Снова весна, природа просыпается, а вместе с ней просыпаются и клещи, в том числе энцефалитные. Его размеры не превышают нескольких миллиметров, но последствия укуса могут вызвать тяжелое поражение нервной системы. И вот что любопытно. В США нет этой проблемы, но они боятся клещей больше, чем мы сами, хотя в России шансы встретиться в энцефалитным клещом вполне реальные, даже если живешь только в городе и не ходишь в лес.
Об энцефалите человечество узнало, между прочим, не так уж и давно. В 1930-х годах, когда человечество уже победило чуму, оспу, холеру, на Дальнем Востоке советские красноармейцы начали умирать от какой-то непонятной напасти, которую поначалу списывали то на тяжелый грипп, то на японский комариный энцефалит. Солдаты жили в палатках прямо в тайге, маскируясь от возможной японской агрессии, а весной их массово начинало косить.
В 1937 году из Москвы прилетела группа молодых учёных во главе с вирусологом Львом Зильбером. И уже в первый день в маленькой больнице он проанализировал истории болезни за три года и заявил, что возбудитель не комар, как думали ранее. Болезнь поражает тех, кто ходит в тайгу, причем именно весной, когда комары ещё спят. Значит, возможным переносчиком является клещ. Так и оказалось.
Это не насекомое, а паукообразное, дальний родственник пауков. Живёт он себе спокойно по трёхгодичному плану: первый год — личинка, второй — нимфа, третий — взрослая особь. И на каждой стадии он кушает всего один раз. Зато уж когда кушает, то отрывается по полной. Насосавшаяся крови самка откладывает до 10 тысяч яиц — целая фабрика по производству новых клещей.
Клеща поймали, вирус выделили, но ирония судьбы заключалась в том, что первооткрывателя Льва Зильбера вскоре арестовали по абсурдному доносу: якобы он собирался заразить энцефалитом московский водопровод.
А его коллега Михаил Чумаков во время работы над вакциной сам заразился смертельной формой, вскрывая труп без инструментов и поранившись осколком черепа. Он выжил, но остался с парализованными руками и почти без слуха. Но даже после этого он не просто продолжал жить активной жизнью, но и, едва восстановив левую руку, через пару лет организовал экспедицию на Урал и сделал важнейшее открытие: клещи передают вирус по наследству своим личинкам. То есть в природе существуют устойчивые природные очаги, где вирус гуляет сам по себе.
Сам геном вируса энцефалита был полностью расшифрован лишь в 1989-1990 годах в Сибирском отделении РАН под руководством академика Валентина Власова. И когда американцы узнали о его свойствах, они на полном серьёзе внесли этот вирус в список потенциального биологического оружия. И знаете, почему они так всполошились? Потому что на всём американском континенте энцефалита просто нет. Вообще. Ни одного природного очага. И никто не знает, сколько продлится это везение.
Как так вышло? Если кратко, то виноваты не границы и не ковидные ограничения, а триллионы лет эволюции, климат и... сами клещи. У вируса клещевого энцефалита, оказывается, очень строгие требования к жилью. Его ареал практически идеально совпадает с лесной и лесостепной зонами умеренного климата Евразии. То есть этот вирус — стопроцентный «евразиец». Согласно исследованиям, он зародился и эволюционировал где-то в Азии и постепенно распространялся на запад, но так и не смог преодолеть ни Тихий, ни Атлантический океаны. Он живёт и размножается в строго определённых видах иксодовых клещей. И хотя в Северной Америке есть свои иксодовые клещи, исторически так сложилось, что они не стали «домом» именно для этого подвида вируса.
Кто-то из вас наверняка сейчас вспомнит о том, что когда-то Евразия и Северная Америка были соединены сухопутным мостом — Берингией. Но к тому моменту, когда предки современных клещей и их вирусов могли бы по нему прогуляться, климат там уже стал слишком суровым. Вирус, адаптированный к умеренным лесам, просто не смог бы пережить путешествие через арктическую тундру.
