Такое проявление нежности от Игоря Любу удивило, он впервые обратился к ней на ты, какое-то время сидел не двигаясь, уткнувшись лицом в ее руку. Любе было приятно, лежа на больничной койке, не в самом лучшем виде, непричесанная, она впервые за долгое время почувствовала себя женщиной.
Просто женщиной, не локомотивом, который все тащит за собой, не той самой белкой в колесе, которая с утра до ночи крутится, стараясь переделать все дела, не главой семьи, которая должна заботиться обо всех остальных.
Сейчас она была хрупкой, слабой женщиной, которой необходимы поддержка, ласка, сочувствие и внимание. Только потом Люба, как будто, вдруг, очнулась и отдернула руку, испугавшись собственных эмоций.
- Прости. Простите. – поправил себя Игорь, понимая, что, возможно, перешел границы.
- Нет. На ты мне нравится. Расскажи, что там у Вас еще произошло, пока меня нет? Как Мария Васильевна себя чувствует?
Игорь стал рассказывать, Люба внимательно слушала, больше она не переживала, знала, что все будет в порядке. На Игоря можно положиться, он не подведет. Дети под надежным присмотром свекрови, с хозяйством управляется он. Все будет хорошо.
Теперь ее главная задача – поправиться поскорее. Вот с этим-то у Любы и начались проблемы. Ее организм, как будто, специально отказывался восстанавливаться, как будто боялся того, что его снова поместят в ту невыносимую, изнуряющую атмосферу.
Люба, конечно, так не думала, это было, скорее, подсознательное. Восстановление шло очень медленно. Игорь навещал ее почти каждый день в больнице, иногда брал с собой мальчишек. Егор и Слава очень скучали по маме.
Только Мария Васильевна так ни разу и не доехала до невестки, хоть неоднократно собиралась это сделать. Одна только мысль о том, что ей придется ехать вдвоем с Игорем на автомобиле ее покойного сына, приводила Марию в бешенство.
Она так и не смирилась с тем, что теперь в хозяйстве, можно сказать, правит такой человек, хоть это и было временно, конечно. Несмотря на все желание Игоря помочь, и на реальные его действия на этом поприще, Любина свекровь никак не могла успокоиться.
Она испытывала какое-то отвращение к Игорю, не переносила его присутствия, хоть и понимала прекрасно, что выбора у нее нет. Кто, если не он, станет заниматься сейчас хозяйством, пока Любы нет? Других желающих помогать не было.
Это уже попахивало каким-то сумасшествием. Мария стала ругать внуков за то, что они так много общаются с Игорем. Стала бояться того, что и Люба, однажды, сдастся и вступит с ним в отношения. И что тогда? Он, вообще, поселится в ее доме? Этого Мария никогда не допустит.
Она никогда не допустит того, чтобы ее внуков воспитывал бывший уголовник. Да еще чтобы и жил в ее доме, там, где родился, вырос и умер ее единственный сын, где по-прежнему кругом его вещи.
Чем больше Мария Васильевна думала о возможном воссоединении Любы и Игоря, тем сильнее начинала злиться. Ее раздражало все в нем. Вместо того, чтобы поблагодарить Игоря за все, что он для них делал, она всем видом старалась ему показать, что он человек, не достойный уважения и признания.
Откуда у нее, вообще, появились мысли о том, что Люба обратит на него свое внимание, было непонятно. Ведь она никогда не давала повода так думать, всегда четко излагала свою позицию по поводу возможного повторного замужества.
Скорее всего, Мария просто предчувствовала, что между этими двумя может возникнуть какая-то искра. Впрочем, она не ошиблась. Она же видела, какими глазами Игорь смотрел на Любу. Да, она не отвечала, не обращала на его взгляды никакого внимания, но это совсем не означает, что так будет и дальше.
Как ни крути, Люба женщина молодая, красивая, теперь свободная. Ей, безусловно, нужна помощь. И, если она будет счастлива с Игорем, если он облегчит ей жизнь, почему бы и нет? Но такой расклад в корне не устраивал Марию. Они так не договаривались.
Ее, как будто, переклинило, зациклило на этой мысли. Она намерена была избавиться от Игоря после того, как Люба вернется домой. Она собиралась уговорить невестку отказаться от его помощи любым способом.
Конечно, Игорь прекрасно понимал, что он крайне неприятен Марии Васильевне, этого сложно было бы не заметить. Но он старался не показывать вида. Он старался не ради нее, он все это делал ради Любы и ее мальчишек, к которым за это время очень привязался.
Наконец, наступил день выписки Любови из больницы. Игорь поехал за ней один. Мария Васильевна и дети готовились встречать ее дома. Все были очень рады тому, что она поправилась. Но, только Игорь, кажется, понимал, что Люба не сможет сразу вернуться ко всем своим обязанностям сразу после возвращения.
Ей необходимо будет время для восстановления, нужно будет избегать больших нагрузок, к которым Люба привыкла. Он готов был помогать ей и дальше, и не сомневался в том, что Люба примет его помощь.
- Ну, что, домой? – улыбаясь, спросил он, встречая ее у больницы.
- Наконец-то! – с радостью ответила Люба.
- Там тебя все уже ждут.
- Мне не терпится уже оказаться дома. Поехали скорее.
- Люба, ты же понимаешь, что тебе нельзя перегружать себя? Что нужно поберечься?
- Да знаю я все. Врач мне уже такую лекцию прочел по этому поводу! – усмехнулась Люба.
- И он абсолютно прав. А то, знаю я тебя, не успеешь вернуться, как потянет на трудовые подвиги. Если что-то нужно, я все сделаю сам.
- Спасибо тебе за все. Если бы не ты, я, вообще, не представляю, что бы сейчас было. Остались бы и без урожая, и без хозяйства. – тут же погрустнела Люба, в очередной раз подумав о таком исходе.
- Не думай об этом. Все в порядке. Все отлично. Поехали?
- Да. – уверенно ответила она и села в автомобиль.
Когда они приехали домой, первым делом Люба, конечно же, тепло поздоровалась с родными. Потом она пошла осматривать свои владения, не удержалась. К ее изумлению, все было, действительно, в полном порядке, даже лучше, чем при ней.
Она, хоть и понимала, что Игорь справляется, но даже не надеялась, что настолько хорошо. Все, что требовало когда-то починки, было починено, все, что необходимо было сделать, было сделано. Кругом был идеальный порядок, ее это очень радовало.
- Какой ты молодец! – сказала она Игорю, который везде следовал за ней и готов был выслушать ее пожелания и замечания.
- Я старался. – довольно улыбнулся он, понимая, что угодил.
- Любаша! Где ты ходишь? Я уже на стол накрыла! – услышали они голос Марии Васильевны, которая теперь не собиралась оставлять этих двоих наедине.
- Идем, мам. – отозвалась Люба.
- Игорь, ты сегодня можешь идти домой. Сегодня больше ничего не нужно. – дала Мария Васильевна понять, что не желает его видеть за своим столом, в очередной раз указав ему на его место.
- Но… - хотела было возразить Люба.
- Я, и правда, пойду. До завтра. – сказал он, показывая, что не желает ставить ее в неудобное положение, не хотел конфликта, тем более, в такой чудесный день. продолжение