Продолжение:
"Примерно часа через полтора после первой атаки с воздуха, появились два вражеских самолета – истребитель и бомбардировщик. Перед их появлением, снова с берега были пущены сигнальные ракеты, указывая место нашей новой стоянки. После двух заходов истребителя, который обстрелял нас «красивейшими» пулями, мы боялись обнаружить себя, поэтому ответного огня не открывали. Третьим заходом бомбардировщик сбросил фугасную бомбу огромной разрушительной силы, попав прямо в надстройку судна, которую взорвало и воспламенило, после чего по судну распространился пожар. Стали гореть и взрываться боеприпасы – рвавшиеся снаряды разлетались примерно метров на 100. В течение 4 часов подойти к судну было невозможно.
В результате взрыва авиабомбы носовая часть судна затонула, кормовая часть от трюма №4 держалась на плаву. Машинное отделение и топливные цистерны не пострадали.
Приблизительные потери: бойцов убито 30-40 человек, ранено 80-90 человек. Лошадей убито 40-50 голов. Противотанковое оружие, боеприпасы и остальное хозяйство погибли. Из команды убит третий помощник механика Поляков Н.С. Тяжело ранена матрос Полякова. Легко ранены практиканты Казанского речного техникума – Габайдулин и Филимонов, кочегар Кузнецов. Контужен слесарь Рузов В.С.
Всё имущество команды погибло. Судовая отчетность, журнал зарплаты – погибли. Колпитных средств (средств коллективного питания – прим. автора канала) за июнь месяц, находящихся у 1 помощника капитана погибло 755 рублей. Судовые документы мной спасены и сданы главному механику Судовой службы НВРП.
Во время всей бомбёжки на посту находились и выполняли все мои распоряжения: лоцманы Полханов И.В., Смирнов В.Н; помощники капитана Смирнов В.Л., Герасимов И.П., Карецкий, штурвальный Полханов П.И., боцман Воробьев, матрос Михайлов С.П., механик Михайлов П.Н. В машине находились масленщики Михайлова, Лаптев, кочегар Павлов. Особенно должен отметить самоотверженность лоцманов Полханова и Смирнова, помощника капитана Смирнова и Герасимова, механика Михайлова, которые не смотря на обстрелы и бомбёжки, до последнего находились в штурвальной рубке. Боцман и другие помощники капитана находились на палубе и выполняли все мои распоряжения.
Ко всему вышеизложенному должен добавить, что во время первых налётов бойцами с палубы велась беспорядочная и неприцельная стрельба из трюмов, из-под под надстроек, из под телег, из под орудий. В первый заход трассирующая очередь стрелявшего по судну самолета пришлась по воде у правого борта, совершенно не задев его. Но у нас сразу же появилась масса раненых и убитых, в том числе был убит 3-й помощник механика и майор Беляев. В последующие два налёта, до первой сброшенной бомбы, стрельба велась тоже беспорядочно. По моему мнению, часть убитых и раненых связана с этой самой беспорядочной стрельбой. В то же самое время, из не менее чем 20 бойцов, расставленных для отражения налета на надстройке и мостике, за все 3 налета ранен был только один, убитых нет.
Еще должен отметить, что во время перехода к месту следующей стоянки на берегу происходила какая-то стрельба, и около 4 пуль пролетело через штурвальную рубку. Из-за чего я вынужден был кричать на берег, чтобы прекратили стрелять.
В ночь с 30 на 31 июля вражеский самолет сбросил 2 бомбы в кормовую часть. Одна бомба упала в 20 метрах от кормы, другая попала под сектор руля, от чего затопление судна ускорилось. Оно затонуло, накренившись на правый борт. Машина осталась неповрежденной. В кормовом трюме остался невыгруженным груз – 37 тонн шкур, следующих назначением в Баку. Также, погибло 8 ящиков машинных частей, отгруженных в Астрахань. Документы на груз погибли при взрыве и пожаре. Оставшаяся команда, за исключением самовольно ушедших в Каменный Яр матросов Молодчикова и Молодчиковой, 31 июля была доставлена в Сталинград на пароходе «И. Сталин». Практиканты Габайдулин и Филимонов остались на берегу при судне."
Капитан Шульгин [1]
Продолжение следует!
ИСТОЧНИК:
1. Государственный архив Волгоградской области, фонд Р-5513, опись 2, дело 4, листы с 30-го.