1967 год. Социологи дружно хоронят религию. Секуляризация - магистральный тренд, будущее за наукой и рациональностью, церкви пустеют, Бог умер по расписанию. Макс Вебер давно всё объяснил: расколдовывание мира (правда), железная клетка рациональности, конец сакрального. Томас Лукман выходит с тонкой книгой и говорит: вы смотрите не туда. Религия никуда не исчезла. Вы просто перепутали религию с церковью.
Лукман начинает с антропологии. Человек - единственное существо, которое способно выйти за пределы своей биологической природы. Животное живёт в среде, определённой инстинктами. Человек создаёт символические миры - язык, культуру, смысл - и живёт в них.
Это выхождение за пределы непосредственного опыта, за пределы биологического «здесь и сейчас» - Лукман называет фундаментально религиозным качеством. Способность создавать смысл, выстраивать картину мира, соотносить себя с чем-то большим, чем повседневное выживание. В этом смысле религия - антропологическая константа. Пока есть люди – всегда есть религия. Вопрос только в форме.
Традиционная религия держалась на том, что Лукман называет «священным космосом» - целостной картиной мира, где всё имеет место и смысл. Рождение, смерть, страдание, социальный порядок - всё встроено в единую систему значений. Церковь институционализировала этот космос, транслировала его, охраняла.
Секуляризация разрушила монополию церкви на священный космос. Но сам запрос на смысл, на соотнесение себя с чем-то высшим - остался. Он никуда не мог деться, потому что он антропологический, а не исторический.
Что произошло дальше - священный космос распался на фрагменты. Перестал быть единым, обязательным, институционально закреплённым. Стал личным делом каждого.
Центральная идея книги - приватизация религии. В современном обществе человек сам собирает свой символический универсум. Берёт кусок из психологии, кусок из восточной философии, кусок из экологии, кусок из романтической любви как высшей ценности - и складывает собственную систему смыслов. Без посредников, без институтов, без обязательной догматики.
Лукман называет это «невидимой религией» - потому что она не имеет видимых институциональных форм. Нет церкви, нет обрядов в традиционном смысле, нет принадлежности к общине. Но функция та же - давать человеку ответ на вопрос, кто он, зачем он здесь и как ему жить.
Современные темы, которые несут эту функцию - Лукман перечисляет: автономия личности, самореализация, сексуальность, семья, психологический рост. Это новые «высшие смыслы», которые западный человек второй половины XX века переживает с той же серьёзностью, с какой средневековый человек переживал спасение души.
Лукман объясняет, почему это произошло именно так. В традиционном обществе религия пронизывала все сферы жизни - экономику, политику, семью, воспитание. Сакральный космос был тотальным.
Современное общество устроено иначе. Каждая сфера - экономика, политика, наука, искусство - развивает собственную логику, собственные нормы, собственный язык. Специализируется. В этом процессе религия как институт теряет влияние на другие сферы - они становятся автономными.
Но человек при этом остаётся целым. Ему всё равно нужно как-то соединять эти специализированные сферы в единую жизнь, находить для неё смысл. Эту работу он теперь делает сам, в частной сфере. Отсюда - невидимость. Религия уходит из публичного пространства во внутреннее.
Что это меняет в понимании секуляризации? Лукман переворачивает стандартный тезис.
Социологи фиксировали: посещаемость церквей падает, формальная религиозность снижается, люди называют себя неверующими. И делали вывод: религия исчезает.
Лукман говорит: вы измеряете институциональную религию и называете это религией вообще. Это как измерять посещаемость государственных библиотек и делать вывод, что люди перестали читать.
Религиозность трансформировалась, а не исчезла. Человек, который каждое воскресенье ходит в церковь и человек, который строит смысл жизни вокруг йоги, экологии и личностного роста - оба решают одну задачу разными средствами.
Это не означает, что различие несущественно. Лукман прекрасно понимает разницу между институциональной религией с её общиной, традицией и обязательностью - и приватным символическим универсумом, собранным из подручных материалов. Второе более хрупко, более индивидуалистично, хуже передаётся следующему поколению. Но это всё равно религия - в функциональном смысле.
Лукман написал «Невидимую религию» почти шестьдесят лет назад. С тех пор всё, что он описывал как тенденцию, стало очевидным фактом.
Рынок смыслов разросся до невероятных размеров. Коучинг, mindfulness, астрология, нью-эйдж, трансгуманизм, культ продуктивности, экологический активизм как призвание - это всё функциональные религии в лукмановском смысле. Каждая предлагает картину мира, систему ценностей, практики, общину и ответ на вопрос, зачем жить.
Человек выбирает. Иногда комбинирует. Иногда меняет. Рынок конкурирует за его внимание и лояльность.
Церковь на этом рынке - один из игроков. Со своими преимуществами и своими проблемами.
Я думаю о нашей мастерской, которую веду уже восемнадцать лет. Люди приходят учиться писать сценарии и романы. Но если честно смотреть на то, что происходит - они приходят за смыслом. За способом понять собственную жизнь через историю. За общиной людей, которые думают похожим образом. Лукман бы сказал: это невидимая религия в действии.
ОТКРЫТ НАБОР НА КУРС "РОМАН"
СЛЕДУЙТЕ ЗА БЕЛЫМ КРОЛИКОМ!
Ваш М.