Подморозило наши прострелы.
И фотографируя поникшую степную луговину, я прагматично думал, словно третьесортный ритейлер: как же мне всё это подмороженное «продать»? Как представить своим читателям, чтобы не сильно огорчить последствием безжалостного похолодания? Сослаться на жизнестойкость эфемероидов, которые в суровых условиях, может, и жертвуют красотой, но цели видового выживания не оставляют, успешно завершают репродуктивный цикл?
Но при ближайшем рассмотрении оказалось, не такой уж и хрупкий «продукт» – красота сон-травы.
И если на открытых пространствах прострелы пострадали от мороза, то на южной части склона им хоть бы хны. Так и цветут, несмотря на заморозки, разбрасывают вокруг себя густую свежесть, укладывают фиолетовые мазки на серый холст ранней степи и привлекают пчел и шмелей – главных ценителей цветочной красоты.
Может, только сильнее склонились к южному горизонту, ярче обозначили свой порыв к солнцу, демонстративнее показали кому-то морозоповелевающему свою жизненную ориентацию…
Настояли на своем праве открыться свету, оттепелям, лучам, источникам весеннего тепла…
А здесь о мечте раннего детства – о планете Ландринада: