Валерий пришел домой озабоченный, усталый. Он молча переоделся, принял душ, сел в гостиной в ожидании ужина. Гена забрался к нему на колени, стал ерошить ему волосы. Он заглядывал в лицо отцу, который почти не реагировал на его действия, просто смотрел в телевизор, вряд ли что понимая из происходящего не экране.
Ирина хлопотала на кухне, волнуясь перед предстоящей встречей мужчин. Она приготовила свои фирменные котлеты, сварила клюквенный морс, сделала салат из свежей капусты. Когда все было готово, она подошла к зятю и сказала:
- Валера, я должна тебе сказать, что сегодня к нам придет один человек… Ну, в общем, это Анатолий Васильевич, мой хороший знакомый.
Она сделала ударение на слове «хороший».
Валерий будто очнулся. Ирина Леонидовна смотрела на него немного смущенным взглядом. Она говорила о каком-то Анатолии Васильевиче… Ах, да! Это тот мужчина, с которым она была на концерте в ДОФЕ, который приходит в детский сад за внучкой.
- Хорошо, Ирина Леонидовна!
- Ты не мог бы переодеться?
Она показала рукой на его спортивный костюм, в котором Валерий ходил дома. Валерий недоуменно пожал плечами: надо так надо! Он надел брюки, светлую рубашку, в которой закатал рукава, вышел в кухню. На столе уже стояло все, что предполагала предложить хозяйка гостю. Валерий почесал затылок: значит, все серьезно? Он улыбнулся и вышел из кухни.
- Ирина Леонидовна, мы будем встречать гостя в кухне? Может, накроем стол в гостиной?
Ирина благодарно взглянула на зятя:
- Ты так думаешь, Валера?
- Конечно! И у меня есть бутылочка коньяка – вы не против?
- Он не пьет, Валера!
Валерий улыбнулся:
- Он служил на флоте?
- Да, в Севастополе, на корабле.
- Тогда, я думаю, он поддержит меня.
В дверь позвонили. Ирина Леонидовна вздрогнула, беспомощно взглянула на зятя, поправила волосы.
- Я открою, - произнес Валерий и пошел в прихожую.
Он принял плащ от Анатолия Васильевича, проводил его в гостиную.
Они сели за стол, Валерий разлил коньяк. Анатолий Васильевич встал, держа рюмку, кашлянул, произнес:
- Вот, значит, Ирина Леонидовна, Ирина, я прошу тебя стать моей женой!
Он достал из кармана пиджака бархатную коробочку, открыл ее, протянул Ирине. Она встала, взглянула на Валерия, который улыбался, глядя на них, приняла коробочку. Анатолий достал кольцо из этой коробочки, надел на палец Ирины.
Валерий встал, поднял рюмку:
- Горько!
Ирина Леонидовна махнула на него:
- Чего выдумал! Не свадьба!
В комнату заглянул Гена, удивленно посмотрел на бабушку, стоявшую рядом с дедом Аленки.
- Вот так, Валера, - проговорил Анатолий Васильевич, - не думал, не гадал, что встречу здесь такую женщину. Тебе смешно смотреть на нас?
- Ну почему смешно? – возразил Валерий. – Я рад за вас! Не зря поэт сказал: «Любви все возрасты покорны».
- И тебе нужно жениться, Валера! – проговорила Ирина, положив ладонь на руку зятя. – Уже прошло много времени, тебе пора.
Валерий вздохнул:
- Вы ведь знаете, что сейчас это невозможно.
- Почему? - воскликнул Анатолий. – Если вы любите друг друга, нужно решиться!
- Ладно, - прервал разговор Валерий, - давайте за вас! Вы когда в Севастополь поедете?
- Мы с Геночкой уже скоро, в апреле, а Толя с Аленкой - попозже.
Они посидели еще часа полтора, и Анатолий засобирался домой.
- Толя, а как твоя дочка отнеслась к нашему решению? – спросила Ирина.
- Пока не знаю. Удивилась, конечно, захотела посмотреть на тебя…
- А если я не глянусь ей?
- Поздно! Я уже сделал предложение и получил согласие.
… Марина отработала первую смену, вышла из детского сада, оставив Свету до вечера. Она хотела пройти по магазинам, купить продуктов, чтобы на завтра что-нибудь приготовить для Саши. Думая о нем, она всегда ощущала и обиду на него, и вину перед ним. Ее жгла обида за его измену, ведь когда они женились, Саша сразу сказал, что самое главное - между ними должно быть все честно!
- Моряк должен быть уверен, что его ждут, он должен быть уверен в верности жены, понимаешь? Не беспокоиться о том, что он вернется, а его ждет сюрприз!
Марина не просто была согласна с ним – она радовалась, что он говорит те самые слова, которые хотела говорить и слышать она! Это же счастье, если они будут думать одинаково! Однако жизнь показала совсем другое. Марина не могла точно сказать, когда в их жизни появилась та полоса, за которой уже не было безоговорочного доверия, честности. Вроде бы и явного обмана не было, но все-таки… А теперь появился и он, обман. И что самое обидное – Саша не собирается извиняться, он считает, что ничего особенного не произошло!
А о себе Марина боялась думать. В последнее время в ее мыслях все чаще появляется Валерий. И что самое страшное – она будто бы примеряет свою жизнь с ним. Когда-то, когда ей было лет семнадцать, она спросила у своей бабушки, как ей удалось прожить с дедом столько лет. Неужели была такая большая любовь? Ответ бабушки не просто удивил ее – он ошеломил:
- Да какая там любовь! Он всю жизнь по другим бабам бегал, да и руку на меня поднимал.
- А зачем же ты терпела, бабушка?
- А как не терпеть? Четверо детей – куда я с ними? Ради детей и жила.
Это так врезалось в память Марины! Получалось, что женщина должна в первую очередь думать о детях, а о себе – потом? Вот и она – думает о дочке, как ей будет без отца? Неужели и ей всю жизнь терпеть ложь и жить без любви?
Выйдя из гастронома, она, задумавшись, ступила на проезжую часть. И в этот момент резко заскрипели тормоза и Марина почувствовала удар в левое бедро. Перед глазами все перевернулось, она услышала крики людей, захотела ухватиться за что-нибудь, но ничего не оказалось под рукой, и Марина полетела в темноту…
Очнулась Марина в больнице. Конечно, она сразу вспомнила, что произошло, и первым движением ее было – встать, ведь ей нужно за дочкой, в детский сад!
- Ты куда собралась? – остановила ее медсестра, вошедшая в палату.
- Мне нужно в детский сад! – проговорила Марина.
- Лежи, куда тебе в детский сад?
- Дочка у меня там!
- Ничего, кто-то заберет.
- Да некому забрать: отец в госпитале лежит, соседей нет.
- Повезло девочке с родителями: оба улеглись в больницу! – пошутила медсестра. – А ты не переживай: сейчас позвоним в детский сад, объясним ситуацию, небось найдут выход из этой ситуации. У тебя есть подруга, знакомая?
- Я работаю в этом саду.
- Ну, тогда все в порядке будет! Кто-то из сотрудников заберет. Диктуй номер телефона!
Марина улеглась на подушку, невольно сморщившись от боли: болела голова в затылке и левое бедро. Она потрогала голову: на затылке была шишка, прикосновение к которой было очень болезненное. Как-то неприятно тянуло низ живота.
- Что со мной? – спросила Марина.
- Да слава Богу, кажется, ничего серьезного - ушибы, синяки. Переломов вроде нет, сотрясения тоже. Так что скоро выйдешь отсюда. А лучше у доктора спросить, что там у тебя.
Марина прикрыла глаза и сразу почувствовала, как закачалось все кругом.