Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Читательская гостиная

Барыня. Гнев в Отрадном

— У нас проблема, — сказал он. — Эта девка сбежала не одна. С ней кто-то есть. И вероятнее всего это мужчина. — Откуда вы знаете? — спросила барыня. —Ну вы сами своей головой подумайте! Куда побежит девка одна, да ещё и в сторону леса?! — ответил Горский. —Вы, кстати, зятька своего сегодня видели? У барыни открылся рот и округлились глаза: —Зааахааар! — закричала она так, что задрожали стекла. Глава 15 Начало здесь: В Отрадном утро началось не с кофе и обычных распоряжений, а с крика: пронзительного, злого, полного такого бешенства, что даже старые стены, казалось, содрогнулись. — Что значит — её нет?! — вопила Елизавета Николаевна, стоя в малой гостиной. Лицо её было пунцовым, глаза налились кровью, руки тряслись. — Как это — нет?! Вы что, все с ума сошли!? Куда она могла деться!? Я жду её уже битый час! Захар, стоявший чуть поодаль, хранил каменное выражение лица. — Осмелюсь доложить, милостивая государыня, — сказал он ровным, бесстрастным голосом, — Анна Петровна, вероятно, ушли
— У нас проблема, — сказал он. — Эта девка сбежала не одна. С ней кто-то есть. И вероятнее всего это мужчина.
— Откуда вы знаете? — спросила барыня.
—Ну вы сами своей головой подумайте! Куда побежит девка одна, да ещё и в сторону леса?! — ответил Горский. —Вы, кстати, зятька своего сегодня видели?
У барыни открылся рот и округлились глаза:
—Зааахааар! — закричала она так, что задрожали стекла.
Маковский Константин Егорович Боярышня
Маковский Константин Егорович Боярышня

Глава 15

Начало здесь:

В Отрадном утро началось не с кофе и обычных распоряжений, а с крика: пронзительного, злого, полного такого бешенства, что даже старые стены, казалось, содрогнулись.

— Что значит — её нет?! — вопила Елизавета Николаевна, стоя в малой гостиной. Лицо её было пунцовым, глаза налились кровью, руки тряслись. — Как это — нет?! Вы что, все с ума сошли!? Куда она могла деться!? Я жду её уже битый час!

Захар, стоявший чуть поодаль, хранил каменное выражение лица.

— Осмелюсь доложить, милостивая государыня, — сказал он ровным, бесстрастным голосом, — Анна Петровна, вероятно, ушли на прогулку. Она часто гуляет по утрам.

—Какая прогулка может длиться час?! Я жду её к завтраку! Это что за бессовестно своенравие?! — зао рала барыня. — Да и сколько можно шля ться по холоду? Вы меня за ду ру держите?

— Никак нет, — поклонился Захар. — Простите, матушка.

— Ты мне что тут расшаркиваешься?! Быстро пошёл и её отыскал! Сейчас же! Немедленно! А иначе я тебе покажу кузькину мать!

Захар желая потянуть время удалился с поклоном и накинув на плечи сюртук вышел на улицу, походил по саду и зашёл с другой стороны на кухню.

— Блажит? — шёпотом спросила Фекла.

—Ой, не то слово... — покачал головой Захар.

—Ну ты уж потерпи, любезный... Держись. — приободрила его Фекла. — Наши-то уже далече убежали. Теперь нам главное выдержать гнев барыни.

—Чему бывать, тому не миновать. — махнул рукой Захар. — Снесёт голову с плеч, значит так тому и быть...

—Ну ты уж не раскисай, Захарушка. —Фекла подошла и ласково погладила его тёплой ладошкой по щеке. — Я за тебя молиться буду.

Захар накрыл её ладошку своей.

—Спасибо, тебе, душенька. — голос его дрогнул. — За доброту твою.

—Терпи родной. А как все успокоится, дай Бог, приходи ко мне, я тебя пирогами с щучьей икрой накормлю. Хорошо? — заглянула ему в глаза Фекла.

—Обязательно приду! — в глазах Захара блеснула тёплая надежда.

—Я ждать буду. — улыбнулась Фекла.

—Ради этого, все вытерплю! — улыбнулся в ответ Захар и шагнул за дверь.

Он зашёл в малую гостиную, в которой Елизавета Николаевна ходила, меряя шагами комнату.

—Ну! — остановилась она и притопнув ногой, требовательно взглянула на Захара. — И где она, эта негодная девка!

—Не могу знать, милостивая государыня. — бесстрастно ответил Захар поклонившись. — В саду барышни нет.

—Старый болван! — рыкнула Елизавета Николаевна. — Иди в комнату немедля! Может вы разминулись с ней!

— Барышни в комнате нет. —вскоре вернулся Захар. — И смею доложить, что её вещей в комнате тоже нет. Саквояж исчез.

— Что?! — Елизавета Николаевна ринулась в комнату к Анне, распахнула шкаф, заглянула под кровать. Всё было пусто. — Она сбежала! Эта т варь сбежала! — Барыня заметалась по комнате, как тигрица в клетке. — Захар! Немедленно обыскать дом и сад! Найти её! Вернуть!

— Слушаюсь, — сказал Захар и вышел, зная, что искать некого.

*****

Шум и крики разбудил Горского. Он вышел в коридор в халате, с растрёпанными волосами, но при виде барыни, мечущейся по коридору, мгновенно проснулся.

— Что случилось, Елизавета Николаевна?

— Она сбежала! — закричала барыня, хватая его за рукав. — Ваша драгоценная Анна Петровна! Испарилась вместе с вещами!

Горский побледнел. Его лицо, ещё минуту назад сонное, стало жёстким, хищным.

— Сбежала? — переспросил он ледяным тоном. — А вы куда смотрели?

— Откуда я могла знать? — взвизгнула барыня. — Я спала!

— Вы спали, — повторил Горский, и в его голосе прозвучала угроза. — А я вчера вечером говорил вам, что за ней нужен глаз да глаз. Эта чертовка умна. Она догадалась.

— Ничего она не догадалась! — отмахнулась Елизавета Николаевна, но в её глазах мелькнул страх.

— Догадалась, — твёрдо сказал Горский. — Иначе зачем бы ей бежать? Значит у неё были причины.

Он прошёл в комнату Анны, осмотрелся, открыл окно.

— Но куда могла сбежать девица посреди ночи. Значит у неё были сообщники. Кто-то ей в этом помог.

— Не может быть, — барыня заломила руки. — Мои люди мне верны.

— Ваши люди верны вам, пока вы платите, — усмехнулся Горский. — А если кто-то заплатил больше? Или если у кого-то вдруг... проснулась совесть?

Продолжение здесь: ⏬⏬⏬