С женой к тому времени мы почти не общались, лишь иногда встречались в постели. Спали в разных спальнях, и я приходил к ней, когда моя моя зависимость ломала меня и выворачивала. Она тоже приходила ко мне… когда в её головке рождалась какая-нибудь гаденькая (для меня) мысль. Например, после такой вот ночи она вдруг сообщала, что уезжает на несколько дней с подругой к её матушке в Орел, либо требовала от меня денег на что-то незапланированное, но очень дорогое. Я уже знал, если пришла она – значит, будет что-то из ряда вон…
Просил у нее ребенка. Не дождался. На голубом глазу находила разные причины, чтобы не рожать: тот же резус, необходимость пролечится. Да и просто – не получается! Она не виновата! Однажды увидел в ванной концептративы, понял все. Но ругаться и выяснять отношения не стал. Брак давно исчерпал себя, я был в нем измотан и совершенно несчастлив.
***********
…На работе, на следующий день после произошедшего, пригласил в кабинет Марию Георгиевну, свою секретаршу – мою правую руку, боевую подругу и мой надежный тыл. Мария Георгиевна когда-то давно, когда я начинал бизнес, была предложена мне мамой для подстраховки, это была её подруга. Работала она четко, грамотно и совет могла дать нужный и верный.
- Мария Георгиевна, давайте поужинаем и пообщаемся. Здесь, в кабинете. Закажите что-нибудь из грузинской кухни.
В шесть часов мы закрылись в кабинете и приступили к трапезе.
Первое, что я рассказал тете Маше (так я звал её тет-а-тет), это про бегство жены, и про то, что она забрала крупную сумму денег.
- Алеш, я удивляюсь, как ты с этой дамой столько лет прожил, - задумчиво произнесла тетя Маша, - она прагматик и циник, я это с первого взгляда поняла. На каком-то этапе ей было с тобой по пути, не более того, и она заключила с тобой сделку: красота в обмен на материальное благополучие. Сейчас, скорее всего, у неё забрезжила какая-то перспектива, и она решила тебя кинуть, только и всего. А чего ты хотел при ваших перекошенных отношениях?
- Понимаю, теть Маш, что незачем пытаться сохранить то, чего нет, и что было только в моих мыслях. Может, это и к лучшему. Но Алинка…
- Не переживай, Алинка вернется – она и бабулю с дедулей обожает, и тебя. Сейчас ей кажется, что мама красивая и стильная, с ней будет клево. Но, как только Евгения какого-нибудь хахаля в дом приведет, ей будет не до нее – она, в общем-то, никогда ей и не занималась, - вот тогда, думаю, Алинка назад попросится.
- Насчет денег как? Пусть подавится или полицию вызвать?
- У тебя есть кто-то знакомый в органах? – Спросила Мария Георгиевна, - пригласи, сними на видео, и, как она объявится, ей отошли – для острастки. Это чтобы еще не просила. А просить она будет – кто она? Никто! Да и возраст уже не тот – под сорок. Хорошо, если богатенького найдет, а если - нет?
- Сделаю, - оживился я, - вот только хочется Алинку поскорее вернуть. И Моську, собачку…
Выпили. Покурили.
- Знаешь, Георгиевна, невезучий я в этом вопросе. Первый раз в жизни на женщину запал, а она меня за неодушевленный предмет считала.
- Бывает, - протянула Мария Георгиевна, - ты, как все мужики, на красоту неземную купился, не подумав, про душу темную и расчетливую у этой красоты…
- Я, наверное, век бобылем дохаживать буду. Устал. Сложно все это для меня… Красотой особой я не имею, обычный мужик, а так, за душу, я вряд ли кому-то интересен.
- Ты дурак или кто? – Покрутила у виска Мария Георгиевна, - ты – отличный мужик, веселый, добрый, деловой. Да я только у нас на работе знаю несколько баб, которые по тебе вздыхают: Татьяна Куликова из бухгалтерии, Настя, забыла фамилию, из второго отдела. Да, мало ли еще кто! Ты присмотрись получше, может и найдешь такую, с которой легко и просто, и которая, может, и ребеночка тебе еще родить успеет. Сколько тебе? Сорок восемь?
- Сорок девять будет через неделю.
- Отлично! Вот, фуршетик лёгонький и устроим в эту честь. Пообщаешься, может, кого и присмотришь…
- Татьяна симпатичная. И приятная, Настю что-то не помню, - заинтересовался я.
- Вспомнишь, - засмеялась Мария Георгиевна. – А то, что произошло, тебе только в плюс!
… Через две недели Евгения сама позвонила и потребовала, чтобы я написал разрешение на выезд дочки заграницу.
- Я тебе сейчас видео пришлю. Посмотри внимательно, - сказал я ей, - может и тебя еще не выпустят. И – я подал на развод. Дождись уж. В течение месяца решим. А Алину я хочу лично увидеть и поговорить. Если она захочет, я препятствовать не буду.
Отправил видео. Не ожидавшая от меня такого, Евгения, нехотя, согласилась на мою встречу с Алиной.
Алина пришла тем же вечером. С Моськой. Кинулась на шею. Расцеловались. Я даже слезу пустил.
- Пап, я у тебя останусь. Не хочу никуда. Здесь у меня, школа, друзья, танцы. Ты! Бабуля с дедулей! И Моська!
Стояли. Плакали. Моська крутилась под ногами и подвывала в той же тональности, что и мы.
На этом наш брак, вернее бракованная сделка закончились.
Автор Ирина Сычева.
Прочитайте: