Денис Сергеевич Воронов, владелец и председатель совета директоров крупной девелоперской компании, крепко пожал руку своему партнёру Борису Ильичу Морозову, который возглавлял ведущую строительную фирму в городе. Деловая встреча прошла как нельзя лучше, и теперь самое время подумать о дальнейшем сотрудничестве и новых совместных проектах, которые могли бы принести выгоду обеим сторонам.
— Борис Ильич, мы отлично поработали над предыдущим проектом, и я, честно говоря, не вижу никаких причин искать другого подрядчика для новых задач. Что скажете? Не против принять участие ещё в одном интересном и, смею надеяться, прибыльном деле? — Воронов говорил уверенно, с лёгкой улыбкой, чувствуя, что партнёр его не подведёт.
— Вы абсолютно правы, Денис Сергеевич, — охотно согласился Морозов, довольно кивая. — Сработались мы действительно здорово, на редкость слаженно. И я, конечно, с большим интересом выслушаю ваше новое предложение. Кстати, может быть, перейдём к обсуждению за ужином, в неформальной обстановке? Если вы не возражаете, я бы захватил с собой своего финансового директора, чтобы все детали можно было сразу проработать.
— Нисколько не возражаю, напротив, я и сам хотел вам это предложить, — рассмеялся Воронов, чувствуя приятное единодушие. — Я тоже планирую взять с собой нашего финансиста. Вот видите, мысли сходятся не только у дураков, как говорят в народе, но и у серьёзных деловых людей.
Они быстро согласовали удобный день, время и выбрали ресторан, после чего тепло попрощались, каждый довольный итогами встречи.
Вернувшись домой, Денис Сергеевич поднялся на второй этаж и, мягко постучав в дверь дочери, предупредил её о планах на вечер.
— Лена, сегодня мы ужинаем с нашими деловыми партнёрами, так что, пожалуйста, будь готова к семи часам. Постарайся не задерживаться.
— Хорошо, пап, — спокойно отозвалась из-за двери Елена. Хотя ей совершенно не хотелось никуда идти после напряжённого рабочего дня, подводить отца она просто не могла. Тяжело вздохнув, она всё же отправилась в душ, мысленно настраиваясь на предстоящий светский разговор.
Лена была единственной и горячо любимой дочерью Воронова. К своим тридцати годам она уже занимала должность финансового директора в компании отца и неоднократно доказывала, что получила эту ответственную позицию не только благодаря родственным связям, но и благодаря собственному острому уму и работоспособности. Её мать умерла, когда девочке было всего тринадцать: однажды утром она просто не проснулась — оторвался тромб. Денис Сергеевич так и не женился во второй раз, посвятив все свои силы и свободное время воспитанию дочери, стараясь дать ей всё, что только мог. Лена окончила школу с золотой медалью, затем с отличием университет и постепенно начала помогать отцу с ведением дел. К двадцати пяти годам он уже без малейших сомнений назначил её финансовым директором, полностью доверяя её профессионализму и деловой хватке.
А вот с личной жизнью у Лены как-то не складывалось. Попадались либо откровенные охотники за её деньгами и положением в обществе, либо напыщенные, избалованные маменькины сынки из богатых семей, которые не умели ничего, кроме транжирства. Разочаровавшись в таких отношениях, она решила полностью погрузиться в работу, не оставляя времени на пустые романы. Поэтому предстоящий ужин, по сути, был для неё очередной деловой обязанностью, которую нужно было просто пережить.
Атмосфера самого престижного ресторана в городе — с приглушённым светом, белыми скатертями и непринуждённым шёпотом других гостей — располагала к долгой приятной беседе и наслаждению изысканной кухней. Лена с отцом подошли к заказанному столику в тот же момент, что и Борис Ильич Морозов, который явился не один, а в сопровождении молодого мужчины лет тридцати пяти, одетого с иголочки.
— Позвольте представить — мой финансовый директор, Матвей, — Борис Ильич жестом указал на своего спутника и с довольной улыбкой добавил: — Он же, как вы могли догадаться, по совместительству мой сын.
— Вот это приятное совпадение! — воскликнул Воронов, искренне удивившись и обрадовавшись такому повороту. — А мой финансовый директор — моя дочь, Лена. Прошу любить и жаловать, как говорится.
Молодые люди с нескрываемым интересом посмотрели друг на друга и сдержанно, но вполне вежливо поздоровались. Однако в течение вечера, когда разговор зашёл о работе, об увлечениях и жизненных принципах, они обнаружили, что у них гораздо больше общих тем, чем можно было предположить. Так что встреча из сугубо деловой довольно быстро и естественно перетекла в дружескую. За столом успели обсудить детали нового проекта, назначили день для предварительного изучения договора, а после хорошего ужина разошлись по домам, оставшись друг другом довольны.
Когда они сели в машину, Борис Ильич, хитровато покосившись на сына, задал ему неопределённый вопрос.
— Ну что, сынок, как тебе Лена? Какое впечатление произвела? — спросил он, поглаживая подбородок.
— Ты о чём или, точнее, о ком именно спрашиваешь? — Матвей скептически усмехнулся, сделав вид, что не понимает намёка. — В целом, ничего особенного... — но он не стал уточнять, оставив простор для размышлений.
— Ну, в целом всё неплохо сложилось, — задумчиво протянул Борис Ильич. — А было бы ещё лучше, если бы тебе удалось войти в их совет директоров. Ты только представь, какие перед тобой открылись бы перспективы! — он загадочно потёр подбородок, увлекаясь собственной идеей.
— Ну ты и фантазёр, отец, — рассмеялся Матвей, хлопнув отца по плечу. — Ждут они тебя там с распростёртыми объятиями, как же. Скажи спасибо, что на новый контракт удалось договориться, и на том пока остановимся.
— Ну, это мы ещё посмотрим, как всё повернётся, — Мотя снова усмехнулся, и его хитрый, какой-то даже масленый взгляд должен был насторожить отца. Но Борис Ильич был настолько доволен результатами встречи и подписанными соглашениями, что попросту не обратил на это никакого внимания.
— Кстати, а когда ты собираешься делать предложение своей Нине? — вдруг поинтересовался отец, меняя тему. — Девушка заждалась уже, смотри, надоест ей ждать, найдёт себе кого-нибудь более расторопного, и ты останешься ни с чем.
— Ничего, ждала столько лет, подождёт и ещё немного, — самонадеянно отмахнулся Мотя, даже не глядя на отца. — Да и где она найдёт такого парня, как я? Красивый, умный, богатый — идеальный вариант, можно сказать.
— Твоя мать уже вовсю просматривает сайты с ресторанами и свадебными агентствами, так что ты её зря не расстраивай, — с лёгким укором попросил Борис Ильич, хотя в душе его поражало такое пренебрежительное отношение сына к девушке, которая была без ума от него ещё с самой школы.
— Не волнуйся, папа, мамины просмотры и все эти изученные материалы очень скоро пригодятся, — расхохотался Мотя, чувствуя свою власть над ситуацией. — Уж я тебе это гарантирую.
Он и вправду твёрдо решил жениться в ближайшее время, но только вот совсем не на Нине, хотя и по-своему был к ней привязан. Понимая, что предстоит непростой разговор с заждавшейся невестой, он уже обдумывал, какие слова подобрать, чтобы не потерять её окончательно.
Позже, лёжа в постели с Ниной, Мотя лениво накручивал на палец её длинный локон, собираясь с мыслями.
— Ниночка, нам нужно серьёзно поговорить, обсудить одну очень важную деталь, которая касается нашего с тобой будущего, — начал он как бы невзначай.
— Ну наконец-то! — обрадованно воскликнула она, приподнимаясь на локте. — Ты всё-таки решил сделать мне предложение? Я уж думала, никогда не дождусь.
