В тишине библиотеки было слышно, как зевает, перелистывая страницы, Иль, как скрипит, выводя слова на бумаге грифелем, Кай.
Солнце ещё только поднималось над горизонтом, а я уже чувствовала, как слезятся глаза, будто ветер поднял песок и бросил в лицо.
Иль зевнул, потянулся на стуле, вытянув вверх свои руки, встал и побрел в сторону Руны. Он облокотился на ее стол, положив перед надсмотрщицей книгу с потрепанным корешком.
- Вот здесь упоминается, что болезни могут быть дарованы божественной волей. Как думаешь, это нужно выписать?
Он ткнул пальцем в точку на странице. Руна посмотрела в книгу.
- Как ты только различаешь все эти черточки и штрихи? – с досадой в голосе произнесла она, подперев голову рукой.
Теперь их лица были совсем рядом. Я отвлеклась от трактата и, делая вид, что всё ещё читаю, слушала их ленивое воркование.
- Тут просто нужно понимать, как появились символы. А потом выстроить из этого несложную систему. Я покажу тебе, если хочешь. Через седмицу уже будешь кое-что понимать. Смотри, вот это огонь. Три огня – пожар. Вот это…
Тяжёлая поступь мастера Торна послышалась у дверей библиотеки, как раз в тот момент, когда я была близка к тому, чтобы заснуть под скучные объяснения Иля. Учитель вошел, заставив пару враз отодвинуться друг от друга, оглядел нас суровым взглядом.
- Пойдём со мной, - сказал Каю, не обмолвившись с остальными ни словом.
Под его взглядом племянник поднялся, неловко задел ножку стула ногой. Стул пошатнулся и ударился спинкой об пол с глухим деревянным стуком.
Они ушли. Дверь библиотеки ещё не успела захлопнуться, отрезая нас от того, что будет происходить с той стороны, а Лилли уже подскочила с места и тихо последовала за ними.
- Ты куда? – прошипела Руна, когда Лили проходила мимо ее стола.
- Не притворяйся, что не хочешь послушать, о чем они говорят.
Лицо Руны вытянулось. Я, воспользовавшись ее замешательством, поспешила за Лилли.
Вдвоем мы прошли ряды стеллажей и встали по сторонам от двери. Иль и Руна почему-то тоже не остались обсуждать, как сложно даётся древний язык, и через мгновение нагнали нас. Мы прислушались к тихой речи.
- …совершенно некому! – возмущенно говорил мастер Торн, повысив тон к концу фразы так, что мы прекрасно расслышали последние слова.
- Майя и Иль справляются с этим, - бурчал в оправдание Кай.
Я не видела его, но легко могла представить, как мальчишка надувает щёки и сводит рыжие брови к переносице.
- Кого мне оставить после себя?
- Но дядя, ты ещё молод, и об этом рано говорить.
- Ты не видишь, что творится в Азгране? Ни в чем нельзя быть уверенным, я не знаю, что ещё придёт в голову людям. Сегодня вызывают на допрос в Управление, а завтра могут заключить под стражу или вовсе отправить в пещеры забвения. Кто тогда станет передавать эти знания дальше?
- Я выучу древний. Разве моя вина, что мама не хотела отпускать меня жить в особняке, когда я был мал? Мне просто нужно немного больше времени.
- Тогда начинай сейчас, - пробасил мастер Торн. - Бери одну из книг со стола Руны и приступай.
- Я пока слишком плохо знаю древний и буду читать слишком медленно. Могу пропустить что-то важное…
- Тогда… - начал Учитель, но не договорил.
- Мастер Торн, - пропищал тонкий голосок служанки. – К вам следователь Даррен.
Слушать, что будет дальше, не стал никто. Словно мокрицы, которых застали врасплох, подняв корягу, мы бросились врассыпную и расселись по местам.
Теперь мне вряд ли удалось бы заснуть, пусть глаза и чесались от недосыпа. Я чувствовала, что разгадка головоломки где-то рядом, двигала мысли, как дощечки волшебной шкатулки без замков, когда знаешь, что стоит нажать и придержать где надо – и сундучок откроет свои секреты.
Даррен ворвался в библиотеку, словно поток холодного воздуха, спустившийся с гор.
Я улыбнулась ему, намереваясь поприветствовать, но улыбка быстро сползла с моих губ, когда поймала на себе его острый колючий взгляд. Так смотрят, когда точно знают, в чем ты успел провиниться.
