Этот фильм японского режиссера Хирокадзу Корээды называли лучшей картиной 2018 года, он взял Золотую пальмовую ветвь в Каннах и вообще наделал много шума. И абсолютно справедливо — фильм не только вскрывает социальные язвы, но и ставит вопросы, на которые сложно дать однозначный ответ. Один из них — что такое настоящая семья?
Семья — это близкие по крови, или семьей могут стать чужие люди, с которыми тебе комфортно? Семья — это то, где живут в достатке, по принятым правилам внешнего благополучия, но не обращают на детей внимания, или хуже того, обижают их? Или настоящая семья та, где из-за нищеты взрослые вовлекают детей в мелкие магазинные кражи, но при этом добры к ним, любят их и поддерживают?
Мальчик Шота и его отец Осаму подворовывают в магазинах. Пока взрослый посматривает по сторонам и заслоняет полки от взглядов персонала, ребенок, сложив пальцы в какой-то собственный ритуальный жест, ловко скидывает в открытый школьный ранец нужные продукты.
Они спокойно уходят — по их философии, которую Осаму внушает мальчику, чужое брать нехорошо, но лежащее на полках в магазине пока еще не принадлежит никому.
С добычей они приходят домой — там их ждут жена Осаму, ее младшая сестра Аки (или не сестра, поначалу очень сложно разобраться, кто кому кем приходится) и бабушка. Собственно, бабушке и принадлежит эта лачуга, в которой они все живут.
Жена Осаму работает прачкой и получает копейки, юная Аки «трясет грудью» в пип-шоу, Осаму — разнорабочий без постоянного места и заработка. Основной доход семьи — бабушкина пенсия.
Все это похоже на ночлежку из горьковской пьесы «На дне» — разные персонажи, которые периодически добродушно переругиваются и спят вповалку на каких-то лохмотьях, в ужасающей тесноте. Или на сказку про теремок с ее рефреном "пустите меня к себе жить".
Возвращаясь с очередной магазинной добычей, Осаму и Шота видят на улице замерзшую и голодную маленькую девочку. Они делятся с ней едой и забирают к себе — пятилетняя Юри, когда ее спрашивают про родителей, отрицательно качает головой.
На руках девочки жена Осаму видит ожоги и следы побоев. Но лишний рот семье не нужен, и взрослые решают вернуть ребенка.
Возле дома девочки они слышат, как ссорятся родители Юри. «Лучше бы я ее не рожала!», — кричит женщина. Переглянувшись, бедняки возвращаются домой. Когда в телевизоре появляется объявление о пропаже ребенка, они меняют Юри прическу и имя — отныне ее зовут Лин.
Впрочем, как выяснится позже, здесь у всех чужие имена.
«Это не похищение, мы же не требуем за девочку выкуп», — говорит жена Осамы.
У этой семьи очень гибкие моральные принципы. Например, Шота уверен, что в школу ходят только те дети, кто не способен сам учиться дома. И то, что товары в магазине не принадлежат никому — он тоже усвоил. Однако, после ряда обстоятельств подросток начнет сомневаться — правильно ли то, что ему говорят взрослые, которым он верит безоговорочно.
Корээда выстраивает фильм так, что сначала мы проникаемся симпатией и сочувствием к этим людям, выброшенным за борт жизни непонятно какими обстоятельствами.
И даже возникает вопрос — Япония считается богатой страной, неужели там такое возможно? Где социальные службы и полиция, где благотворительные организации, наконец? Почему маргиналы на грани выживания не получают никакой помощи и никому не нужны, кроме самих себя?
Но и на этот вопрос режиссер даст ответ. Представители государства появятся во второй части и четко расставят все точки над i. Четко, жестко и безжалостно. Вскроются давние (и свежие) преступления, откроется прошлое персонажей, станет понятно, как все они оказались в одной лачуге.
Но на вопрос, что лучше — недружелюбная кровная семья или семья мнимая, но теплая, с маленькими радостями и принятием — режиссер не дает однозначного ответа.
Смотрели, будете?
Кадры из фильма с сайта Кино-Театр.ру.
На канале есть публикации о фильмах, снятых в Японии:
Дочитали до конца? Не забудьте поставить👍