Мир мужской тюрьмы изучен вдоль и поперёк: воры в законе, блатные, мужики, петухи. Жёсткая иерархия, свои законы, свои касты.
А что на женских зонах? Есть ли там свой аналог «опущенных»? И кто на самом деле правит в женских бараках?
Нет воров, но есть «старшие»
Первое, что нужно понять: чёткой иерархии, как на мужских зонах, здесь нет. Всё гораздо проще и... прагматичнее.
В каждой хате или отряде есть старшая. Это наиболее авторитетная и долго сидящая дама. Но есть нюанс: её кандидатуру открыто одобряет администрация.
Функции старшей:
- Следить за порядком и дисциплиной.
- Разруливать конфликты, не допуская драк.
- Применять силу к ослушницам, если потребуется.
И да, старшая докладывает наверх о состоянии дел. На женской зоне сотрудничество с «хозяином» (начальником колонии) и «кумом» (оперуполномоченным) не считается зазорным. Это просто работа.
Блатные, которые шьют
Есть своя каста и у профессиональных преступниц — вороваек. Но в отличие от блатных на мужских зонах, они не держат власть.
Более того, они работают наравне со всеми. Шьют, вяжут, выполняют норму. Никакого «западло» в труде они не видят.
Вообще, на женской зоне работа — это святое. Если кто-то плохо шьёт и не выполняет план, страдает весь отряд. И такая неумеха запросто может выхватить люлей от сокамерниц, невзирая на свой статус.
«Коблы» и «ковырялки»: интим без позора
Аналога «петухов» в женских тюрьмах не существует. Но однополые отношения есть. Дамы объединяются в пары:
- Кобёл — активная лесбиянка.
- Ковырялка — пассивная.
Интересно, что «ковырялки» не вызывают никакого негатива. С ними можно общаться, сидеть за одним столом, делиться едой. Это личное дело каждой. Никто никого не «опускает».
Кто на самом дне: «бычкососки» и детоубийцы
Но отверженные всё же есть. Аналог мужских «чуханов» — неряшливых и опустившихся — здесь называют «бычкососками» или «колхозницами».
Это, как правило, наркоманки, которые не следят за собой, попрошайничают, собирают окурки. От них держатся подальше — из чувства брезгливости.
Есть и те, кого презирают за сам факт преступления. Это женщины, осуждённые за убийство собственных детей, особенно новорождённых. С ними стараются не контактировать вообще.
«Рублёвые» и «семьи»
Отдельная категория — «рублёвые». Это зэчки, которые оказывают сексуальные услуги сотрудникам колонии. За что? За ништяки: чай, сигареты, сахар, освобождение от работ.
Отношение к ним двойственное. С одной стороны — презрение. С другой — прагматизм: через них можно что-то достать или решить какой-то вопрос.
А чтобы выжить, женщины часто объединяются в «семьи» — группы по 2–5 человек. Они ведут совместное хозяйство, делятся передачами, стоят друг за друга горой. Интим в таких «семьях» не обязателен — это скорее союз для выживания.
Главное отличие
В мужской тюрьме статус определяется идеологией («понятиями»). В женской — прагматизмом.
Здесь не так важно, «кто ты по жизни», как то, насколько ты полезен. Умеешь шить, можешь достать сигареты, способна постоять за себя — будешь в порядке.
А на дно опускаются те, кто не хочет или не может быть частью этого прагматичного мира: ленивые, нечистоплотные и те, чьи преступления выходят за рамки даже тюремного понимания морали.
Женская зона — это мир без романтики «воровской идеи». Здесь всё проще, жёстче и понятнее. Нет «опущенных» в мужском понимании, но есть социальная изоляция. И главный закон здесь не «понятия», а выживание. Любой ценой.
Подписывайтесь на канал «Руки из плеч» — впереди ещё больше историй о закрытых мирах, живущих по своим законам. Как думаете, почему иерархия здесь так сильно отличается от мужской? Делитесь мнением в комментариях!