Моё тело предательски сжалось, выдавая меня с головой, уши начали наливаться теплом. И если следователь хоть на мгновение сомневался в моей вине, то теперь я лишила его всех сомнений.
- Что ты делала в «Трех кабанах» этой ночью?
- Вообще-то, - встрял в разговор Иль, пытаясь свести всё в шутку, - там был всего один кабан. Хотя и от него осталась одна голова на стене.
От поддержки друга внутри прибавилось уверенности, я расправила плечи.
- Наверное, остальных двух кабанов подавали на стол, - подхватила я.
Даррен наших потуг не оценил. Он сверкнул глазами и повернулся к мастеру Торну.
- Я просил не выпускать учеников из особняка, - проговорил он ледяным тоном. – Неужели это было так сложно?
Мне показалась, что в библиотеке стало нечем дышать.
- Я изменил плетение на воротах. Их можно открыть только двумя способами: зная ключ или повернув ручку механизма у парадного входа. Но там день и ночь дежурят слуги.
- Мне следует допросить ваших слуг? Или, может, вы вспомните, что сами дали новый ключ этим детям? Как иначе они могли выбраться наружу?
Мастер Торн сложил ладони на животе и расставил ноги, будто хотел стать устойчивее.
- Осторожнее, следователь Даррен, - предупредил он, и в воздухе запахло грозой.
Я вскочила со стула, не в силах больше выносить это противостояние.
- Мастер Торн не имеет к этому отношения! – выпалила я.
Иль тут же сделал несколько шагов ко мне и встал рядом.
- Учитель не давал нам ключ. И никто из слуг не открывал ворота.
И пока Иль не выдал Эша, я произнесла, как скороговорку:
- Мы были снаружи, когда Мастер Торн закрывал ворота новым ключом. Я видела плетение и запомнила его.
Гулкая тишина повисла между нами.
- Что ж. В таком случае я забираю этих двоих на допрос. А вы, - сказал он, обращаясь к мастеру Торну, - смените ключ и проследите, чтобы на этот раз обошлось без свидетелей.
Он развернулся и зашагал меж стеллажей по направлению к двери.
Мы с Илем так и стояли на месте, не смея пошевелиться.
Даррен остановился. Обернулся.
- В долине нужно как-то по-особенному приглашать следовать за собой? – язвительно осведомился он.
Мы вздрогнули.
- Идите, - сказал мастер Торн.
И мы поспешили за следователем.
В этот раз нам с Илем довелось выходить через парадный вход. Ворота для Даррена открыли слуги. Повозка уже ждала. В неловком молчании мы расселись по местам. Гладкая кожаная обивка на сиденье была заменена совсем недавно, и всё внутреннее пространство пропахло ею. Иль, будто два человека, обладающих властью в Азгране, только что не сотрясали воздух на наших глазах, откинулся на спинку и задремал.
- Значит, - нарушила я тишину, - Марк рассказал вам, что видел нас?
- Марк? Нет, его я ещё не видел с вечера. Это был один из стражников.
Я прикусила язык до боли, но было поздно: бесполезно теперь ругать себя за глупость взять обещание только с Марка, бессмысленно корить себя за то, что подставила его перед следователем.
- Вы считаете, что Учитель связан с заговорщиками, и не боитесь вот так говорить с ним в его доме? – спросила я, когда повозка тронулась.
- Мастер Торн? - по-настоящему удивился Даррен, - Нет. Конечно, нет. Его алиби я подтвердил ещё тогда, в ночь гибели Квентина и Лео. Иначе выбрал бы другой способ обсудить с ним щепетильные вопросы. Например, сделал бы это в храме в присутствии представителей жречества.
- Тогда зачем вы это делаете? Вам нравится мучить и злить невиновных людей?
- Мне нравится смотреть, как заговорщики, считая, что у меня появился подозреваемый, расслабляются и выползают из своих нор. И если бы не вы, - сказал он очень-очень недовольным тоном, - и не ваша самодеятельность, седой был бы уже у меня в допросной!
- Но вы могли бы не держать его в неведении, - пропустила я последние его слова мимо раскрасневшихся ушей. – Могли сказать, что он не виновен и это только для дела…
- Правда? – усмехнулся мужчина.
- Наверное, вы так и сделали… - пошла я на попятный.
- Нет, - ответил Даррен. – Его эмоции должны быть достоверными. Мы не знаем, сколько отступников вхожи в его дом и сколько могут работать… в Управлении.