"Особая примета". Повесть. Автор Дарья Десса
Глава 4
Капитан снял балаклаву с головы и возвратил Петровскому.
– Расскажи мне поподробнее, Анечка, про того высокого, страшного человека. Ты запомнила, какого цвета у него были глаза, какая форма лба, цвет волос? Постарайся вспомнить всё, даже самые мелкие детали.
Девочка на мгновение задумалась, наморщив лоб.
– Я сразу же убежала, как только увидела его. Но волосы у него были совсем белые, почти как снег, а на лбу виднелась длинная красная царапина.
– Царапина? – переспросил Левада, насторожившись.
Девочка прижала палец к собственному лбу, чуть выше левой брови.
– Прямо здесь, – пояснила она, – у него проходила такая красная полоска. Похоже на то, будто он сильно ударился головой, даже до крови.
– Ты успела его хорошо рассмотреть? – уточнил капитан, стараясь говорить мягко, чтобы не напугать ребёнка.
– Он стоял прямо у самого окна. Мне было хорошо видно, – твёрдым голосом ответила Анечка, не отводя взгляда.
Левада снова протянул ей конфету, а затем сердечно поблагодарил Марию за то, что она привела дочку. «Эта информация, – подчеркнул он, – может оказаться чрезвычайно ценной для поисков преступника и помочь выйти на его след». Как только женщина покинула кабинет, капитан повернулся к старшему лейтенанту.
– Мне кажется, эта девчушка говорила чистую правду. Да и откуда бы ей знать про «человека со шрамом»? Поначалу я сомневался, стоит ли верить её словам. Ведь до сих пор этот бандит ни разу не убивал своих жертв. Однако всё остальное совпадает с известными нам фактами: низкорослый тип с балаклавой на голове и высокий блондин с характерным шрамом над левым глазом.
– Возможно, Губанова отказалась отдавать деньги, и поэтому они её застрелили? – предположил Петровский.
– Сомневаюсь, – покачал головой Левада. – Их ведь было двое. Вдвоём они вполне могли бы справиться с безоружной женщиной и без убийства. Вы, наверное, слышали о том, как этот человек со шрамом совершил налёт на дом священника в Перминово? Настоятель Покровской церкви тоже не желал расставаться с деньгами, накопленными на ремонт храма. Тогда они так отлупили его ножкой от стула, что бедняга потом почти три недели провалялся в больничной палате. А перед уходом связали батюшку и заткнули рот кляпом. Деньги они нашли сами – в сейфе. И ведь сумма там была немаленькая – почти полтора миллиона рублей. Но всё равно они не убили свою жертву.
– Может быть, потому, что жертвой был поп? – усомнился старший лейтенант. – Решили не убивать слугу Божия?
– Ну да, конечно! Побоялись, что на том свете им за это воздастся, – с иронией воскликнул капитан. – А беззащитную женщину хладнокровно пристрелили? Кстати, врач подтвердил, что выстрелы прозвучали с расстояния около трёх метров и чуть сверху. Это говорит о том, что Губанова сидела на стуле, и никакой борьбы не происходило – её убили без предупреждения.
«Человек со шрамом»! Старший лейтенант Петровский уже видел папку с такой надписью в районном отделении полиции в Безветрове. Однако лично ему до сих пор ни разу не доводилось сталкиваться с этим неуловимым бандитом. Уже более двух лет этот загадочный преступник держал в страхе как сам Безветровский район, так и все прилегающие к нему территории. Он действовал всегда по одной и той же отработанной схеме. В тот день, когда в каком-нибудь магазине, у зажиточного фермера или у кого-то ещё появлялась крупная сумма наличных, туда внезапно врывались двое замаскированных налётчиков. У низкорослого на голову всегда был натянута чёрная балаклава, полностью скрывавшая лицо. Высокий же ходил с непокрытой головой, но в чёрной маске, закрывавшей только глаза. Волосы у него были светлые, почти льняные, а на лбу, прямо над левым глазом, красовался большой красный шрам, который невозможно было не заметить.
Несмотря на столь запоминающуюся внешность, преступник каким-то непостижимым образом ускользал от всех полицейских облав и засад. За два года он вместе со своим молчаливым помощником совершил более двадцати дерзких налётов и похитил – насколько вообще можно было установить истинный размер ущерба, ведь далеко не все потерпевшие называли реальные суммы, – почти пятнадцать миллионов рублей.
Главой этой пары, вне всякого сомнения, был именно высокий бандит со шрамом. Его сообщник всегда держался позади, никогда не подавал голоса и молча выполнял приказы старшего. Оба были вооружены огнестрельным оружием. И хотя «человек со шрамом» время от времени стрелял, делал он это лишь для устрашения – до сих пор все его налёты обходились без человеческих жертв. Антонина Губанова стала его первой убитой. Однако бывали случаи, когда бандит жестоко избивал тех, кто отказывался добровольно расставаться с деньгами. Так, однажды он зверски изуродовал богатого фермера, в доме которого надеялся найти сто тысяч рублей, вырученных за проданную сахарную свёклу. Но налётчика ждало разочарование: часть денег уже лежала на банковском счёте, и получить их, не оставив следов, было невозможно.
Известна стала и одна из его зловещих шуток, которая едва не закончилась трагедией для невинного человека. Некий батюшка снял со сберкнижки в Безветрове несколько десятков тысяч рублей, чтобы расплатиться за ремонт церкви и собственного дома. В тот же вечер к нему нагрянули бандиты. Однако священник – то ли предчувствуя недоброе, то ли просто задержавшись в городе по делам – заночевал у знакомых. Дома оказалась лишь молодой племянник, приехавший в гости; а жена батюшки ушла сплетничать к соседкам.
Разозлённые неудачей, налётчики жестоко избили ни в чём не повинного паренька и забрали у него смартфон и пару тысяч из портмоне. Но перед уходом они показали перепуганной священнику жертве гранату и приказали встать на колени и засунуть голову в печь. Викарий, дрожа от страха, исполнил приказ (стоит добавить, что дело происходило летом, и печь была холодной). Тогда высокий бандит объявил, что сейчас положит гранату на спину викарию, вытащив усики из чеки, и если та упадёт на пол – произойдёт взрыв. И действительно, несчастный почувствовал, как ему на спину опустилось что-то тяжёлое. Бандиты исчезли, а племянник попа, умирая от страха и усталости, так и простоял с головой в печи, пока не услышал удивлённый голос вернувшейся тётки:
– Вася, ты чего в печке потерял? И зачем положил себе на спину утюг? Ты не пьяный, случайно?
Излишне говорить, что бедный Василий после этой хулиганской выходки бандитов тяжело заболел на нервной почве и долго не мог прийти в себя.
Одно обстоятельство в этом деле поражало офицеров полиции, которые вели следствие, больше всего. Осведомлённость «человека со шрамом» была поистине фантастической, почти мистической. Он действовал практически без единой осечки. А те немногие налёты, которые заканчивались неудачей, можно было объяснить лишь простыми случайностями и стечением обстоятельств.
Для поимки бандита применялись самые разные методы и ухищрения. Неоднократно организовывались засады. Причём «наживку» – владельца денег – даже не посвящали в детали операции. Полиция осторожно выясняла, кто и когда получал значительные суммы (последнее время таких людей, учитывая повсеместное отключение мобильного интернета, из-за которого не работают ни онлайн-кассы, ни банкоматы, становится всё больше и больше), и затем скрытно располагалась по соседству с домом потенциальной жертвы, но бандиты там ни разу не появились.
Устраивали засады и в сельских магазинах. Прячась в подсобных помещениях за торговым залом, полицейские порой целыми днями, а то и ночами, поджидали злоумышленников. В Матрёшино, например, пост держали целых пять дней. И что же? «Человек со шрамом» явился туда ровно через неделю, забрал всего двадцать тысяч рублей, но перед уходом с издевательской усмешкой объявил заведующему магазином, что «нанёс ему визит» исключительно для того, чтобы дать полиции повод вновь посетить эту деревню, «где они так приятно и беззаботно провели время в клетушке за прилавком». Ни до, ни после этого случая никто не видел начальника районного отделения полиции в такой неописуемой ярости и бешенстве.
В другую деревню – Сухая яблоня, где находился пункт забоя скота, бандиты явились средь бела дня, когда никто их не ждал. Они сделали пару предупредительных выстрелов в воздух и приказали перепуганным сельчанам немедленно расходиться по домам, забрав с собой всю животных. А затем спокойно забрали деньги, предназначенные для закупки скота, – в общей сложности более трёхсот шестидесяти тысяч рублей. Прежде чем начать операцию, они предусмотрительно перерезали телефонный провод, чтобы никто не мог вызвать подмогу (мобильная связь, стоит ни говорить, и так не работала ввиду «бесплотной опасности»). После этого с похищенными деньгами сели в машину (которую позднее обнаружили в ближайшем лесу) и скрылись. Полиция немедленно организовала облаву с участием подкрепления, затребованного из самого областного центра. Однако она не дала ровно никаких результатов. Бандиты словно в воду канули, испарились без следа.
В РОВД даже выдвинули версию о том, что на самом деле преступная группа гораздо многочисленнее. Помимо тех двух известных бандитов, в неё входят ещё и тайные осведомители, которые ведут разведку и собирают информацию в разных районах. Иначе откуда бы у этой парочки была такая безупречная осведомлённость, позволяющая им действовать наверняка и избегать ловушек? Однако и эта теория пока оставалась недоказанной и висела в воздухе.
Бандиты облюбовали главным образом именно Безветровский район. Почти все совершённые ими налёты пришлись на эту территорию, и лишь несколько – на соседние муниципалитеты. Именно поэтому весь накопившийся по этому делу материал областное УВД сосредоточило в Безветрове.
Этого дела работники следственного аппарата боялись как огня. Оно не сулило им ничего, кроме бесконечных неприятностей, выговоров и разносов от начальства. Поэтому каждый, кто так или иначе сталкивался с папкой под грифом «Человек со шрамом», стремился под любым благовидным предлогом как можно скорее перепоручить её другому, более удачливому коллеге.
Теперь, после неожиданных показаний маленькой Анечки, настроение капитана Левады заметно ухудшилось. Он с нехорошим предчувствием понимал, что капитан Жаров, которого недавно «осчастливили», вручив ему пухлое досье с этим злополучным делом, тотчас же попытается подбросить это «кукушкино яйцо» ему, Леваде. Перспектива возглавить расследование такого сложного и запутанного преступления его отнюдь не радовала.
Зато старший лейтенант Петровский, напротив, пребывал в приподнятом настроении и даже испытывал некоторую гордость. Честь его «подопечных» – жителей Зимогорья – была спасена. Преступник, судя по всему, оказался из того района, который отделение Петровского не обслуживало. Однако не успел он выразить капитану свою радость и облегчение, как Левада с ходу опрокинул на него ушат холодной воды.
– Соберите, старлей, в Нелидове и окрестных деревнях те сведения, о которых я говорил, – строго приказал капитан. – Не исключено, что бандит живёт в одной из этих деревушек. А то, что он до сих пор почему-то обходил стороной ваш район, может служить лишь подтверждением старой и мудрой поговорки: «Не гадят там же, где едят». Возможно, он не беспокоил вас именно по этой причине, а теперь не устоял перед искушением, ведь в кассе магазина, можно сказать, у него под боком, лежала крупная сумма. Будучи своим человеком в этих местах, он предпочёл не рисковать, опасаясь, что Антонина Губанова могла его узнать, – и поэтому хладнокровно убил её.
– Товарищ капитан, – попробовал возразить Петровский, – я служу в Зимогорье почти восемь лет. Каждого местного жителя знаю в лицо и по имени. Здесь нет никого со шрамом над левым глазом, я бы обязательно заметил.
– Это ещё неизвестно и требует тщательной проверки, – жёстко отрезал Левада. – К тому же вовсе не доказано, что именно высокий со шрамом живёт в этих местах. А может быть, как раз тот, который пониже ростом, – ведь его лица никто из свидетелей не видел из-за чулка?
Старший лейтенант не нашёл что ответить. Хочешь не хочешь, а пришлось ему сесть в «УАЗик» и отправиться в Нелидово выполнять приказ. Он вернулся только через три часа, но без сколько-нибудь значимых результатов. Жители Нелидова, как и крестьяне других деревень, целыми днями работали в поле, выкапывая картофель. Поднимались они затемно, а вечером, смертельно уставшие, ложились спать рано. Никто из опрошенных не совершал вечерних прогулок, никто никому не одалживал своего транспортного средства. Да и не было у них ни свободного времени, ни желания внимательно разглядывать тех, кто проезжал на мотоцикле вдоль деревни.
Тем временем капитан Левада тоже не сидел сложа руки. Он провёл подробные беседы со многими жителями Грабино, набросал около полутора десятков рабочих заметок, составил несколько протоколов допросов. Но какой в этом был толк? Следствие по-прежнему топталось на месте и не сдвинулось с мёртвой точки ни на шаг.
Уже начали сгущаться сумерки, когда полицейская «Газель» двинулась обратно в Безветров. Старший лейтенант Петровский вместе с сержантом Коростылёвым возвратились в свой участок в Зимогорье, увозя с собой больше вопросов, чем ответов. Трапеция и теорема Пифагора окончательно вылетели у начальника участка из головы – теперь его мысли были заняты совершенно иными, куда более тревожными вещами.