— Не сейчас, — он мягко, но властно прикрыл ей рот ладонью. — Ты ведь хочешь стать женой самого богатого и влиятельного человека в нашем городе, правда?
— Мне совершенно всё равно, богатый ты или бедный, — вспыхнула Нина, глядя на него с обожанием. — Я тебя любого люблю, каким бы ты ни был.
— Да все вы так говорите, — усмехнулся он с лёгкой горечью. — Как только у мужика начинаются настоящие проблемы, так сразу все хвостами начинают вилять и искать кого-то побогаче.
Он прекрасно видел, что его слова задели Нину, и она даже, скорее всего, сильно обиделась на такое недоверие.
— Ладно, ладно, не дуйся, я же знаю, что ты не такая, — примирительно чмокнул он её в висок. — Но я хочу, чтобы ты ни в чём не нуждалась, понимаешь? Поэтому у меня есть один продуманный план.
— Мотя, ты меня начинаешь пугать, — девушка осторожно отстранилась от него, вглядываясь в его лицо. — Что ты там опять задумал? Говори прямо.
— Я собираюсь жениться на дочери нашего нового партнёра, — выпалил он, глядя на её реакцию. Увидев испуганные и расширившиеся глаза Нины, он поспешил её успокоить: — Да нет, ты не подумай ничего такого! Это всего лишь бизнес, чистая сделка, и ничего личного. Я её вообще не люблю и даже не рассматриваю как женщину. Так вот, после свадьбы я войду в совет директоров их компании, получу доступ к большим деньгам и рычагам влияния, а потом спокойно разведусь. И мы с тобой наконец-то заживём по-настоящему.
— А если она сама не захочет с тобой разводиться? — тихо спросила Нина, и было заметно, что ей совсем не нравится такой циничный план, но она боялась перечить любимому.
— Не захочет — заставим, — самоуверенно усмехнулся Мотя, снова привлекая её к себе. — Знаешь такую поговорку? С волками жить — по-волчьи выть. — И он опрокинул её на спину, давая понять, что разговор окончен.
После того ужина с Морозовыми Лена поначалу забыла о существовании Матвея, но через пару дней он сам напомнил о себе телефонным звонком.
— Елена Денисовна, беспокоит Матвей Морозов. Помните ещё меня? Мы недавно ужинали с вами в ресторане, обсуждали проект, — произнёс он в трубку приятным голосом.
— Да, Матвей, конечно, помню, — слегка соврала Лена, на самом деле уже успевшая выкинуть его из головы. — А откуда у вас мой номер, если не секрет?
— Ваш отец дал, с его разрешения, — пояснил он. — Мы ведь теперь, кажется, надолго связаны общим проектом, так что я хотел бы обсудить кое-какие рабочие вопросы лично, если вы, конечно, не против.
— Хорошо, — вздохнула Лена, понимая, что от этого разговора не отвертеться, и внутренне готовясь к тому, что придётся снова куда-то идти, хотя у неё и без того была масса текущих задач. — Где и когда вам будет удобно встретиться?
Она любезно предоставила ему право выбора места и времени, и Матвей, к её удивлению, назначил встречу так, чтобы ей было максимально удобно, даже не возражал против предложенного ею кафе. Он был согласен на любые условия, лишь бы увидеться. В ресторане они действительно поговорили о делах — обсудили детали договора, график платежей и сроки поставок, — а потом беседа плавно и незаметно перетекла на житейские темы. Матвей, как и в прошлый раз, оказался интересным, остроумным собеседником, который умел слушать и задавать правильные вопросы. Лена с удивлением обнаружила, что испытывает настоящее удовольствие от разговора с ним, а не просто выполняет скучную деловую повинность.
— Можно просто Лена? — перебила она его, когда он в очередной раз обратился к ней по имени-отчеству. — А то чувствую себя на приёме у врача.
