— Значит так, Оксаночка! Шестьдесят лет бывает только раз в жизни, это статусная дата, поэтому банкет оплатишь ты! — скомандовала Нина Сергеевна.
На кухонный стол шлепнулся тяжелый глянцевый каталог ресторана. У меня из рук едва не выпала шумовка. Мы же со Славиком буквально на днях решили: дарим его маме хорошую путевку в санаторий.
— Какие грязи и пенсионеры? — фыркнула свекровь, брезгливо отодвигая солонку. — Я хочу нормальный прием. Ресторан «Золотой век». Панорамные окна, шеф-повар. Славик проговорился про твою премию. Вот и пустим её в дело. Я вас растила, теперь отдавайте долги.
В коридоре виновато кашлянул мой благоверный. Муж всегда превращался в предмет мебели, когда его мама начинала делить мой бюджет. Я зарабатывала существенно больше. Мы экономили на кино и новой одежде, собирая на первый взнос за квартиру.
— Ксюш, ну ты же у нас добытчица, — донеслось из прихожей. — Маме для подруг статус нужен. Займем у ребят, отдадим потом потихоньку...
Я посмотрела на пустой дверной проем. Вспомнила свои дежурства, бесконечные таблицы вечерами, отмененный отпуск. И эти деньги должны уйти на то, чтобы Нина Сергеевна утерла нос двоюродным сестрам? Внутри шевельнулась предательская мысль: может, уступить? Ради спокойствия в семье. Но мир, купленный ценой моих бессонных ночей, больше напоминал регулярную дань.
Я смахнула глянцевый каталог в мусорное ведро.
— Договорились. Мама хочет застолье — мама его получит. Я всё возьму на себя. Пусть Нина Сергеевна только наряжается.
Из коридора донесся облегченный вздох мужа.
Свекровь расцвела. Днями напролет она звонила, требуя лосося на гриле и тарталетки с икрой. Я послушно соглашалась. А сама методично объезжала окраины города.
Мой выбор пал на заведение при бывшем авторемонтном заводе. Колорит потрясающий. Ядовито-зеленые панели, выцветшая побелка, алюминиевые вилки и въевшийся в самый бетон аромат тушеной капусты. Аренда огромного зала стоила копейки. Меню на пятьдесят человек выходило дешевле нашего с мужем скромного похода в пиццерию.
Адрес я держала в строжайшем секрете, отбиваясь от проверок свекрови сказками про элитное закрытое заведение. Для полноты картины наняла диджея по копеечному объявлению.
В день икс я разослала гостям координаты прямо перед выездом. Чтобы не успели опомниться.
Мы со Славой приехали первыми. Увидев ржавую металлическую вывеску «Столовая номер четыре», муж засуетился.
— Навигатор чудит, Ксюш.
— Мы на месте, Слава. Добро пожаловать в высший свет.
Я толкнула тяжелую дверь. Внутри ровными рядами стояли столы, укрытые веселенькой клеенкой. Возвышались тарелки с винегретом, блестела от масла докторская колбаса. В углу сидел диджей Паша. Худой паренек в толстовке с тоской смотрел, как уборщица возит грязной шваброй по выщербленному кафелю прямо у его колонок.
— Слушайте, — Паша нервно дернул провод. — Тут атмосфера давит. От этих стен тоска берет. Накиньте тысячу сверху, иначе я сворачиваюсь.
Я протянула ему купюру.
— Играй, Паша. Сегодня будет незабываемо.
Начали съезжаться приглашенные. Женщины в люрексе и мужчины в тесных костюмах выходили из такси. Озирались. Ступали на липкий пол так, словно это было минное поле. Брезгливо косились на клеенки.
И тут появилась она. Нина Сергеевна величественно выплыла из машины в длинном бархатном платье. Шагнула через порог. Замерла.
Паша тут же врубил на полную мощность хит про шальную императрицу. Задорный мотив ударился о крашеные стены.
Свекровь перевела взгляд с горы серого хлеба на алюминиевые ложки. Попыталась натянуть снисходительную улыбку.
— Оксаночка... это современный стиль? Модный лофт? — голос дал петуха. — А где лосось?
— Нина Сергеевна, дорогая! — я радостно развела руками. — Вы же доверили бюджет мне. Ресторан мы не тянем, а тут порции щедрые! Тетя Зина такие котлеты крутит — объедение. Зато наши накопления на квартиру целы. Проходите к батарее, там не дует.
Славик вжался в угол. Сейчас он сам напоминал осыпающуюся побелку. Требование мамы выполнено? Выполнено. Праздник оплачен.
Слой дорогой пудры на лице свекрови не смог скрыть проступившие багровые пятна. Городская родня начала спешно вызывать такси, бормоча оправдания про забытые утюги и таблетки. К столам они не подошли. Зато родственники из деревни радостно оккупировали стулья, разливая свои напитки и налегая на салаты. Им было вкусно и весело.
Нина Сергеевна тяжело опустилась на жесткий стул. Весь вечер она неотрывно смотрела в пустую тарелку, пока провинциальная родня отплясывала под бодрые ритмы диджея.
С того вечера в нашей квартире поселилась идеальная благодать. Свекровь заблокировала мой номер. Соседям и оставшимся подругам она теперь жалуется на неблагодарную невестку, испортившую её главный день.
А я больше не пытаюсь быть хорошей для всех. Мы исправно пополняем счет для покупки жилья. Муж поначалу пытался дуться, но одна короткая беседа расставила всё по местам. Следующие мамины амбиции он спонсирует исключительно из собственного кошелька. Желание организовывать застолья у него чудесным образом пропало.
Оказалось, что стать плохой — это самое выгодное вложение в свое душевное равновесие. Иногда нужно просто позволить людям увидеть реальность без прикрас, чтобы чужие ожидания перестали душить твою собственную жизнь.