Глава 1. Ужин, который остыл
Меня зовут Сергей. Тридцать восемь лет. Работаю инженером-проектировщиком. Зарплата средняя, но хватает. Жена — Лена. Познакомились в универе, женаты двенадцать лет. Сын Пашка, десять лет, спит в соседней комнате.
В тот вечер я вернулся с работы раньше. Купил цветы. Не потому, что праздник. Просто увидел мимозу в ларьке и подумал: «Лена любит».
Дома горел свет. На кухне — пусто. Кастрюля с пловом остыла. Крышка снята, пар вышел. Я заглянул в спальню — пусто. В гостиной — пусто.
Телефон Лены лежал на диване. Экран горел. Входящий звонок с именем «Коля К.» прервался через пять гудков. Я не придал значения. Друзей у Лены много.
Она вошла через десять минут. С балкона.
— Ты где была? — спросил я, обнимая её. От неё пахло ментоловой сигаретой. Она не курит.
— Воздух ловила. Пашка уснул, а я нервничаю.
Я поверил. Потому что мужья верят. Идиоты.
— Ужин остыл, — сказал я.
— Я не голодна.
Она прошла в спальню, закрыла дверь. Я остался на кухне. Разогрел плов. Съел один. Запил кефиром. Посуды на столе — две тарелки. Моя и Пашкина. Её тарелка стояла чистая в сушке.
Вот что должно было меня насторожить. Но я не насторожился.
Глава 2. Поздние звонки
Дальше — мелочи. Они складываются в картину, как кусочки пазла. Но ты их не замечаешь, потому что живёшь внутри.
Лена стала дольше задерживаться в душе. Смотрела в телефон, когда я проходил мимо — убирала. Смеялась, когда писала кому-то. Я спросил:
— С кем болтаешь?
— Да так, девчонки из декрета.
Она не была в декрете уже семь лет. Пашка в третьем классе.
Потом ночной звонок. Полвторого. Телефон завибрировал на тумбочке. Лена схватила его мгновенно. Вышла на кухню. Я лежал и смотрел на потолок. Слышал приглушённый голос.
— …да не сейчас, Коль, я же сказала… потом… утром…
Я поднялся. Пошёл на кухню. Она сидела на табуретке, босиком, в моей старой футболке. Увидела меня — улыбнулась слишком быстро.
— Это Коля с работы. Смену поменять просил. Завтра в восемь.
Я работаю в конструкторском бюро. Мои коллеги не звонят в час ночи. Никогда. Лена работала в салоне красоты администратором. Уволилась год назад. Не работала вообще.
— Дай телефон, — сказал я.
— Ты чего? — её голос стал острым. — Не веришь?
— Дай. Пожалуйста.
Она отдала. С задержкой. Экран был погашен. Я нажал на список звонков. Последний входящий — «Коля К.» — в 01:27. Длительность разговора — четырнадцать минут. До этого — в 23:10 — исходящий на него же. Двадцать одна минута.
— Лена, кто это?
— Коллега. Я же сказала.
— Ты не работаешь.
Она замолчала. Потом сказала:
— Мы с ним в одной группе в волонтёрском штабе. Я тебе говорила. Ты не слушал.
Я не помнил никакого волонтёрского штаба. Может, и говорила. Может, я пропустил мимо ушей. В тот момент я хотел поверить. Правда? Очень хотел.
Я отдал телефон.
— Ладно. Извини.
Она погладила меня по щеке. Поцеловала в уголок губ. Сказала:
— Ты у меня самый лучший. Параноик мой любимый.
Мы легли спать. Она отвернулась к стене. Через минуту задышала ровно. Я лежал с открытыми глазами. Пахло её шампунем и чем-то чужим. Ментолом.
Глава 3. Такси на юг
Через неделю я взял отгул. Сказал на работе — «семейные обстоятельства». Сам сел в машину и припарковался напротив дома. В девять утра Лена вышла. Сумка через плечо. Волосы уложены. Туфли на каблуках — она в них даже в магазин не ходила.
Я поехал за ней. Не знаю, зачем. Может, хотел убедиться, что я дурак. Что всё нормально. Что она едет на почту или в аптеку.
Она села в такси. Жёлтое, с шашечками. Я запомнил номер — 382. На заднем стекле — трещина.
Такси поехало на юг. За город. Мимо торговых центров, мимо пустырей, мимо дачных массивов. Я держался в трёх машинах сзади. Сердце стучало в горле.
