Воевода Гром торопился в Киев. Корил себя, что не поехал сразу с Всеволодом, но прибытие княгини Ольги в Торческ, и страх, что за нею прибудет муж со своим войском, вынудили воеводу остаться в с Михаилом. Когда стало ясно, что преследователи оставили на время беглую княгиню в покое, Гром обратился к Михаилу.
-Не спокойно на душе у меня, князь! Один Всеволод в Киеве, и не ясно, каково его положение!
-Я тоже думал об этом! - ответил Михаил, - Поезжай, Гром, сам удостоверься как дела у брата!
На том и порешили.
-Войско по правую руку от нас, в пол-днях пути! К Киеву путь держат! - доложил Грому один из дозорных, и воевода понял, что опасения его не были напрасны.
-Кто? - коротко спросил он.
-Знамена Рюрика Ростиславовича, да Давыдовичей с Мстиславичами ратники видели!
"Плохо дело!" - подумал Гром. Ему, искушенному в делах ратных, да интригах княжеских, не потребовалось много времени, чтобы понять - войско вблизи Киева находилось с одной целью, убрать Всеволода из города, и посадить туда одного из ведущих рать князей. Кого именно - не важно. Опасность в любом случае грозила Всеволоду, и опасность смертельная, если не поспеть вовремя. Потому, воевода тут же отдал приказ, гнать во весь опор, чтобы обойти рать, тем более, что двигалась она, со слов дозорных, неторопливо.
Добрались до Киева на закате дня. Как и предполагал Гром, его войско внутрь не пустили, но его самого, с малым отрядом, сопроводили на княжеский двор.
Радость на лице Всеволода при виде Грома, тут же сменилась озабоченностью, настолько угрюм был взгляд воеводы.
-С Михаилом нет беды, я надеюсь? - спросил он.
-С братом твоим порядок, а вот над тобой тучи сгущаются!
Всеволод облегченно перевел дух.
-Знаю! - коротко ответил он и протянул Грому записку, полученную от Марии.
-Кто передал?- спросил Гром, внимательно прочитав послание.
-Не важно, но я уже и сам давно беды жду!
-Она не далече! Рать на Киев движется, по всему видать по твою душу! И тот, кто послание начертал об этом знает!
-Значит и вправду мне бежать надо?
-Надо, и не медля!
Всеволод крикнул дьячка, ведавшего у него по хозяйственной части.
-Собери чего мне в дорогу! С воеводой своим на охоту поеду, несколько ночей в пути буду!
Дьячок как-то странно сморщился, открыл было рот, намереваясь что-то сказать, но видно побоялся и, поклонившись, выкатился прочь.
Через некоторое время, Всеволод с Громом и личными дружинниками, уже направлялись прочь от княжеского терема, в сторону ворот, ведущих из города.
У ворот путь им заступили стражники.
-Не велено тебя, князь, за ворота выпускать!- пробурчал один из них, старательно отводя глаза в сторону.
-Кем это не велено?- пробасил в ответ Гром.
-Мною не велено!
Из тени сторожки появился боярин Яволод, сделал быстрый знак рукой и Всеволода, вместе со спутниками окружили вооруженные воины.
-Лучше не противься, князь, да зла не держи! - продолжил Яволод, - Не по собственному почину тебя, полоню!
Всеволод, видя что Гром ощетинился, готовый к бою, положил руку на плечо воеводы.
-Не сдюжим, Гром, только головы зря сложим!
Гром, нехотя убрал руку от пояса, где висел меч, дал скрутить себе руки. Их повели обратно в детинец, мимо княжеских дворов и храмов, на самые задворки. Здесь, неподалеку от гридницкой, располагалось страшное место. Поруб, где томились тати всех мастей, в ожидании своей участи, предпочитали обходить стороной, крестились, оказавшись поблизости, чтобы отвести беду. Теперь разделить участь татей предстояло и Всеволоду с Громом, а заодно и всем, кто прибыл с ним. Странно, но Всеволод был спокоен. Словно внутренний голос подсказывал ему, что будет хорошо и бояться ему нечего.
