Они были врагами. Один сжёг Москву, другой её отстоял. Но оба носили одну и ту же награду — высший орден Российской империи, орден Святого апостола Андрея Первозванного. Наполеон получил его как союзник. Кутузов — как человек, который в итоге загнал «великую армию» в снега.
История этих орденов — это не просто список наград. Это биография целой эпохи, прочитанная через металл и эмаль на мундире одного человека.
Пётр I, вернувшись из-за границы в 1698 году, насмотрелся на европейские мундиры с их звёздами и лентами. Захотел своё. Орден Андрея Первозванного стал первым и главным в наградной системе России — апостол на кресте Х-образной формы, крест Андреевский, синяя лента. Высший знак отличия, который государь мог пожаловать лично.
Мог ли Пётр представить, что через сто лет этим орденом наградят «корсиканское чудовище»? Вряд ли. Но в 1807 году, после подписания Тильзитского мира, именно это и произошло.
Кутузов к тому моменту уже носил этот орден семь лет.
Павел I наградил его в 1800 году — формально за Гатчинские манёвры. Но это был лишь повод. За плечами полководца к тому времени стояли три войны, десятки сражений и два тяжелейших ранения в голову. Манёвры тут были ни при чём.
Первая пуля догнала его ещё в 1774 году — под Алуштой, когда он в чине подполковника командовал гренадёрским батальоном против турецкого десанта.
Сераскир Джаныклы Али-паша высадился в Крыму в июле 1774 года. Любопытная деталь: с Османской империей к тому моменту уже было подписано перемирие по итогам войны. Судя по всему, турецкий военачальник об этом не знал — или не хотел знать.
Батальон Кутузова атаковал. Бой был жёстким. Будущий фельдмаршал получил пулю в голову — навылет, через висок. Спасло его чудо в буквальном смысле: рядом оказался французский хирург Жан Массо, один из лучших военных врачей того времени. Он спас Кутузова. Впоследствии медики удивлялись: при таком ранении выжить — само по себе за гранью вероятного.
За тот бой — первый орден Святого Георгия 4-й степени. 1775 год. Высшая военная награда империи.
Это было только начало.
В 1787 году вспыхнула очередная русско-турецкая война. Кутузов — уже генерал-майор, под началом Суворова. Штурм Очакова. Снова ранение в голову, снова почти смертельное. Хирурги в изумлении писали, что дважды пройти через такое и выжить — явление небывалое.
Кутузов выжил. Подлечился. И вернулся к своим солдатам.
Потом был Измаил — одна из самых кровопролитных крепостей, которую когда-либо брали русские войска. Декабрь 1790 года. Суворов бросил в атаку несколько колонн. Кутузов командовал одной из них, прорвавшейся в город последней. После боя Суворов доложил: «Кутузов шёл у меня на левом фланге, но был моей правой рукой».
За Измаил — орден Георгия 3-й степени. Плюс к тому — орден Александра Невского. В 1791 году его назначили комендантом только что взятой крепости, и здесь судьба снова свела его с Джаныклы Али-пашой — тем самым, от десанта которого он едва не погиб семнадцать лет назад.
Теперь роли поменялись. Бывший враг пришёл отбивать крепость с двадцатитысячным войском. Кутузов не стал ждать осады. Внезапным ударом у румынского города Бабадаг он разгромил османов и обратил их в бегство.
История любит такие повторения.
В 1792 году — орден Георгия 2-й степени. За сражение при Мачине, где корпус Кутузова кавалерийской атакой смял правый фланг турецкой армии и решил исход боя.
Три Георгия. Это уже само по себе было почти невозможным достижением.
Между войнами Кутузов успел поработать дипломатом — и оказался на редкость хорош в этом деле. Блистательная миссия в Константинополь в 1793 году: он сумел добиться от Османской империи условий, которые российские дипломаты считали недостижимыми. Враги называли его «хитрым северным лисом» — и это было не оскорблением, а признанием.
В 1805 году он командовал армией в кампании против Наполеона. Кончилась она Аустерлицем — катастрофическим поражением. Кутузов был против самого сражения. Он советовал отступить, выиграть время, не рисковать. Его не послушали — два монарха, русский и австрийский, настояли на атаке.
При Аустерлице Кутузов был ранен — пуля прошла через щёку. Армия была разгромлена.
Но Александр I не винил полководца. В феврале 1806 года — орден Святого Владимира 1-й степени. Это было красноречивее любых слов.
Потом — снова турецкая война, 1811 год. Кутузов командует армией и в июне наносит втрое превосходящему противнику сокрушительный удар. Мир был подписан в 1812 году — за несколько недель до вторжения Наполеона. Это стратегически развязало России руки на южном направлении.
Хитрый лис успел.
Затем был 1812 год — тот самый. Бородино, сданная Москва, Тарутино, Березина. В октябре корпус маршала Мюрата был атакован у калужского села Тарутино. Кутузов рассчитывал окружить и уничтожить французов полностью — не вышло, Мюрат успел отступить. Но победа всё равно была русской — первая после Бородина. И, по некоторым свидетельствам, именно после Тарутино Наполеон стал всерьёз думать об отходе из Москвы.
За это сражение — золотая шпага с алмазами и лаврами. На эфесе надпись: «За храбрость». Редчайшая награда, входившая в официальный список государственных отличий.
В декабре 1812 года, когда Великая армия уходила из России — оборванная, обмороженная, преследуемая по пятам, — Кутузов получил орден Георгия 1-й степени.
Четыре степени одного ордена. Полный кавалер. Первый в истории России.
Никто до него этого не сделал. Никто после него долгие годы не повторил. Орден Георгия считался наградой за личную воинскую доблесть в бою — не за происхождение, не за придворные заслуги. Пройти все четыре ступени снизу вверх за сорок лет войн — это и есть биография.
Тогда же, в декабре, — бриллиантовые знаки к ордену Андрея Первозванного. Высшая степень высшей награды. Стоимость — до тридцати тысяч рублей ассигнациями. Для понимания масштаба: это цена шести тысяч голов скота.
Александр I жаловал эти знаки как личный подарок. Личная милость.
Но Кутузов не дожил до конца той войны. Весной 1813 года, уже в заграничном походе, в силезском городе Бунцлау, он занемог и слёг. Шестидесятисемилетний фельдмаршал, переживший две пули в голову, Аустерлиц и московский пожар, сгорел от простуды за несколько недель.
Александр I приехал проститься лично.
Говорят, в последнем разговоре государь произнёс: «Прости меня, Михаил Илларионович». За что именно — история умалчивает. Может, за Аустерлиц. Может, за то, что не всегда слушал.
Тело привезли в Петербург. Похоронили в Казанском соборе — том самом, который был освящён в 1811 году, накануне великой войны. Говорят, сердце по его завещанию осталось в Силезии, там, где он и завершил свой путь.
А орден Андрея Первозванного — тот самый, что носили и Кутузов, и его заклятый враг — пережил и обоих. Он был упразднён после революции. Возрождён в 1998 году. Первым кавалером восстановленного ордена стал Борис Ельцин.
История любит такие повторения. Орден снова нашёл себе хозяев.
Вопрос только в том: заслужили ли?