Лариса пришла в офис в четверг утром, как всегда, за пятнадцать минут до начала. Поставила сумку на стул, включила компьютер, налила воды в кружку. В офисе ещё было пусто. Она любила эти минуты тишины, когда можно собраться с мыслями, пролистать почту, продумать разговоры с клиентами.
В девять ноль пять вошла Жанна. С красивой укладкой, в дорогом свитере, с улыбкой, которая делала её похожей на ведущую утреннего шоу.
— Ларисочка, привет! Как выходные? Ты купила то платье, о котором рассказывала? Я всем говорю, какая у меня классная подруга.
Лариса улыбнулась в ответ. Жанна называла себя её лучшей подругой. Вместе обедали, вместе выходили из офиса, вместе жаловались на начальника. Жанна знала про её сложные отношения с мамой. Знала, что Лариса боится конфликтов. Знала, что Лариса очень доверчива.
Они работали в одном отделе продаж. Лариса отвечала за корпоративных клиентов, Жанна — за розницу. Границы были размыты, и Жанна эти границы размывала искусно. Если Лариса находила интересного заказчика, Жанна через неделю уже обсуждала с ним условия. Если Лариса придумывала новую схему лояльности, Жанна первой бежала к начальнику Вадиму с этой идеей, чуть переиначив слова.
Вадим слушал Жанну внимательно. Она умела говорить красиво, умела показывать результат раньше, чем он появлялся. Лариса видела, как отношения с начальником ухудшались месяц за месяцем. Вадим реже с ней здоровался. На планерках смотрел сквозь неё. Однажды сказал при всех: «Лариса, вы работаете хорошо, но ваши показатели падают. Посмотрите на Жанну. Учитесь у неё».
Лариса не спорила. Она терпела. Дома, в маленькой однокомнатной квартире, она прокручивала эти разговоры снова и снова. Пыталась понять, где ошиблась. Может, она правда плохой продажник? Может, Жанна действительно талантливее? Она перестала предлагать новые идеи. Перестала брать сложных клиентов. Стала просто существовать, выполняя план ровно на минимальную премию.
Однажды в пятницу она задержалась в офисе. Закончила отчёт, собрала бумаги, выключила свет. И услышала голоса в переговорной. Дверь была приоткрыта на два пальца.
— Она совсем тупая, честное слово, — говорила Жанна. Её собеседницей была Алина, молодая сотрудница из соседнего отдела. — Приносит мне клиентов на блюдечке. Вадим уже её ненавидит. Говорит, если не вытянет квартал, уволю.
— А как же дружба? — спросила Алина.
— Какая дружба? Она мне никто. Инструмент. Я её три года дурю, а она всё верит. Вчера принесла мне кекс из магазина. Думает, я её подруга.
Жанна засмеялась.
Лариса стояла в коридоре, прижимая к груди папку с бумагами, и слушала, как Жанна рассказывает Алине про кражу очередного клиента. Потом достала телефон, включила диктофон и тихо положила на подоконник.
Голоса различались отчётливо. Жанна называла имена, цифры, даты. Хвасталась, как переписала на себя три крупных контракта Ларисы. Как жаловалась Вадиму, что Лариса срывает сроки. Как смеялась над её доверчивостью.
В понедельник Лариса зашла к Вадиму без стука. Положила телефон на стол, включила запись. Вадим слушал минуту, потом выключил.
— Монтаж, — сказал он. — Современные технологии позволяют всё подделать. Вы на неё обижены за что-то?
— За три года воровства, — ответила Лариса.
— Жанна — наш лучший сотрудник. Вы приносите убытки. Если у вас есть претензии, пишите заявление. Но с такими доказательствами никто разбираться не станет.
Лариса забрала телефон. Выходя, обернулась.
— Вы уверены, что поступаете правильно?
— Уверен.
Она пришла домой, села на диван, открыла ноутбук, завела новую папку и написала список. Клиенты, которых она привела в компанию. Клиенты, которых Жанна ещё не успела перехватить. Клиенты, которые устали от Жанниного навязчивого сервиса. Кирилл Петрович из транспортной компании: он жаловался, что Жанна звонит ему по три раза в день. Елена Викторовна из сети аптек: подписывала договор лично с Ларисой и другим менеджерам не доверяла. Дмитрий из IT-стартапа: молодой, амбициозный, ценил честность.
Она встретилась с каждым. В кофейнях, в переговорных, в машине — везде, где можно говорить тихо и быстро. Предлагала условия чуть лучше, чем у текущего работодателя. Обещала личное ведение проектов. Говорила правду: она уходит, открывает своё агентство, и ей нужны первые клиенты.
Никто не отказался.
