-Все, что угодно, - сказал я.
- Первое, и главное – я абсолютно равнодушна к вам. Вы мне симпатичны, не более. Что с этим будем делать?
- Я сделаю все, чтобы вы меня полюбили, - совершенно искренне возразил я, – Мы будем жить вместе, отдыхать вместе, общаться – вы узнаете меня и, надеюсь, оцените.
- Уже оценила, - весьма цинично улыбнулась она и продолжила, - есть еще одна новость – на убой.
- Весь внимание, - сосредоточился я.
- Увы, я беременна. От Корнеева. Аборт делать не буду. У меня резус фактор отрицательный.
- Корнеев знает? – Напрягся я.
- Не сочла нужным… - криво усмехнулась Евгения, -ему совершенно необязательно об этом знать.
- Отлично! – сказал я, - Значит, план такой: ты переезжаешь ко мне. Рожаешь, и это будет наш ребенок. Со сроками я утрясу, чтобы Корнееву и в голову не пришло, что это его ребенок. И, еще: у меня тоже есть условие. Ты должна понравиться моим родителям. Это важно.
Когда я посмотрел на неё, встретил оценивающе- снисходительный взгляд…
- Что ж, я готова ко всему, - ответила она.
...Я даже не сразу понял, что она имеет ввиду. Только прожив с ней какое-то время, понял, что это не я, а она снизошла до меня, позволив на ней жениться и растить её ребенка. Знаете, есть такой тип людей, которые умеют все повернуть с ног на голову? Она была из таких. Оценив мои возможности и приняв их, Евгения, добившись своего, приняла это как должное и даже больше – она будто сделала мне этим одолжение…
Сходили к родителям, Евгения вела себя сдержанно – приветливо. Родители, которых я не баловал знакомством со своими пассиями (кроме бывшей жены), старались изо всех сил, но были зажаты – я это видел. Когда на кухне спросил у мамы, как ей Евгения, та смущенно ответила:
- Ты будто на прием пригласил Английскую королеву… Такая дистанция...
Познакомил, но план не осуществил: хотел сказать им, что мы встречаемся давно, и она беременна от меня - и не сказал, зато сообщил, что мы поженимся.
Она переехала ко мне, и, наверное, года три жили мы достаточно неплохо. Она нуждалась в поддержке и я дал её в полной море. Сначала у нее был токсикоз, в целом беременность протекала сложно, Евгения даже на сохранении лежала. Кесарево сечение, несколько месяцев восстановления.
Пока подрастала малышка, мы почти были единым целым. Почти – потому что, даже тогда, в те лучшие времена, она держала меня на расстоянии.
Родители в Алиночке души не чаяли и по первому требованию забирали её к себе, гуляли с ней, возили к врачу и прочее. Им и в голову не приходило, что это не мой ребенок. Я тоже об этом забыл. Сразу же, как стали жить вместе.
К двум годам дочки, жена предложила съездить на горнолыжный курорт. Без ребенка. Родители безропотно согласились забрать на это время девочку.
Несколько дней мы потратили на походы по дорогим бутикам, и только потом отправились в Альпы.
- Я не умею кататься на горных лыжах, - сказала Евгения, - но это – моя мечта! Найми мне инструктора!
Нанял. Молодой, красивый, атлетически сложенный парень. Евгения по пол - дня проводила с ним. Я сидел на открытой террасе и пил глинтвейн, поглядывая на них, и первое, что я с удивлением заметил, так это то, что она умеет смеяться и общаться легко и непринужденно. Её глаза горели, она снова была той девочкой, которую я хотел бы видеть рядом с собой. К тому времени я уже четко понимал, что она меня не любит, и вряд ли это когда-нибудь произойдет. Я тогда уже не так любил её, но зависимость от желания обладать ею довлела надо мной. Ничего не мог с этим поделать.
Потом были Турция, Антиб, Тенерифе. Везде она находила способ дистанцироваться от меня – будь то теннисный корт, общение с новоиспеченными подружками, либо массаж.
На массаж она записывалась везде. Ей очень нравилось, когда ею занимаются молодые, красивые массажисты. Возвращалась умиротворенная и довольная. Подозреваю, что, кроме массажа, там были и другие процедуры…
Чтобы обеспечить её растущие потребности, вкалывал как вол - деньги с потолка не падают. Она же занималась собой – с большим удовольствием. СПА, косметологи, уколы красоты. Подружки, кафе, магазины. С ребенком – няня.
Мы с дочкой ладили. Она была похожа на мать и в перспективе могла стать даже красивее.
Евгения не готовила, не убирала – все это делали нанятые работники. Единственное, она водила дочку на языки и на хореографию. И то, ей это было выгодно: пока Алинка занималась, Евгения сидела с кем-нибудь в кафе, и бог знает еще что.
Как-то встретил Корнеева. Он был нимало удивлен, узнав, что я женат на Евгении.
- Она тебе еще мозги не вынесла? – сыронизировал он, - я от нее и голову терял и ненавидел одновременно.
Я не стал говорить ему о наших отношениях, лишь пожал плечами.
К одиннадцати годам, дочка стала красавицей с массой поклонников из одноклассников. Начались подростковые проблемы, начала спорить и сорится по каждому поводу, доказывая свою правоту. Я был достаточно жесток в своих требованиях, и отношения у нас на тот момент немного ухудшились. Поэтому был не удивлен, что она так легко собралась и уехала с мамой, отключив телефон. Это было, конечно, неприятно, но вполне объяснимо.
Автор Ирина Сычева.