— Лена, так даже лучше, — обрадовался парень такому повороту, сверкнув глазами. — Мне бы очень хотелось встретиться с вами... то есть с тобой, снова, но уже в неформальной обстановке. У меня есть яхта, так что можно устроить небольшое путешествие вдоль побережья на пару дней. Я обещаю, ты ни за что не пожалеешь, погода сейчас отличная.
После романтической поездки на яхте последовали захватывающие заезды на картинге, потом долгие прогулки на лошадях по живописным окрестностям, а ещё они перепробовали все мыслимые кухни, которые только были представлены в их городе. Матвей оказался невероятно обаятельным, внимательным до мелочей и щедрым на сюрпризы кавалером, не скупился на искренние комплименты и постоянно придумывал что-то новое, чтобы порадовать Лену. И вскоре она с лёгким испугом и даже с некоторым ужасом для самой себя поняла, что с нетерпением ждёт каждой новой встречи, а в его отсутствие постоянно думает о нём. Как цинично и расчётливо и планировал Мотя, девушка постепенно, но верно влюбилась в него без памяти.
— Пап, я должна тебе кое-что сказать, — через три месяца после их знакомства Лена, сияя от счастья, поставила отца перед фактом. — Мотя сделал мне предложение. Мы решили пожениться.
— Ну что ж, это твой выбор, дочка, и я его уважаю, — неопределённо, с какой-то скрытой грустью произнёс Денис Сергеевич, откладывая в сторону планшет.
— Ты чему-то не рад? — удивилась она, внимательно всматриваясь в его лицо. — Я думала, ты обрадуешься за меня.
— Не знаю, Лен, как-то всё это неожиданно, — честно признался отец, вздохнув. — Вы знакомы всего три месяца. Но если это настоящая любовь, если ты чувствуешь, что это твой человек... Я не хочу тебе мешать.
— Мне кажется, я его правда люблю, — Лена слегка покраснела, опустив глаза. — И, по крайней мере, он точно не похож на охотника за моими деньгами. Их семейство, сама знаешь, тоже не бедствует, так что ему ничего от меня не нужно.
— Дочь, я приму любой твой выбор и буду рядом, что бы ни случилось, — обнял её отец, крепко прижимая к себе, но на душе у него было тревожно. Вроде бы жених производил впечатление неплохого малого, образованного и воспитанного, но было в его глазах что-то такое, от чего у Воронова пробегал неприятный холодок по спине. — Очень надеюсь, что он окажется достоин тебя, моя хорошая.
Свадьба получилась шумной, богатой и весёлой, как и положено в таких кругах. Невеста просто цвела, выглядела совершенно счастливой и беззаботной, радуясь каждому моменту. А в это время в своей маленькой скромной квартирке на окраине города горько плакала женщина, которая безумно и безответно любила её жениха уже много лет и верила в его обещания.
Семейная жизнь оказалась для Лены не такой уж и сложной, как она раньше себе надумала. Они с Матвеем целыми днями пропадали на работе, занимаясь каждый своими проектами, а дома встречались лишь вечерами за уютным ужином, делясь новостями. В выходные они обязательно куда-нибудь выбирались, чтобы развеяться — то в театр, то за город. Иногда супруг уезжал в долгие командировки на несколько дней, и Лена искренне скучала по нему, даже не подозревая, что в это время он живёт у своей любовницы в спальном районе и проводит с ней всё свободное время. Через два года после свадьбы Лена поняла, что беременна. Её радости не было предела, она уже мысленно представляла, как они будут воспитывать малыша. Мотя, однако, этой радости совершенно не разделял, но и не показывал этого, делая вид, что тоже счастлив. К тому же ему до сих пор никак не удавалось попасть в совет директоров компании тестя, на что изначально и был весь его хитрый расчёт. А теперь ещё и этот неожиданный ребёнок спутал все его карты, сделав развод гораздо более проблематичным.
