Глава ✓424
Начало
Продолжение
- Вы, Николай Ильич, никогда более за карточный стол не сядете - вот единственное моё условие. На иконе клянитесь.
Скромно потупив глаза, Мария Николаевна тем не менее, ни на вершок уступать не желала. Как когда-то наотрез отказалась передать в руки супруга все счета, дела и книги расчётные. Не барское это дело, разбирать споры крестьян, ссориться с соседями за ворованный лес, ловить и судить браконьеров, торговать пиленым лесом, зерном, холстом, грибами и ягодами. А то и людишками - тоже копеечка, особливо ежели они талантливые.
Своего театра князья Волконские не держали, голосистых своих людей продавали без душевного трепета перед искусствами, но кружевницы и художники у них в крепости были отменные, на немалом оброке работали, изрядную прибыль хозяевам приносили. Как ни просились на откуп, а кто в здравом уме отпустит на волю курочку, что золотые яйца несёт? То-то!
А что хозяйка делами управляет, так то привычно. Да и не смог бы вести дела с таким размахом, как княжна или её батюшка, человек, с юности в полку обретавшийся, веривший на слово и деньгам цену и счёту не знающий.
О том, что Николай игрок, она знала ещё до замужества. В карты играли все дворяне, без различия звания, пола и состояния. Бывало, что проигрывали всё движимое и недвижимое имущество: крепостных людишек, земли, леса, лошадей, драгоценности жён и дочерей, имения, дома. Даже жён некоторые, не смущаясь скандала, умудрялись поставить на кон покрытого зелёным сукном игрального стола. Вот и Николай Ильич Толстой не отставал!
И ничего катастрофического, достойного эпического скандала, что устроила ему благоверная, не ожидал. Он мужчина, имеет право немного развеяться, разве нет? Оказывается - нет! Жена - кроткая, тихая, молчаливая, ужасно стесняющаяся своей абсолютной некрасивости рядом с видным мужем, незаметная домовитая жёнушка, вдруг встала на дыбы и категорически отказалась выплачивать не долг какому-нибудь низменному портному, а долг карточный - долг чести!
Какую-то жалкую сумму в тысячу рублей.
При её доходах в пару тройку сотен тысяч в год - это мелочи, она порой на платье бальное больше тратит. Но тут упёрлась - не дам! Оплачивать мужнин долг вызвалась сама - стыд неописуемый для каждого мужчины, или сам с должником разбирайся, или...
- Вы вынуждаете меня, Мари, пойти на крайние меры. Нет иной причины не выплачивать долг чести, кроме как стреляться. У меня денег нет, как вам известно, а к Позорному столбу я не встану.
- Николай Ильич, вы, подполковник, заместитель командира гусарского Принца Оранского полка, давали мне перед венчанием честное слово, что более за карты не сядете. Так ваше Слово мне стоит менее, чем ставка за столом какому-то проходимцу?!
Ярко-алые пятна гнева покрыли некрасивое лицо княжны по крови и графини в замужестве, испятнали некрасиво шею и грудь в вырезе платья. Но глаза! Яркие, блистающие льдистой синевой - в этот момент они были прекрасны. И явственнее всего иного говорили об опасности этого момента. Жена готова на всё!
Этими глазами сейчас смотрели на графа Толстого поколения князей Волконских, в чьем слове никогда и никому не дозволялась усомниться, чья храбрость безудержная не знала границ, по одному слову которых воздвигались и рушились здания и двигались полки на поле Куликовом.
Слава его рода не слабее, но Фортуна куда реже отсыпа́ла им от щедрот своих, а страсти в крови недостаточно для благоденствия и процветания. Надобна ещё Удача, которой и стала для угасающей ветви дома Толсты́х женитьба на княжне Волконской. 45 тысяч проиграл в 20-м году Николушка*, единовременно проиграл, поставив семью на грань разорения, и то матушка с сестрами только плакала, не смея сына упрекать, да папенька, казанский губернатор, пожурил лишь, а потом от огорчения помер с собственными долгами в полмиллиона рублей.
Полгода прошло после венчания в июльский жаркий день 1822 года Марии и Николая, и вот он сорвался - сел за карты, пока жена в маске развлекалась на святочном столичном маскераде. Соскучилась в крохотном военном лагере городка Орехов в Таврическрй губернии. Да и с ним не садились играть однополчане, а тут ...
Что же делать?!
Хоть с позором из полка увольняйся, так ведь ославят, никто потом руки не подаст. А Маша стоит недвижно, смотрит на иконы, а по щекам слёзы дорожки проложили. Нельзя ей расстраиваться, в тяжести она.
