2 глава
В тот вторник в университете пахло остывшим кофе и осенней сыростью, которую студенты приносили с собой на подошвах ботинок. На вторую пару в аудиторию вошел незнакомый парень.
— Новенький, — шепнула Ксюша, толкая Кристину локтем. — Из параллельной, говорят. Артур.
Кристина подняла глаза. Парень был высокий, в темном свитере, с легкой небрежностью в том, как он перекинул рюкзак через одно плечо. Он сел на последнюю парту, положил перед собой тетрадь и принялся рассеянно крутить ручку между пальцами.
Всю пару Кристина не слышала ни слова из лекции. Она смотрела в конспект, но видела только его: как он поправляет рукав, как кивает, записывая что-то, как на мгновение задерживает взгляд на окне.
«Вот он, — подумала она. — Ну почти. Только волосы темнее, чем у того, кого я придумала. И щетины нет. Но ничего. Это поправимо».
Рядом Рита что-то жевала, прикрывая рот ладонью, и поглядывала то на доску, то на телефон под партой. Ксюша сидела ровно и старательно конспектировала, иногда поглядывая на Кристину с легким подозрением.
Когда прозвенел звонок, Кристина не стала, как обычно, доставать из сумки бутерброд и пересаживаться к подругам. Она молча встала, поправила волосы — русую прядь за ухо, потом обратно — и направилась к двери.
— Ты куда? — удивилась Рита с набитым ртом.
— Подышать, — бросила Кристина и выскользнула в коридор.
Она прошла до лестницы. Место было удачное: широкая каменная лестница с коваными перилами, между вторым и третьим этажом. Студенты сновали туда-сюда, но здесь, у поворота, всегда было чуть свободнее. Кристина встала, облокотившись на перила, и попыталась принять позу, которую она сотни раз видела в кино.
Она скрестила лодыжки. Нет, так неудобно. Поставила ноги вместе. Снова скрестила. Вздохнула. Опустила одно плечо. Приподняла подбородок. Опустила ресницы. Открыла глаза.
«Я загадочная, — убеждала она себя. — Я девушка с тайной. Я не просто стою у лестницы. Я жду. Я думаю о чем-то важном. О чем-то таком… недосягаемом».
Она посмотрела вдаль — туда, где коридор уходил к буфету. Студент с красным рюкзаком. Две девушки, смеясь, показывали что-то в телефоне. Преподаватель с папкой прошел, не поднимая глаз. Артура не было.
Кристина поправила свитер. Потом снова поправила волосы. Потом поняла, что уже пять минут стоит у лестницы с одним и тем же выражением лица, и мышцы щек начинают ныть от этой полуулыбки, которую она изобразила в надежде казаться одновременно печальной и притягательной.
— Да что ж ты, — прошептала она себе под нос.
Десять минут. Целых десять минут, которые растянулись в вечность.
Кристина стояла у лестницы, как солдат в карауле. Спина затекла, но она не позволяла себе расслабиться. Лицо ее выражало глубокую задумчивость — брови чуть сведены, губы тронуты легкой печалью, взгляд устремлен в никуда. Она видела себя со стороны: стройная девушка у кованых перил, русые волосы падают на плечи, темные глаза смотрят с тайной грустью. Картина, достойная кисти художника.
«Сейчас он выйдет, — думала она. — Увидит меня. Остановится. Спросит, почему у меня такое лицо. А я скажу… я скажу что-нибудь загадочное. Например: „Просто день такой“. И он поймет, что я не такая, как все».
Студенты шли мимо. Кто-то бросил взгляд, кто-то нет. Две первокурсницы хихикнули, проходя рядом. Кристина не обращала внимания. Она ждала.
И вот дверь аудитории открылась снова. Артур вышел, застегивая на ходу черную куртку. Наушники уже висели на шее. Он поднял глаза, посмотрел прямо на Кристину…
Внутри у нее всё оборвалось. Сердце сделало кульбит и замерло.
…и отвернулся. Кинул быстрый взгляд — вот так смотрят на стену, на дерево, на случайный предмет на дороге. Ни удивления. Ни интереса. Ничего. Он прошел мимо, и шаги его застучали по лестнице вниз.
Кристина еще секунду стояла с тем же задумчивым лицом. А потом плечи ее опустились, и загадочность исчезла, как дым.
— Дурак, — прошептала она и поплелась обратно в аудиторию.
Ксюша и Рита сидели на своих местах. Перед Ксюшей лежал ровный конспект, перед Ритой — горстка шоколадных конфет, которые она у кого-то выпросила на перемене.
— Ну что? — спросила Ксюша, даже не поднимая головы. — Прошел?
— Прошел, — глухо ответила Кристина и рухнула на стул.
— Посмотрел?
— Кинул взгляд. Быстро так. Как на… на мебель.
Рита отложила конфету. В ее карих глазах появилась такая нежность, что Кристина вдруг почувствовала, как к горлу подступает ком.
— Иди сюда, — сказала Рита и раскрыла объятия.
Кристина придвинулась. Рита обхватила ее за плечи и притянула к себе. От нее пахло шоколадом и какими-то духами — сладкими, домашними. Теплая ладонь легла на Кристинину голову и начала гладить — медленно, успокаивающе, как в детстве.
— Всё хорошо, — сказала Рита тихо. — Ну подумаешь. Он тебя не достоин.
— Он даже не заметил, как я старалась, — пробормотала Кристина в Ритино плечо. — У меня лицо болело от этого выражения.
— Зато какое выражение было, — усмехнулась Ксюша, но тут же получила от Риты такой взгляд, что прикусила язык.
— Всё, молчу, — сказала Ксюша и отвернулась к окну.
Кристина посидела так минуту, вдыхая Ритин сладкий запах и чувствуя, как тепло разливается по груди. Потом отстранилась, вытерла глаза — хотя не плакала, но близка была к тому — и сказала:
— Ладно. Забьем.
— Забьем, — подтвердила Рита и сунула ей в руку конфету.
К сожалению, забыть не получилось.
Через два часа была физкультура. Большой спортивный зал, скрипучий пол, запах резины и пота. Девушки в черных шортах и футболках на одной половине, парни — на другой. Преподаватель — пожилой, вечно недовольный мужчина со свистком — раздал задания.
Кристина не любила физкультуру. Не то чтобы она была совсем неуклюжей — нет. Но когда надо было делать что-то быстро или ловко, ее тело словно переставало слушаться. Мячи улетали не в ту сторону. Ноги путались. Прыжки получались короткими.
Сегодня играли в волейбол. Кристина встала в дальний угол, надеясь, что никто не заметит ее скромную попытку притвориться, что она участвует.
— Кристина! — рявкнул преподаватель. — Ближе к сетке!
Она послушно переместилась. Мяч прилетел к ней внезапно — тяжелый, жесткий. Она отбила его как попало, локтем, и мяч улетел куда-то в сторону, глухо стукнулся об стену и покатился по полу.
— Эй, осторожнее! — крикнул кто-то из парней.
Кристина покраснела. Следующая подача пришлась на нее. Она подбросила мяч, размахнулась — и ударила по воздуху. Мяч шлепнулся на пол у ее ног.
По залу пронесся смешок.
Кристина подняла мяч, стараясь не смотреть по сторонам. Руки дрожали. Она снова подбросила, снова ударила — на этот раз мяч перелетел через сетку, но так слабо, что упал прямо перед линией.
— Не страшно, — сказала ей Рита с соседней позиции. — Бывает.
Кристина кивнула и стиснула зубы.
А потом, когда физкультура закончилась и все потянулись в раздевалку, она услышала это.
Голоса за спиной. Смех. Она не хотела оборачиваться, но ноги сами остановились.
— Ты видел эту? — Это был голос Артура, узнаваемый, чуть хрипловатый. — Как она подавала? Просто улет.
— Улет в стену, — подхватил другой парень, рыжий, с веснушками. — Она вообще руками не умеет?
— И ногами, наверное, тоже, — усмехнулся Артур. — Чучело какое-то.
Смех грянул с новой силой.
Кристина стояла спиной к ним, и кровь прилила к лицу так сильно, что стало жарко. В ушах зашумело. Она хотела обернуться. Хотела сказать что-то резкое, умное, уничтожающее. Но язык не поворачивался. Только ноги вдруг стали ватными, а в груди разрасталась холодная, тяжелая пустота.
— Крис? — раздался сбоку голос Риты. — Крис, ты чего?
— Ничего, — выдавила Кристина и пошла в раздевалку быстрым шагом, почти бегом.
Только там, за дверью, прижавшись лбом к холодному шкафчику, она позволила себе выдохнуть. Слезы подступили, но она сдержала их. Нельзя. Не здесь. Не из-за него.
«Чучело», — повторилось в голове. — «Чучело какое-то».
Она закрыла глаза и представила того, другого Артура — из своих фантазий. Того, который держал бы ее за руку. Тот никогда бы не сказал такого. Но того не существовало. А этот — смеялся над ней в компании других мальчишек.
Продолжение следует