Остановились у гостиницы «Причал». Двухэтажное здание, бассейн под плёнкой, табличка «СПА-ОТЕЛЬ». Лена вышла. Поправила юбку. Вошла внутрь.
Я припарковался у забора. Ждал. Включил приёмник. Не слушал. Смотрел на дверь.
Через пятнадцать минут к отелю подъехал белый кроссовер. Номер я не запомнил — меня затрясло. Из кроссовера вышел мужчина. Высокий. Светлые волосы. В джинсах и поло. Лет тридцать пять. Уверенная походка. Он не оглядывался. Открыл дверь отеля и исчез.
Я сидел и смотрел на табличку «СПА-ОТЕЛЬ». Слово «ОТЕЛЬ» горело розовым неоном. Одна буква «Т» мигала.
Просидел я три часа. Выкурил полпачки. Я не курю вообще. Купил в киоске у входа. Дрожащими руками.
В двенадцать дня Лена вышла. Одна. Волосы растрёпаны. Туфли в руке — шла босиком по асфальту. Села в такси. Уехала.
Я подождал ещё пять минут. Вышел белый кроссовер. Мужчина за рулём. Весёлый. Жмёт кому-то в телефоне.
Я завёл машину. Поехал домой.
Глава 4. Ужин при свечах
В тот вечер я ничего не сказал. Не мог. Слова застревали. Я смотрел на Лену и видел чужую женщину. Она нарезала салат. Рассказывала, что ездила в торговый центр с подругой. Выбирала Пашке куртку на весну.
— А куртка где? — спросил я.
— Не подошла по размеру. Завтра поменяем.
Она врала спокойно. Как дышала. Без запинки. Я смотрел на её руки. Тонкие пальцы. Кольцо с фианитом — то самое, что я подарил на седьмую годовщину. Она его не сняла. Зачем? Для порядка?
— Серёж, ты какой-то хмурый, — сказала она. — Устал?
— Устал.
— Пашку из школы забрать не забудь завтра. У меня дела.
Дела. Да. У неё дела.
Ночью я не спал. Листал её страницу в соцсетях. Открытой — она никогда не закрывала. Друзья. Фотки. Комментарии. Нашёл «Колю К.». Страница закрыта. Аватар — мотоцикл. Подпись: «Лучше поздно, чем никогда».
Я написал ему в сообщения. Коротко: «Ты кто?». Ответа не получил.
Утром Лена ушла «в торговый центр». Я взял Пашку в школу. Потом поехал к «Причалу». Стоял на парковке до одиннадцати. Белый кроссовер стоял на том же месте. Номер я запомнил — А777МР. Записал в телефон.
Поехал в ГИБДД. Знакомого попросил пробить. Сказал — «должник, скрывается». Пробили. Владелец — Колесников Николай Александрович, 1988 года рождения.
Коля К.
Я позвонил Лене. Она не взяла. Я позвонил ещё раз. Взяла на пятый.
— Ты где? — спросил я.
— В ТЦ. А что?
— С кем?
— С Наташкой. Ты чего голос такой?
Я сбросил. Заплакал в машине. Прямо на парковке ГИБДД. Три минуты. Потом вытер лицо и поехал к Пашке в школу. Надо было на урок труда принести цветную бумагу.
Глава 5. Скажи мне правду
Я решил спросить прямо. В лоб. Без улик, без записей, без такси. Просто сесть и спросить.
Это случилось в субботу. Пашку отправили к бабушке. Мы остались вдвоём. Я приготовил ужин. Стейки. Салат. Бутылка красного.
Она удивилась.
— Что за повод?
— Просто захотелось.
Мы сели за стол. Она пила вино. Рассказывала про погоду, про Пашкины оценки, про то, что нужно поменять смеситель на кухне. Я слушал и думал: «Она сейчас врёт или нет?».
Потом я отставил бокал.
— Лена.
— Мм?
— Ты меня любишь?
Она улыбнулась. Легко. Привычно.
— Конечно. Ты чего?
— Тогда скажи правду. Одну. Самую главную.
Она замерла. Рука с вилкой остановилась на полпути.
— Про что?
— Про Колю.
Она не побледнела. Не заплакала. Она поставила вилку. Откинулась на спинку стула. Посмотрела на меня долго. Спросила:
— Ты следил за мной?
— Скажи правду.
Она молчала. Минуту. Две. Потом встала. Подошла к окну. Спиной ко мне.
— Ты не поймёшь.
— Попробуй.
Она обернулась. Глаза сухие. Губы сжаты.
— Мы встречаемся. Три месяца. Я хотела тебе сказать. Не могла.
