Глава 1(4)
Циклы: "Курсант Империи" и "Адмирал Империи" здесь
Он обернулся на звук моего голоса.
— Опоздал, — констатировал он. Без извинений и оправданий. Просто ставил перед фактом.
Я посмотрел, как транспорт превращается в точку на фоне светлеющего неба. Мои люди. Сто двадцать бойцов, которые летели подавлять восстание.
— Почему ты его не задержал? — голос прозвучал ровнее, чем я ожидал, несмотря на то, что я уже начинал закипать.
Корней устало и тяжело вздохнул.
— Слушай, столичный космодром работает по чёткому графику, Саша. Каждая минута простоя стоит денег. Каждая задержка создаёт эффект домино — один корабль опаздывает, другой не может сесть, третий выходит из расписания...
Я молча смотрел на него. Все эти объяснения не выдерживали критики, и мы оба это знали.
— Ты мог бы договориться, — произнёс я. — У тебя есть связи. Рычаги влияния. Ты всегда хвалился тем, что можешь решить любой вопрос, тем более с какой-то там диспетчерской службой. Подмазать кого надо, надавить на кого надо...
Корней не стал отрицать.
— Мог бы.
— Так почему не сделал?
Пауза. Корней отвернулся к окну, провожая взглядом исчезающий транспорт.
— Во-первых, потому что не верил, что ты так быстро разберёшься с копами, — признался он наконец. — Честно говоря, я рассчитывал, что ты проторчишь в участке до вечера. Как минимум. С твоей-то историей похождений...
— И решил не ждать.
— Конечно, я решил действовать. — Он повернулся ко мне. — Восстание набирает обороты, Санек. Каждый час промедления — это новые жертвы и возможность окончательно потерять контроль над ситуацией. Новые разрушения. Новые потери для корпорации. Я не мог позволить себе роскошь ждать, пока ты выберешься из очередной передряги. И если честно — нужно подавить этот бунт как можно быстрее, пока им не заинтересовались компетентные органы.
— Компетентные органы?
— Восстания рабочих — это тебе не шутка, племянник. Это политический скандал. Если новость просочится в прессу раньше, чем мы решим проблему... — он не закончил, но смысл мне был ясен.
Я молча смотрел на него. Часть меня — та часть, которая понимала логику бизнеса и цену времени — признавала его правоту. Другая часть — та, которая всё ещё помнила, каково это — быть солдатом, а значит, частью команды — эта часть кипела от возмущения.
— Ничего бы не изменилось, появись ты здесь раньше, — добавил Корней, словно прочитав мои мысли. — Они бы всё равно улетели. Просто на пару часов позже.
— Изменилось бы, — возразил я. — Потому что я бы полетел вместе с ними.
Теперь уже Корней смотрел на меня — с тем особым выражением, которое появляется у людей, когда они слышат что-то настолько неожиданное, что не знают, как реагировать.
— С ними? — переспросил он. — На подавление восстания?
— Да.
— Зачем?
Вопрос прозвучал искренне — не насмешливо и снисходительно, а именно искренне. Корней действительно не понимал, зачем главе корпорации лично лететь в зону конфликта и рисковать своей жизнью, когда для этого существуют наёмные охранники.
Я сделал шаг к окну, вставая рядом с ним. Транспорт уже исчез — растворился в утренней дымке, унося с собой моих людей и мой шанс быть частью происходящего.
— Я никогда не слышал, — начал я медленно, подбирая слова, — чтобы работники нашей корпорации устраивали такое. Забастовки — да. Митинги — бывало. Переговоры с профсоюзами, требования, угрозы судебных исков — всё это часть нормальной корпоративной жизни.
— Это и есть жизнь, — согласился Корней. — Рабочие всегда хотят больше. Это в природе человека.
— Но не это, — я качнул головой. — Не убийства и захват заложников. Не... восстание. Там что-то другое. Что-то, что заставило обычных людей — горняков, техников, операторов добывающих комплексов — взять в руки оружие и убивать своих начальников. Я слышал о забастовках и о переговорах с профсоюзами — это неприятно, но нормально. Но чтобы пролилась кровь, и наши объекты были захвачены — это... неприемлемо.
Корней слушал молча.
— И я хочу знать, почему, — продолжил я. — Хочу знать, потому что это моя корпорация. Моё имя стоит на документах. Это моя ответственность. — Я повернулся к нему, и теперь мой голос звучал жёстче. — Я не хочу быть тем грязным денежным мешком, Корней. Тем богатеем, который сидит в своей башне из стекла и стали, считает прибыли и плевать хотел на людей, которые эту прибыль создают. Который ради наживы забирает последнее у обычных работяг. Мне всегда претили такие люди. Я не хочу стать одним из них.
Корней по-прежнему молчал. Его лицо было непроницаемым, но в глазах что-то изменилось — какая-то тень уважения, которой там не было минуту назад. Или, может быть, удивления — удивления от того, что его племянник, которого он привык считать бесшабашным юнцом, говорит такие вещи.
— Ты серьёзно, — произнёс он, наконец. Это был не вопрос, а констатация.
— Абсолютно.
За моей спиной чуть поодаль стояли мои друзья — молчаливые, внимательные. Они слышали каждое слово. И по выражению их лиц я понял — они точно со мной. Как и всегда.
Таша стояла чуть в стороне, и в её глазах я видел в этот момент... понимание. Глубокое, настоящее понимание того, кем я был и кем пытался стать.
Корней провёл рукой по лицу — всё тот же жест усталости.
— И что ты предлагаешь?
— Договорись о втором транспорте, — сказал я, и эти слова прозвучали как приказ. — Я лечу на астероиды. Я хочу разобраться во всём лично.
Корней смотрел на меня долгую, бесконечную секунду. Потом медленно вздохнув, кивнул.
— Хорошо. Организую...
Друзья, на сайте ЛитРес подпишитесь на автора, чтобы не пропустить выхода новых книг серий.
Подпишитесь на мой канал и поставьте лайк, если вам понравилось.