Наш Дмитрий Михайлович не только талантливый доктор, он еще и великолепный учитель своего ремесла. Как водится, кто хорошо работает, да с душой и отдачей, за инициативу может и получить по полной программе в виде «особого» ординатора на поруки. Так моему мужу «выдали» коллегу из Поднебесной. Самого настоящего китайского доктора, чтобы сделать из него специалиста акушера.
Пришлось освоить китайский переводчик и пригласить к нам на борщ. Тут-то, в процессе «международной» встречи на высшем уровне, и выяснилось, что наш коллега — заядлый рыбак и местные ерики легко опустошает удочкой до последнего душмана (это такая местная речная рыбеха. Говорят, что помесь карася и карпа).
— Дима, я завтра привезу рыбы. Надо? – с прищуром, многозначительно и четко выговорил наш товарищ, доедая кусочек тоненького сальца.
— Конечно, надо! У нас семья большая. Катюшка разберется.
Папе, конечно, все в дом, все в семью. Это понятно. Но я представила мешок с трепещущимися, задыхающимися глазастыми созданиями, которых надо сперва как-то на тот свет отправить, потом чистить, мыть, жарить, морозить… А надо оно или нет — не понятно. Фарш? Костей полно. Отказать Дмитрию Михайловичу принять добычу тоже не могу.
Мысли размела по углам, на лице выдала благодарственную улыбку, кивнула и еще подрезала сала с чесноком, которое вызвало восторг на международной арене.
На завтра является Дмитрий Михайлович и приносит живых душманов в большом пакете. Душман очень живучая рыба. Говорят, что они могут зимовать даже вмерзшими в лед. Поэтому пакет кишил и прыгал в разные стороны. Мой внутренний гринпис не обидит мухи. Я жука тряпкой не смахну, на улицу вынесу. А тут мне предстояло организовать казнь целой стаи. Или просто ждать их неминуемой кончины в мешке, который стал для них почти концом света.
— Димочка, наверное, нам столько не надо. Сколько ты съешь?
— Парочку. Пожаришь мне с корочкой?))
— Конечно, пожарю.
Я, как воспитанник среднестатистической советской дачи. Всю жизнь отменно жарю карасей во дворе на пышущей сковороде. Обвалять в муке. Масло нагреть, чтобы выпрыгивало и что есть мочи огонек на плиточке «погромче».
С моими микролитами в почках я уже такое не ем Так и быть, одного отварю с зонтиками укропа и съем до последней мозговинки.
— Димуль! Остальное давай соседям раздадим. Пусть у всей улицы будет рыбный день. А наши 4 товарища пусть до вечера поплавают в ванной, чтобы были свеженькие.
Наша белоснежная ванна в «лесу» из драцен и фикусов, ароматом крымской лаванды и хрустящими полотенцами была сдана посуточно этим скользим типам. Ребята полуживые, бледные, грустно замерли в прозрачной водопроводной воде с пенкой из тины, глины и ожидания… печали или радости. Время покажет.
Вечером мы куда-то поехали. Вернулись поздно и, кажется, почти забыли о планах на ужин. Прибежали домой. А из ванной на нас смотрят 4 абсолютно бодрые душмана. Порозовели, глазенки выпучили, выпрыгивают.
— Мама, они голодные!
Дети схватили хлеб, крошки посыпались на головы постояльцев, как манна небесная. А я с ужасом понимаю, что дальше они попросят их оставить у нас жить . Про «сикирбашка», хрустящую корочку и кипящее масло, вообще уже не идет разговор.
— Димочка, нам надо выпустить карасей на волю. Если мы этого не сделаем, утром тебе придется строить бассейн и добывать корм на пропитание рыбьей семейки.
Утром вся стая после суток в настоящем спа с полным пансионом была выпущена в местный поселковый пруд.
P.S. Как и во многих жизненных вопросах, самое главное — нужно попасть в хорошие руки. Пусть и вам повезет!