И ему порой кажется, что его зовут Вильгельм Беттух, он простой пекарь. А родные почему-то не замечают подмены. Он бродит по жизни как в тумане — изредка выхватывая очертания чего-то знакомого.

Роман написан психиатром и психоаналитиком Эрихом Моссе, скрывшимся под псевдонимом Петера Фламма. И то, что автор психолог, в произведении ощущается сильно. Повествование получилось невероятно реалистичным, густым и пугающим масштабом отрыва от реальности. Когда читаешь, становится невероятно тоскливо и страшно — и от того, как может чувствовать себя человек в принципе, и от того, что подобные потрясения у людей случаются и сейчас, спустя сто лет.

Интересно, что именно о Первой мировой войне обычно говорят в контексте психических травм и поколения, на которое наложился сильный отпечаток, а о Второй мировой мы чаще говорим в контексте как будто физической опасности и лишений. Может быть, после Первой уже и не так это всё страшно выглядело для современников?

Читать порой, признаюсь, было тяжеловато: текст очень сюрреалистичный, и нужно всегда держать концентрацию, чтобы отделить некую реальность от восприятия героя. Однако в этом есть и хорошая сторона: атмосфера диссоциации невероятно густа, со временем начинает казаться, что ты тоже сходишь с ума.

Но однозначно роман достоин полки золотой классики — хоть он до недавнего времени был недоступен широкой публике, ибо был утерян. Это не только очень яркий слепок того времени, но и глубоко проработанная иллюстрация ПТСР. Однозначно грустно, что роман был столько лет утерян.