Чтобы всё как следует обдумать в тишине, Матвей уехал в очередную командировку, теперь уже на целую неделю. И Нина всегда с большим нетерпением ждала его приездов, а дни без него были для неё мукой. Жила она на другом конце города, в густонаселённом спальном районе, где априори не мог случайно появиться никто из новых родственников Матвея. Так что любовники без особой опаски выходили из дома, гуляли по двору и даже ходили в соседний супермаркет, стоявший прямо через дорогу. Но эта бесшабашная дерзость и чувство безнаказанности в итоге сыграли с Матвеем злую шутку.
Воронов направлялся на важную деловую встречу с новыми инвесторами из столицы. Он сидел на заднем сиденье своего просторного автомобиля, а за рулём был его личный водитель Виктор, проработавший у него уже несколько лет, человек надёжный и неболтливый.
— Эх, жаль, зятя нельзя с собой взять на такую встречу, — задумчиво произнёс Денис Сергеевич, поправляя галстук. — У него голова в таких финансовых вопросах неплохо варит. А Лену уже брать опасно, бережёную надо, сама понимаешь.
— А почему Матвея Борисовича нельзя с собой взять, если он так хорошо разбирается? — вежливо поинтересовался Виктор, поглядывая на дорогу.
— Так он же в командировку уехал, на целую неделю. Дня через три только и вернётся, — Денис Сергеевич отвернулся к окну и, покачав головой, добавил: — Ну и весна нынче выдалась. То минус за окном, то лужи, то вдруг солнце светит. Не поймёшь, в чём выходить.
— Как уехал? — слегка опешил Витя, бросив короткий взгляд в зеркало заднего вида. — Я же вчера на дальней заправке бензин заливал, там качество получше. И вечером, когда возвращался, в супермаркете в западном микрорайоне видел его. Он с какой-то женщиной был, продукты выбирали. Я не успел подойти и поздороваться, на кассе расплачивался. А когда выскочил на улицу, они уже в подъезд соседнего дома зашли. Ну мало ли, думаю, с кем он там, может, коллега какая.
Воронов нахмурился и замолчал, уставившись в окно. Он изо всех сил пытался отогнать нехорошие, липкие мысли, но те упорно лезли ему в голову, рисуя нелицеприятные картины.
— А можешь показать мне тот дом и тот самый подъезд? — спросил он глухим голосом.
И когда водитель назвал точный адрес, Денис Сергеевич принял для себя твёрдое решение. На следующий же день нанятый им частный детектив уже докладывал ему всё о зяте, подтвердив худшие опасения и приложив к отчёту чёткие фотографии Нины и Матвея, где они были вместе и вели себя как любовники.
Дождавшись возвращения зятя из якобы командировки, Воронов без лишних слов приехал к нему в кабинет для серьёзного разговора.
— У тебя есть два выхода, и слушай меня внимательно, — жёстко начал тесть, не скрывая своего гнева. — Или ты прямо сейчас собираешь свои вещи и навсегда проваливаешь из жизни моей дочери, тихо и без скандала, или я немедленно расторгаю все договоры с твоим отцом, разоряю вашу фирму и всё рассказываю Лене и Борису Ильичу. — Он бросил на стол перед Матвеем пачку фотографий, которые тот сразу узнал. — У тебя ровно два дня на размышления.
Он резко вышел из кабинета, даже не взглянув на зятя, и не заметил той лютой, животной злобы, которая сверкнула в глазах Матвея.
— Поехали домой, — бросил он водителю, садясь в машину. — Только не гони, на улице подморозило, дорога скользкая.
А через три дня Лене позвонили из больницы и страшным голосом сообщили, что её отец погиб в жутком ДТП на трассе. Пьяный водитель грузовика, принадлежавшего компании Морозовых, вылетел на встречную полосу на большой скорости, и столкновение было просто неизбежно. Высокая скорость грузовика в сочетании с сильным гололедом сделали своё чёрное дело. Воронов скончался на месте, даже не приходя в сознание. Водитель той встречной машины, которую зацепило по касательной, тоже погиб, влетев в придорожный столб. Виктор в тот день был на выходном, иначе судьба его, скорее всего, была бы такой же.
Продолжение :