Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Записки москвитянина

ВЕТЕР ИСКЬИ

ЧАСТЬ 4-я ДВА КОСТЁЛА И ВОПРОС Когда-то в зимнем Львове, в самом центре Лемберга, я написал песню с рефреном: У костёла Марии Снежной Вспоминаю тебя я прежней. Посвятил я её самой красивой женщине «Литературной газеты» родом из Львова. Просто ослепительно красивой – я и подойти боялся. Мы ведь в одном здании работали – ЛГ и «Лит. Россия». Признался заместителю ответсекретаря Владимиру Соломатину, который вместе с Рубцовым на Северном флоте служил. «Не решаюсь, Володя, подойти, познакомиться…». – «Эх ты, поэт! Сиди – сейчас в кабинет приведу». И точно - появились на пороге, она смущённо и невыразимо улыбалась… И началось – стихи, письма, романтические встречи, обеды с шампанским в «Будапеште» – просто красивая любовь, даже без семейных измен. Почти… Помню её свежо, ярко, по-настоящему. И она тоже, как понял: позвонила через много лет в прямой эфир радио «Говорит Москва», когда я выступал, а потом и на вечер в ЦДЛ пришла, хоть померкла, конечно: западенская красота. И вот приезжаю-при

ЧАСТЬ 4-я ДВА КОСТЁЛА И ВОПРОС

Когда-то в зимнем Львове, в самом центре Лемберга, я написал песню с рефреном:

У костёла Марии Снежной

Вспоминаю тебя я прежней.

Посвятил я её самой красивой женщине «Литературной газеты» родом из Львова. Просто ослепительно красивой – я и подойти боялся. Мы ведь в одном здании работали – ЛГ и «Лит. Россия».

Признался заместителю ответсекретаря Владимиру Соломатину, который вместе с Рубцовым на Северном флоте служил. «Не решаюсь, Володя, подойти, познакомиться…». – «Эх ты, поэт! Сиди – сейчас в кабинет приведу». И точно - появились на пороге, она смущённо и невыразимо улыбалась…

И началось – стихи, письма, романтические встречи, обеды с шампанским в «Будапеште» – просто красивая любовь, даже без семейных измен. Почти…

Помню её свежо, ярко, по-настоящему. И она тоже, как понял: позвонила через много лет в прямой эфир радио «Говорит Москва», когда я выступал, а потом и на вечер в ЦДЛ пришла, хоть померкла, конечно: западенская красота.

И вот приезжаю-приплываю на остров Искью – наваждение просто: есть костёл Марии Снежной. Снега не бывает, а костёл стоит на самом мысу в районе Форио. Поехал сразу, конечно, полюбоваться, вспомнить, сфотографировать.

-2

Во всех путеводителях написано, что одним из символов городка Форио на острове Искья является храм Санта Марии Снежной или, как и во Львове - дель Соккорсо (Девы Марии Помощницы).Действующий католический храм.
был построен ещё в XIV веке, с 1350 по 1653 гг. принадлежал монастырю ордена святого Августина – есть изваяние внутри.

Местные жители издавна считали эту церковь Санта-Мария-делла-Неве (Святой Марии Снежной) покровительницей моряков. Внутри можно увидеть множество амулетов – маленьких лодочек, которые традиционно оставляли уходившие в плавание искитанцы, чтобы целыми и невредимыми вернуться домой. Я даже в лавке купил лодочку «Анна» - другой не было.
Мадонна дель Соккорсо, без сомнения, наиболее востребованный молодожёнами храм - для венчаний и фотографий, да ещё панорама с видом на море и сама архитектура этой маленькой жемчужины просто дышит свежестью и вечностью. Но вот загадка: сама Мария изображена в храме с чёрной дубинкой в руке – грозно поднимает её, словно кому-то грозит. Почему? Что сие значит? Начал искать а инете – даже Алиса не знает. Спрашиваю в гостинице Касса Николо: почему с дубинкой-то? Пожимают плечами.

Мадонна с чёрной дубинской
Мадонна с чёрной дубинской

Люди, ну кто ответит?

А я просто стихи написал:

У КОСТЁЛА МАРИИ СНЕЖНОЙ

Мой кораблик в лазури безбрежной

На волнах не устанет плясать.

У костёла Марии Снежной

Продолжаю тебе писать.

В чём симфония русского слова?

В окликании дальних звёзд,

Хоть от Форио и до Львова

Между храмами – тыщи вёрст.

Итальянское слово gazzetta

Лишь монета в глуши веков.

Счастье, молодость, «Литгазета»,

Твой родной и любимый Львов.

Мне не сбиться с победного курса,

Знаю: нежность и свет победит

Потому-то и храм де Сокорса

До сих пор на Искье звонит..

Кто про дубинку Богородицы подскажет?