Спешу утешить ярых ненавистников Америки. Было бы ошибкой думать, что американцам в плане вирусов совсем повезло. Природа, как известно, не терпит пустоты. Да, классического вируса клещевого энцефалита в Америке нет, но у них есть свой собственный, не менее опасный «родственник» — вирус Повассан. Это единственный представитель клещевого энцефалита, который является «коренным» жителем Северной Америки. Он тоже вызывает тяжелейший энцефалит, но, в отличие от своего евразийского собрата, может передаваться человеку в течение 15 минут после присасывания клеща. И смертность от него достигает менее 10%, но у половины выживших остаются неврологические последствия. Исследования показывают, что вирусы Повассан и классического клещевого энцефалита разошлись в эволюции около 12 300 лет назад. За это время они так и не «встретились».
Когда американские военные и эпидемиологи узнали о свойствах дальневосточного подтипа вируса (летальность до 20-40%!), они были всерьёз обеспокоены. На континенте, где у населения нет к нему абсолютно никакого иммунитета, а врачи никогда с ним не сталкивались, появление такого патогена было бы катастрофой. Именно поэтому в разгар Холодной войны он и попал в списки потенциального биологического оружия.
И хотя о биологическом оружии речь уже не идёт, угроза заноса инфекции остаётся. Ведь сегодня границы для вирусов и их переносчиков гораздо прозрачнее.
Но почему же клещ так активно захватывает мир? Ответ на поверхности и, как многое в наше время, кроется в глобальном потеплении. Зимы стали мягче, весна длиннее, и клещ, который просыпается уже при плюс одном градусе, получает гораздо больше времени на охоту и откладку яиц. По официальным данным за 2025 год, эндемичными по клещевому энцефалиту в России признаны уже 49 регионов. Территории, которые раньше считались безопасными, становятся зоной риска. Раньше он мог быть переносчиком только одной инфекции, а теперь учёные всё чаще находят особей, заражённых сразу несколькими патогенами, включая боррелиоз и туляремию. Так что отделаться одним только страхом перед энцефалитом уже не получится.
Сейчас вакцинация от клещевого энцефалита в России не входит в Национальный календарь прививок и рекомендована только группам риска, то есть тем, кто живёт или едет в эндемичные районы. Но учитывая, с какой скоростью клещ осваивает новые территории, возможно, скоро эти рекомендации придётся пересмотреть.
Но не каждый клещ — энцефалитный. Далеко не каждый. На самом деле, только 1-2% клещей заражены этим вирусом. Но это как игра в русскую рулетку, сами понимаете.
Важно знать, что их естественная среда обитания — это не дикие непроходимые чащи, а влажные и затенённые лесные и лесостепные зоны: смешанные леса, заросли кустарника, овраги, а также городские парки и дачные участки.
Клещи не падают на голову с деревьев, вопреки распространенному мифу. Они терпеливо сидят в траве или на нижних ветках кустарников, выставив вперед передние лапки, чтобы зацепиться за проходящую мимо «добычу». И их главной целью являются грызуны и другие небольшие зверьки. У клещей нет глаз, но они обладают превосходным обонянием и чувствуют тепло жертвы на расстоянии до 10 метров.
А если идёте в лес или парк в сезон клещей, надевайте светлую одежду с длинными рукавами, заправляйте штаны в носки, пользуйтесь репеллентами и обязательно осматривайте себя и близких каждые пару часов. И да, если всё-таки нашли на себе клеща, то не надо мазать его маслом, заливать спиртом или пытаться выдавить пальцами. Аккуратно выкрутите его пинцетом или специальной ручкой, посадите в баночку и везите в лабораторию на анализ. И ни в коем случае не давите клеща руками, потому что вирус может попасть через микротрещины на коже.
Читайте краткие версии статей в ВК и МАХе, а ниже ещё несколько интересных статей по теме: