Чёртовы письмена. Кто нарисовал этот ужас на скалах Байкала?
Северо-западное побережье Байкала, мыс Саган-Заба (Белая скала) и окрестности посёлка Бугульдейка.
Место, где стена из белого мраморизованного известняка обрывается прямо в воду на высоте двадцати метров.
Сейчас это популярный туристический объект. Сюда привозят группы, делают селфи на фоне древних рисунков.
Но сто лет назад местные буряты обходили эту скалу за полкилометра. Шаманы запрещали подходить ближе.
Говорили:
«Не тревожьте шудхэ бэшэг — чёртовы письмена».
И те, кто ослушался, — не всегда могли рассказать, что с ними случилось.
Стена, которая кричит.
Петроглифы на Саган-Заба — не единственные на Байкале. Их десятки: на Шаманском мысе, на реке Лене, на острове Ольхон.
Но самые знаменитые — здесь. На белой скальной стене, обращённой к воде, выбито и выцарапано более ста фигур.
Лоси с огромными рогами. Олени в стремительном прыжке. Лодки с гребцами. Всадники на коротконогих конях. И странные существа — люди с ромбовидными телами, головами в виде колпаков или рожек.
Некоторые из них пляшут. Некоторые стоят неподвижно, сложив руки. А один — самый страшный — изображён вверх ногами, будто его повесили за ноги невидимые силы.
Учёные датируют рисунки бронзовым веком — II–I тысячелетия до нашей эры. Но местные шаманы утверждают: рисунки намного древнее. И нарисованы они не людьми. Или — не совсем людьми.
Тот, кто стёр себя.
В 1974 году в Бугульдейку приехал московский археолог, сотрудник Института археологии АН СССР, 39-летний Глеб Воронов. Он специализировался по наскальному искусству Сибири. Саган-Заба была его мечтой.
Он поселился у местной старухи, каждое утро ходил к скале, зарисовывал петроглифы, делал фотографии, прорисовки.
Работал один — без ассистентов.
Старуха предупредила его:
«Не прикасайся к ним. И не смейся над ними».
Воронов посмеялся. Он был советским учёным, атеистом, материалистом.
На третий день он не вернулся к ужину. Старуха забила тревогу. Сельчане пошли к скале. Нашли его сидящим на корточках у подножия стены.
Фотоаппарат валялся в воде, полевой дневник раскрыт на ветру. Сам Воронов смотрел на один из рисунков — на того самого «перевёрнутого человека» — и шевелил губами.
Его отвезли в райбольницу. Врачи поставили шок. Глеб не говорил три дня. На четвёртый — заговорил. И рассказал странное.
По его словам, он делал прорисовку самой высокой группы рисунков, стоя на шатком выступе. Солнце уже садилось.
И тут он заметил, что одна из фигур — та, которую он зарисовал утром как «человека с ромбовидным телом» — повернула голову.
Не камень. Не трещина. Рисунок повернул голову и посмотрел на него.
«Это не галлюцинация», — сказал Воронов врачам.
— «Я видел, как каменная краска течёт, меняет форму. И я услышал голос. Не слова, а ритм. Камни били друг о друга в такт.
Где-то глубоко внутри скалы. И этот ритм сказал мне... сказал моё имя. И ещё что-то. Что я — не первый. И не последний».
Он замолчал. Потом добавил:
«Я понял, что эти рисунки — не украшения. Это дверь. И я её открыл».
Глеба Воронова отправили в Иркутск, в психиатрическую больницу. Диагноз: «острый реактивный психоз». Через два месяца выписали.
Он уехал в Москву, защитил докторскую, написал книгу о петроглифах — академическую, сухую, без единого намёка на тот случай.
В конце жизни, в интервью одному студенческому журналу, он всё же обмолвился:
«Там есть что-то. Я не знаю, что именно. Но я запрещаю своим аспирантам ездить на Саган-Забу без шамана».
Он умер в 2012 году от рака. Перед смертью просил дочь:
«Сожги мои полевые дневники». Дочь сожгла.
Что было в тех дневниках — никто никогда не узнает
Люди, которые забыли язык.
В 1988 году группу школьников из Иркутска привезли на экскурсию к петроглифам.
Дети нарисовали рисунки по трафарету — обычное дело для советского краеведения.
Учительница прочитала лекцию о древних охотниках. Все весело пообедали на берегу.
Но один мальчик, 12-летний Серёжа Мальцев, попросил у учительницы разрешения остаться «ещё на полчаса — досмотреть рисунки».
Учительница была опытной, но повелась на честные глаза. Она оставила его с водителем автобуса и ушла с группой осматривать соседнюю скалу.
Водитель отвлёкся на сигарету — минуты на три. Когда посмотрел — Серёжи не было.
Поиски длились пять часов. Мальчика нашли в овраге в полукилометре от скалы. Он сидел, закрыв лицо руками, и тихо плакал. На вопросы не отвечал. Его отвезли домой.
Серёжа перестал говорить. Вообще. Не то чтобы потерял голос — он мог издавать звуки, но не складывал их в слова.
Врачи сказали: «мутизм на фоне психотравмы». Лечили у логопедов, психологов, неврологов. Без толку.
Через полгода мать привезла его к шаману. Не в Бугульдейку — к другому, известному в Усть-Орде.
Шаман посмотрел на мальчика, положил руку ему на голову, закрыл глаза и сказал:
«Он попросил камень показать ему что-то. Камень показал. Он увидел, как рисовали эти фигуры. Кто их рисовал.
И язык, на котором они пели. Язык был прекрасным. Но человеческий мозг не может его вместить. Серёжа пытался повторить этот язык — и сломался».
Шаман провёл обряд. По его словам, он «запечатал» память мальчика. Через неделю Серёжа заговорил.
Сначала отдельными словами, потом предложениями. Он помнил, что был у скалы. Помнил, что испугался. Но не помнил чего именно.
«Как будто кто-то вырезал кусок плёнки», — рассказывал он позже.
— «Я знаю, что там что-то было. Знаю, что это важно. Но стоит мне подумать об этом — голова начинает болеть, и я забываю».
Сейчас Сергей Мальцев — взрослый мужчина, живёт в Иркутске, работает менеджером. Не пьёт, не курит, не ходит к Байкалу.
На вопрос «не хотели бы съездить на Саган-Забу?» отвечает: «Нет». И закрывает тему.
Рука, которая стёрла лося.
В 2006 году на скале произошёл громкий скандал. Кто-то (предположительно туристы) закрасил краской несколько петроглифов — древнего лося и двух всадников.
Местные жители подняли шум, полиция искала вандалов, но не нашла.
А через месяц с туристом, который, как шептались, был причастен к этому, случилось несчастье.
Мужчина, 28-летний житель Ангарска, поехал на машине с друзьями на Байкал. На трассе не справился с управлением, машина перевернулась.
Все пассажиры отделались ушибами. У него — перелом позвоночника, инвалидная коляска.
В больнице он, бредя, повторял:
«Я его смыл. Я хотел просто смыть. А он на меня смотрел. И не простил».
Родственники потом рассказывали: он признался, что это он закрасил лося — из хулиганства, «чтобы было видно, что тут наши, а не древние».
Сделал это днём. Сфотографировал. Выложил в «Одноклассниках». Через час удалил, но скриншоты остались.
«Он не верил в духов», — плакала мать. — «А теперь верит. Поздно».
Шаманы, которых попросили «снять порчу», отказались.
Один сказал:
«Он не порчу навлёк. Он обидел эжина рисунков. Эжин стёр с лица земли его ноги. Зачем нам стирать то, что сделал хозяин?»
Мужчина до сих пор в коляске. Его «Одноклассники» удалены. Но фотография закрашенного лося время от времени всплывает в байкальских пабликах — как страшилка для вандалов.
Шаман, который договорился.
В 2018 году на Саган-Забу приехала съёмочная группа федерального канала — снимать сюжет о древних рисунках. Операторы, журналисты, звукорежиссёр. Всё чинно, по науке.
Режиссёр, 45-летняя москвичка Анна Нечаева, попросила местного проводника найти шамана, который согласился бы провести обряд «на удачу» перед началом съёмок.
Проводник привёз пожилого бурята по имени Баир. Тот посмотрел на группу, покачал головой и сказал:
«Я проведу обряд. Но не для удачи. Для защиты».
Он обошёл скалу, побрызгал на камни молоком, повесил ленточки на ближайшую лиственницу, что-то прошептал.
Потом вернулся к группе и сказал: «Снимайте. Но не прикасайтесь к рисункам. И не снимайте их после шести вечера».
Съёмочная группа усмехнулась, но пообещала.
Два дня всё шло хорошо. Третий день был напряжённым — нужно было доснять крупные планы.
Солнце садилось быстро. Часы показывали 18:10. Звукорежиссёр полез на выступ с камерой. Поскользнулся. Упал с высоты трёх метров. Сломал руку, разбил камеру.
— Я же просил, — сказал Баир.
— После шести. Он не любит, когда его снимают после шести. Он прячется в тени и злится.
Съёмки свернули. Сюжет вышел, но в нём не было «жутких крупных планов». Только общие виды и интервью с археологом.