Через три недели она написала заявление. Вадим не удивился, не спросил причину. Подписал, пожелал удачи. Жанна при всех обняла её, сказала, что будет скучать и звонить каждый день.
Лариса улыбнулась ей в последний раз.
— Не нужно, Жанна. Ты свое дело сделала.
Она забрала личные вещи, села в машину и уехала.
Ровно через неделю три компании одновременно разорвали контракты с фирмой Вадима. Кирилл Петрович написал официальное письмо: условия перестали устраивать. Елена Викторовна не объясняла причин. Дмитрий просто перестал выходить на связь и перевёл оплату на новый счёт.
Вадим метался по кабинету, требовал объяснений. Жанна пожимала плечами, строила догадки, предлагала новых клиентов. Но новые клиенты не шли. Её личный план продаж рухнул на шестьдесят процентов. Она не умела работать без Ларисиных наработок, без её идей, без её доверия, которое она так искусно эксплуатировала.
Через месяц Вадим вызвал Жанну на ковёр.
— Ваша эффективность стремится к нулю, — сказал он. — Где те результаты, за которые я вас хвалил?
— Рынок изменился, — ответила Жанна.
— Рынок остался прежним. Вы остались без источника идей. Я всё знаю, Жанна. Лариса мне прислала расшифровку того разговора с диктофона. Вы тогда смеялись, что она слишком доверчива к вам. Значит, это была правда! Кто теперь смеётся?
Через неделю её уволили. С формулировкой «за систематическое невыполнение плана». Без выходного пособия. Без рекомендаций.
Вести из того офиса приходили редко. Лариса уже и думать забыла про Жанну с Вадимом, когда пришло сообщение от Татьяны — бухгалтерши с прошлой работы: «А твою подругу вчера попросили. С вещами». Лариса перечитала два раза. И ничего не почувствовала. Ни радости. Ни удовлетворения. Только пустое место там, где раньше жила обида. Она сохранила презентацию и стала собираться домой.
Телефон зазвонил в шесть вечера. Это был номер Жанны. Лариса посмотрела на экран, подождала три гудка и ответила.
— Ларочка, привет! — голос звучал привычно, с той же интонацией, с которой Жанна всегда начинала свои спектакли. — Как ты? Как дела? Я так соскучилась.
— Говори по делу, Жанна.
— Слушай, я ищу работу. Может, у тебя есть что-то? Я буду полезной, честное слово. Ты же знаешь, я умею продавать.
— Ты умеешь присваивать чужое. Продавать ты не умеешь. Я проверяла.
— Лариса, ну зачем ты так? Мы же подруги. Всякое бывает. Я ошибалась. Но я могу исправиться.
— Ты не ошибалась. Ты действовала с умыслом. Три года, Жанна. Три года ты вытирала об меня ноги. Я тогда слушала твой разговор в переговорной и думала: если бы ты просто украла клиента, я бы простила. Но ты смеялась. Ты получала удовольствие от того, что я страдаю.
— Это работа, Лариса. Все так делают.
— Нет, Жанна. Только такие, как ты, так делают. Те, у кого своего ничего нет. Я привыкла сама за себя отвечать. И за тебя, получается, тоже отвечала — три года тащила на себе. Теперь ты одна. Без моих клиентов, без моего терпения, без меня. Вот и живи как знаешь.
Лариса положила трубку. Заблокировала номер. На эмоциях открыла ноутбук, проверила почту, дочитала презентацию. На завтра был назначен новый клиент, которого ей порекомендовал Дмитрий из IT-стартапа. Сарафанное радио работало лучше любой рекламы.
— Теперь всё встало на свои места, — она успокоилась.
Через полгода в агентстве работало уже пятьнадцать человек. Лариса наняла двух менеджеров, дизайнера и бухгалтера. Клиенты шли потоком. Она научилась не доверять людям с первого взгляда. Научилась говорить «нет» и не объяснять причины. Научилась жить без Жанны, без Вадима, без офиса, где её считали дурой.
Жанна устроилась в крупную сеть на понижение должности, но через три месяца уволилась сама. Лариса случайно встретила её в торговом центре: Жанна стояла за прилавком с джинсами и делала вид, что занята раскладкой товара.
Они не поздоровались. Жанна опустила глаза. Лариса прошла мимо.
Лариса иногда думала: а что, если бы она не услышала тот разговор? Если бы не сделала тот список в ноутбуке? Сидела бы сейчас в съёмной квартире и гадала, почему мир к ней жесток. Но она рискнула, и забрала своё. А Жанна осталась с тем, что посеяла — со своей пустотой, которую ни один чужой талант больше не заполнит.
Ваш лайк — лучшая награда для меня. Читайте новый рассказ — Лучшая подруга заявилась с очередной ночной гулянки, её дети спали в моей комнате. Терпеть я больше не могла.