Плюнув на собственную гордость, Николай подошёл к образам, и на иконе Николы-чудотворца дал неснимаемый обет более к картам не прикасаться. Долг его передал удачиливому сопернику лакей - не стала Мари мужа позорить, да не постенснялся дворовы́й расписочку попросить, что долг, мол, выплачен вовремя и без остатку. Бумагу как ни странно, передал самому барину, Николаю Ильичу с поклоном.
И вот два года с того дня миновали, истекает год 1824-й, святой обет свой исполняет Николай Ильич без утайки, с лёгкостью, спасибо Николе-угоднику, а жена, неожиданно пришедшая по сердцу, уже второго сына, надеюсь, носит под сердцем.
Неожиданно для самого себя Николай проникся к Мари нежными чувствами. Её лицо всё чаще озарялось нежной сияющей улыбкою, глаза блистали весельем, а звонкий голосок звенел подлинным счастьем. Вот уж точно было замечено: вся красота в глазах смотрящего. Теперь Николай Толстой видел истинно светлый и добрый облик супруги своей, Богом данной.
Никогда более не случались меж ними размолвки, не усомнилась Мари в его мужественности, воле и решениях, да и времени на них, и причин как-то не оставалось - много времени уделял Николай делам полка, порой возвращаясь домой заполночь.
Всё сложнее было Мари контролировать дела в Ясной Поляне, заботы нежного материнства и светские обязанности супруги уже полковника полка гусар отнимали множество времени, а она ещё папенькой была научена не доверять управляющим и все дела имения вести самой. Приехали они в столицу хлопотать об отставке - больно далеко из Таврической губернии в Тульское имение ездить. Да грянул ноябрь!
Увы, вторая беременность Марии прервалась неожиданно рано из-за известных трагических событий. По счастью перенесла потерю малыша Мари без осложнений, вероятно оттого, что срок был невелик. Горевать и плакать времени не было - надо было спасать имущество и помогать несчастным, которые лишились всего имущества. Благо, что своего дома у Толстых в Петербурге не было, остановились они у родни со стороны супруги, чей дом тоже весьма пострадал от нахлынувших невских вод, и первую неделю за хворающей женой ухаживал сам Николай не доверяя чернавкам дворовым: воды подать, бульону, прочесть что-нибудь из "Наук любви" *** Овидия. Вместе посмеяться, находя в поучениях мудреца и здравые рассуждения, и собственные ошибки.
Призванный доктор утешил расстроенных супругов тем, что способность Марии Николаевны производить на свет чад нисколько не пострадала, надобно только постараться. В декабре прошение Николая об увольнении из армии было высочайше одобрено.
Свободен!!!
Пенсия полковника гусарского полка, дабы не позорили честь мундира отставные офицеры, хороша - половина от оклада, 1800 рублей в год и более пяти сотен рублей " на столованье" **. Это более тысячи двухсот рублей в год, а коли помрёт офицер безвременно, так его дети и супруга пенсию получать станут. Жена по смерти своей, дочки - пока замуж не выйдут, а сыновья - до первого офицерского чина. И хоть доход у четы Волконских неплохой, а лишними такие деньги не бывают.
Ожидая отставки, повелел он обновить усадебный дом, давно нуждавшийся в ремонте, и вот как раз к вести об отставке пришло письмо из Ясной Поляны, в котором архитектор приглашал полюбоваться на дивное творение в стиле классицизма, готовое принять под свои сени растущую хозяйскую семью. Как жаль, что крошка, которую носила под сердцем графиня, не увидит этих высоких колонн, сияющих окон и портиков...
Планы, планы. Мечты построить оранжерею и развести сад, в котором будут расти экзотические ананасы, винограды и оранжады. И персиковый сад, чьи пушистые плоды так нравятся Машеньке.
Удивительно, как неважны стали сейчас крупные черты её лица, удивительно преображавшиеся, когда она читала что-нибудь сентиментальное или слушала на веранде, как поют работающие в поле или в саду, или на речке полощущие бельё бабы. Ласковая, кроткая, любящая... Он ли мечтал о большем? Она ли сверкала на него гневными очами?
Природа любит пошутить...
Продолжение следует ...
Телефон для переводов и звонков 89198678529 Сбер, карта 2202 2084 7346 4767 Сбер
* Около 50 миллионов на современные деньги...
**А. И. Бегунова «Повседневная жизнь русского гусара в царствование императора Александра I»
Кому интересно....
*** Жаль, что в школе не проходят "Науки любви" ! На моё счастье эта книжица попала мне в руки лет в 20 и многое в моём мировоззрении поменяла. Всё же Великий Римлянин, Публий Овидий Назон - величайший из всех семейных психотерапевтов ☺️.