-Здрав будь, воевода! - сказал он Грому, когда разводили их по разным сторонам.
-И ты, здравствуй, князь! На твоей стороне правда, а значит плохому не быть! - ответил Гром.
На том и расстались.
Маша сидела с вышиванием в руках, стараясь сосредоточиться на работе. Рядом, ловко пряла пряжу старая нянька дочерей воеводы Шварна. Анна и Ольга увязались с поварихой смотреть, как та месит тесто, а Маша осталась с нянькой, надеясь, что лицезрение ловких движений ее рук, из под которых сочилась, как по волшебству, пряжа, успокоят ее. Сколько раз просила Маша нянюшку научить ее премудростям работы с шерстью, но старая женщина отказывала. Она протягивала вперед скрюченные, потрескавшиеся и грубые, пальцы, вертела ими перед Машиным лицом, говорила:
- Не гоже тебе красу свою портить! Глянь на мои руки - это все от той пряжи! А тебе еще сыщет батюшка жениха знатного и оценит он твои белые, мягкие рученьки! Радуйся, что в богатой семье родилась, не придется тебе на жизнь прялкой зарабатывать!
Так и смотрела Маша на работу нянюшки издали, и это возвращало душе покой, но только не сегодня.
Маша вздрагивала от каждого шороха, и когда услышала за окном шум, подхватилась с места и прильнула к затянутому бычьим пузырем окну, стараясь разглядеть, что происходит.
Скоро в дверь, не спросясь, что было неслыханной дерзостью, сунул голову один из гридней Шварна, завращал белками, не зная куда спрятать глаза, и торопливо заговорил:
-Воевода велел дочерям своим в подполе закрыться и носа оттуда до его повеления не казать! Мы караулом у дома станем!
Маше, переживший не одно нападение на Киев, было ясно, что опасность, на сей раз ожидаемая, снова стояла у ворот. Отец уже давно продумал, как обезопасить дочерей от разгоряченных врагов, ведь рядом быть в такие минуты сам не мог. В подполе устроил для дочерей целый подземный дом, оснащенный дополнительным тайным ходом, ведущим прямо к воротам Михайловского монастыря. Настоятель регулярно получал от Шварна щедрые подношения с напоминанием обещанного укрытия для дочерей в случае опасности. Пока обходилось без этого. Девушки благополучно пересиживали бури в убежище, не зная нужды в еде и питье, и молясь о здравии отца и благополучии Киева.
-Беги за Аннушкой и Ольгой! -велела Мария няньке, и в растерянности оглядела горницу, стараясь собраться с мыслями.
Знать бы, последовал Всеволод ее совету, где застала опасность отца? Но приходилось томиться в неведении.
Прибежали сестры, глаза испуганные. Натерпелись, уже знали, что их ждет. Позади стряпуха с большой корзиной, что всегда стояла наготове, полная подсушенного хлеба и всего, что было приготовлено на сегодня. Позади нее девушки-прислужницы с кувшинами кваса и молока.
Мария взяла сестер за руки, поспешила в укрытие. Нянька изнутри заперла тяжелый засов, отделяя их от внешнего мира, с его опасностями. Не знала Мария, что совсем недалеко, также сидит взаперти Всеволод, ожидая своей участи. Разница между ними была лишь в том, что заточении Марии было добровольным и не одиноким. Но думали молодые люди в те минуты друг о друге, надеясь, что судьба позволит им встретиться вновь.
Дорогие мои подписчики! Если вам нравится канал, расскажите о нем друзьям и знакомым! Это поможет каналу развиваться и держаться на плаву!
Подписывайтесь канал в МАХ, что бы не пропустить новые публикации. Так же на канале публикуются материалы о личной жизни жизни автора, анонсы и объявления.
Поддержать автора (если есть желание) можно переводом на карту:
Сбербанк: 2202 2067 5653 0312