В новом исследовании, опубликованном в Journal of Humanistic Psychology, психолог Гарри Ованнисян предлагает пересмотреть привычное понимание мышления. В новом подходе разум понимают не как «обработчик данных», а как способность человека лучше разбираться в ситуации, постоянно подстраиваясь под окружающий мир и взаимодействуя с ним напрямую, а не через отвлеченные схемы и расчеты.
Ограничения классической модели
Традиционная когнитивная наука долгое время описывала мышление как систему символических операций, аналогичную компьютеру. Этот взгляд усилился во время когнитивной революции, когда развитие искусственного интеллекта поддержало идею, что разум можно объяснить через внутренние вычисления и представления.
Однако такой подход, по словам автора, плохо объясняет поведение в реальных условиях. Гораздо проще создать программу, играющую в шахматы, чем систему, способную удержать яйцо, не разбив его. Это указывает на то, что мышление в действии включает не только вычисления, но и телесную координацию, восприятие и контекст.
Как мы воспринимаем мир через тело
Работа Ованнисяна опирается на феноменологическую традицию Эдмунда Гуссерля и Мориса Мерло-Понти. В ней акцент смещается с внутренних представлений на жизненный опыт. Мир не копируется сознанием, а раскрывается через телесное присутствие человека.
Объекты воспринимаются не как нейтральные вещи, а как возможности действия. В экопсихологии это называют «аффордансами»: например, чашка — это не только форма, но и предмет, который можно взять, удержать или использовать для питья.
Как разум взаимодействует с миром
Центральное понятие исследования — «сцепление» (optimal grip). Оно описывает степень того, насколько эффективно человек настроен на текущую ситуацию.
«Познание лучше понимать не как что-то, что происходит только в голове, а как постоянное взаимодействие человека с окружающим миром».
Когда сцепление оптимально, поведение становится точным, гибким и адаптивным. Когда оно нарушено, человек теряет устойчивость в действиях и ориентации.
«Обладать разумом — значит не обрабатывать информацию как компьютер, а достигать контроля над тем, как мы сонастроены с миром».
В этой логике мышление похоже не на решение абстрактных задач, а на умелое исполнение действия — как игра на музыкальном инструменте или точный удар в спорте.
Ованнисян подчеркивает, что один и тот же мир воспринимается по-разному в зависимости от навыков и опыта. Для стоматолога улыбка пациента — это диагностический сигнал, а для обычного человека — просто выражение эмоции. Лекционная аудитория для ребенка может быть пространством игры, а для студента — зоной концентрации и напряжения.
Таким образом, мир не фиксирован как набор объектов, а формируется через способы взаимодействия с ним.
Как личность формирует восприятие
Далее автор переносит идею сцепления на психологию личности. Он предлагает рассматривать черты характера как устойчивые «стили восприятия» и действия, а не только как внутренние свойства.
«Ни у кого нет идеальной личности. Каждый из нас лучше подходит одними ситуациями и хуже — другими».
Проблемы в психике часто появляются там, где паттерны человека и ситуация не совпадают. Например, когда обстоятельства требуют от него другого поведения, чем он привык или может показать. Или наоборот — когда от него ждут меньше активности, чем у него естественно возникает.
С этой точки зрения психические трудности можно понимать как сбои в отношении между человеком и средой. Они проявляются как устойчивые несоответствия между личными особенностями и требованиями ситуации.
Поэтому задача состоит не в замене когнитивных моделей, а в их расширении. Новый подход должен учитывать телесность, контекст и динамику взаимодействия человека с миром.
Психологи выяснили, что снится перед смертью
ЭЭГ высокой плотности показала, что происходит с мозгом при остановке мыслей
Подписывайтесь и читайте «Науку» в MAX