Режиссёр Нечаева в личном разговоре призналась: «Я не знаю, во что верить. Но больше я туда не поеду».
Учёные и молчание.
Официальная наука говорит о петроглифах Саган-Заба сухо:
· Рисунки выполнены методом выбивки и абразива (кварцевый песок).
· Сюжеты характерны для сибирского неолита и бронзового века: охота, лодки, космологические символы.
· Некоторые «странные» фигуры с ромбовидными телами — вероятно, шаманы в ритуальных костюмах (подвески, маски).
· Возраст: примерно 2500–3000 лет (по данным споранового анализа).
Но никто из учёных не может объяснить:
1. Почему рисунки расположены на труднодоступных участках — на высоте 3–5 метров, без видимых лесов или верёвок. Как древние художники туда забирались?
2. Почему на некоторых рисунках есть «второй слой» — более поздние фигуры, нанесённые поверх старых с поразительной точностью, будто их рисовал тот же художник через тысячу лет?
3. Почему в радиусе километра — ни одного древнего поселения? Ни стоянок, ни очагов, ни кострищ. Будто сюда специально приходили только чтобы рисовать, а жили далеко.
Шаман Баир (тот самый, из 2018 года) на вопрос «кто это нарисовал?» отвечает:
«Не люди. И люди. Те, кто были между. Они могли ходить по скале как по земле. Они рисовали для богов.
Но потом боги ушли, и они остались внутри рисунков. Спят там. Иногда просыпаются. Если кто-то смотрит слишком долго — смотрят в ответ».
---------------------------------
Тур на Байкале.
Путешествие на Байкал: рыбалка на судне, лучшие локации Ольхона и места силы.
----------------------------------------
Что делать, если вы едете к петроглифам.
Местные гиды, работающие на Саган-Заба, дают три правила. Нарушать их не советуют — даже скептикам.
Первое.
Не трогайте рисунки руками. Кожаный жир разъедает камень. И, по поверьям, оставляете «отпечаток себя» на камне — эжин может решить, что вы хотите остаться.
Второе.
Не смотрите на одну фигуру дольше минуты. Взгляд «притягивает» рисунок к себе, а вас — к рисунку.
Чем дольше смотрите, тем труднее оторваться. Если заметили, что не можете отвести глаза — отойдите, повернитесь спиной к скале, постойте так с минуту.
Третье.
Уходите от скалы до заката. Самые сильные и странные истории случаются в сумерках.
Почти все очевидцы, видевшие «ожившие» рисунки, делали это после шести вечера — особенно весной и осенью, когда солнце низко и тени длинны.
Эти правила не имеют научного подтверждения. Но ни один гид не предложит вам их нарушить.
Потому что те, кто нарушал, — либо молчат, либо не могут говорить.
Факты (реальная основа легенды).
1. Петроглифы мыса Саган-Заба — реальный археологический памятник федерального значения. Находится на западном берегу Байкала, в 6 км от посёлка Бугульдейка.
Датировка: энеолит — бронзовый век, около 2,5 тыс. лет до н.э. — 1 тыс. н.э.
2. Количество рисунков — более 100 изображений. Основные сюжеты: лоси, олени, лодки, всадники, антропоморфные фигуры (в том числе с ромбовидным телом — предположительно шаманы в ритуальных плащах).
3. «Шудхэ бэшэг» («чёртовы письмена») — реальное название петроглифов у западных бурят. Они действительно избегали прикасаться к ним и не селились рядом.
4. Вандализм — зафиксированный факт. В 2006 году неизвестные закрасили часть петроглифов (в том числе изображение лося) белой краской. Полиция вандалов не нашла.
Реставрация проводилась учёными Иркутского государственного университета.
5. Научные загадки:
· Высота рисунков (до 5 метров и выше) без следов строительных лесов.
· Отсутствие поселений рядом (ближайшая стоянка — в 3 км, что для каменного века слишком далеко).
· Разновременные слои, перекрывающие друг друга с высокой точностью.
6. Инфразвук и психоактивные эффекты — в районе скалы также возможны инфразвуковые колебания (как и в Тажеранской степи), а также отражение звука от стены, создающее акустические «галлюцинации».
7. Современное состояние — петроглифы находятся на территории Прибайкальского национального парка.
Туристы могут посещать их с гидом. Нанесение новых рисунков, надписей или краски запрещено законом (штраф до 500 тыс. руб.).
P.S.
Все имена и конкретные истории (Глеб Воронов, Серёжа Мальцев, Анна Нечаева, вандал из Ангарска) являются художественным вымыслом, созданным для иллюстрации атмосферы легенды.