— Встречаетесь? — переспросил я. Слово было как чужое. Не про нашу жизнь. — Ты с ним спишь?
— Да.
Одно слово. Простое. Как гвоздь.
Я встал. Подошёл к раковине. Открыл воду. Смотрел, как струя бьёт в нержавейку. Руки тряслись.
— Зачем?
— Ты всегда на работе. Или на диване. Или с Пашкой. Меня не замечаешь.
— Я цветы приносил.
— Цветы — это не внимание, Серёж. Это отписка.
Я выключил воду. Повернулся к ней.
— Ты могла сказать. Мы могли сходить к психологу. Развестись, в конце концов. Зачем этот обман? Такси, отель, врать про куртки?
Она молчала.
— Ты любишь его? — спросил я.
— Не знаю.
— А меня?
Она посмотрела мне в глаза. Честно. Впервые за три месяца.
— Ты мне как брат.
Эти слова прозвучали громче пощёчины. Я молча собрал тарелки. Вымыл посуду. Вытер стол. Она стояла у окна и смотрела на улицу.
— Я уйду, — сказала она. — Завтра.
— Уходи сейчас.
— Пашка спит у бабушки. Я не оставлю его одного.
— Я не про Пашку. Я про тебя. Уходи сейчас.
Она вышла из кухни. Через пять минут хлопнула входная дверь.
Глава 6. Документы на столе
Она вернулась утром. Я не спал. Сидел на кухне с кофе. Третья чашка. Чёрный. Без сахара.
Лена вошла тихо. Села напротив. Положила на стол паспорт, свидетельство о браке, выписку из банка.
— Я не буду делить квартиру. Пашку оставлю тебе. Но видеться я с ним буду.
— Ты решила?
— Мы решили. Коля разводится. Мы съедемся.
Я смотрел на документы. Свою фамилию в её паспорте. Дату регистрации брака — август 2012. Пятница. Жарко было. Она в белом платье, я в костюме. Танцевали до утра.
— Он богатый? — спросил я.
— При чём тут это?
— При том, что ты администратором в салоне работала. А теперь живёшь на мою зарплату. И тратишь её на такси до отеля. Так при чём?
Она покраснела. Впервые за разговор.
— Не смей.
— Я не смею. Я спрашиваю. Ты уходишь к нему. Хорошо. Но скажи — ты из-за денег?
— Нет.
— А из-за чего?
Она заплакала. Тихо. Слеза скатилась по щеке, упала на паспорт.
— Он меня видит, Серёж. Понимаешь? Он смотрит на меня и видит. Не мать Пашки, не жену инженера. Меня. А ты смотришь сквозь.
Я хотел сказать, что это неправда. Что я видел её каждый день. Каждое утро. Но в горле стоял ком.
— Уходи, — сказал я. — Пожалуйста.
Она встала. Собрала документы. У двери обернулась.
— Пашке не говори пока. Я сама.
— Хорошо.
Она ушла. Я услышал, как завелся двигатель. Не наш — белого кроссовера. Он ждал у подъезда. Значит, она приехала с ним. Стояла у окна. Смотрела, как он открывает ей дверь. Как целует в щёку. Как уезжают.
Я закрыл шторы.
Глава 7. Утро после
Прошло полгода.
Пашка живёт со мной. Мы поменяли комнаты: ему мою, спальню. А я сплю в его бывшей. Там обои с динозаврами. Я к ним привык.
Лена приходит по субботам. Сидит на кухне, пьёт чай, смотрит, как Пашка делает уроки. Мы почти не разговариваем. Только «здравствуйте» и «до свидания». Один раз она спросила:
— Как ты?
— Нормально.
— Серёж…
— Не надо.
Она замолчала. Поставила чашку. Ушла.
Я не злюсь. Честно. Злость прошла на втором месяце. Осталась пустота. Как в квартире, когда вынесли мебель. Вроде бы стены те же, свет горит, а жить иначе.
Однажды я шёл с работы. Завернул в «Причал». Купил в баре кофе. Сел за столик. Напротив — дверь в номерной корпус. Я представил: вот тут она шла босиком по асфальту. Туфли в руке. Счастливая.
Я допил кофе. Встал. Пошёл к Пашке в школу — забирать.
По дороге купил цветы. Поставил дома в вазу. На кухонный стол.
Сам не знаю, зачем.
Может, привычка.
Может, для Пашки, чтобы видел — в доме есть женщина. Хоть бывшая, хоть какая.
А может, просто потому, что мимоза пахнет весной. И кто-то же должен ставить цветы в эту вазу.