Каждый вечер Даша возвращалась в холодную квартиру, терпела презрительные взгляды Игоря, выслушивала его резкие окрики.
— Ну что, глухая тётя, что сегодня принесла? — спрашивал он, вырывая у неё из рук смятые листки.
Дарья послушно пересказывала истории, которые они заранее придумывали вместе с Артёмом.
Первая часть истории
— В кабинете обсуждали смету по Северному проекту. Цифры там завышены. А ещё Белозерский кричал на юриста из-за замороженных счетов…
Игорь жадно заглатывал каждую наживку. Иногда даже похлопывал её по плечу и довольно ухмылялся:
— Вот видишь, можешь быть полезной. Завтра попробуй достать копию сметного отчёта.
После этого он запирался в спальне и разговаривал по телефону, передавая ложные сведения дальше.
Белозерский тем временем получал отчёты от Даши и видел, как дезинформация работает. Люди по ту сторону начинали делать неверные шаги, несли всё больше убытков и выдавали себя.
Но вскоре в офисе появилась новая фигура, и именно она насторожила Дарью сильнее всего.
В финансовом отделе устроилась Снежана — молодая, эффектная блондинка с высокими амбициями и манерой смотреть на окружающих сверху вниз. Она носила дорогие вещи и вела себя так, будто уже давно была хозяйкой этого места.
Однажды вечером Дарья мыла пол в женском туалете вип-этажа. Снежана вошла, поправляя макияж, и, не обращая внимания на согнувшуюся уборщицу, достала телефон. Набрав номер, она сладко промурлыкала:
— Да, милый, я уже на месте. Всё идёт по плану. Этот дурак из финансов ничего не замечает. Доступы почти у меня в руках. Скоро переведём активы на нужные счета, а директор останется ни с чем.
Дарья продолжала машинально водить тряпкой по кафелю, хотя внутри всё обмерло.
Из динамика телефона донёсся мужской голос. Интонацию Даша узнала сразу.
Это был Игорь.
— Главное, не торопись, — говорил он. — Я уже всё уладил на таможне. Как только деньги уйдут на офшор, встречаемся в аэропорту. И начнём жить так, как я обещал.
Даша побледнела.
Снежана рассмеялась и послала своему отражению воздушный поцелуй.
— Конечно, котик. Кстати, как там твоя глухая прислуга? Не понимает, что сама себе яму копает?
Игорь на том конце ответил с самодовольной усмешкой, слышной даже через динамик:
— Эта клуша и не догадывается, что нужна нам лишь как отвлекающая фигура. Если что-то сорвётся, всё можно свалить на уборщицу, которая будто бы вынесла документы. Пусть моет полы, пока мы собираем чемоданы.
Связь оборвалась.
Снежана поправила юбку и выпорхнула из туалета, а Дарья осталась стоять, прижав грязные руки к лицу. Её трясло.
Ей казалось, что ниже дна уже не бывает. Но оказалось — бывает. У Игоря была молодая женщина. Он устроил Дашу в корпорацию, чтобы использовать и подставить, если что-то пойдёт не так. Десять лет она стирала ему рубашки, экономила на себе и выслушивала придирки его матери — и всё ради того, чтобы оказаться расходным материалом в его новой красивой жизни.
Она сорвалась с места, бросила тряпку и почти бегом помчалась к кабинету директора.
В кабинет Артёма Викторовича она влетела без стука. Тот, увидев её лицо, сразу поднялся.
— Что случилось?
— Снежана, — выдохнула Даша, упираясь ладонями в край его стола. — Ваша новая помощница из финансового отдела… Она связана с моим мужем.
Брови Артёма чуть поднялись.
— Вы уверены?
— Я только что слышала их разговор. Они готовятся вывести ваши активы. Доступы уже собраны. Потом собираются уехать за границу. Игорь прямо сказал ей, что я нужна только как прикрытие. Если что — всё повесят на глухую уборщицу.
Белозерский не потерял ни секунды. Он нажал кнопку селектора.
— Начальника службы безопасности ко мне. Немедленно.
За Снежаной установили скрытое наблюдение. Камеры, прослушивание, анализ действий на рабочем компьютере. Опасения Даши полностью подтвердились. Снежана оказалась не случайной фигурой. Она мастерски подделывала документы, подменяла реквизиты в платёжных поручениях и готовила крупный перевод, который должен был пройти в конце недели.
— Возьмём её в момент подтверждения, — сказал Артём, просматривая материалы от службы безопасности. — Вашего мужа задержат в аэропорту, когда он приедет с билетами. Капкан почти закрыт. Ещё немного — и вы будете свободны.
Дарья впервые за долгое время слабо улыбнулась. Казалось, развязка уже близко.
Но именно тогда беда пришла с другой стороны.
В среду вечером, когда она мыла посуду на тесной кухне, раздался звонок со старого деревенского номера. Звонила соседка её тёти Клавдии Савельевны. Голос у женщины дрожал.
— Дашенька, беда… Клаву в районную больницу увезли. Сердце прихватило сильно. Наш фельдшер руками разводит. Врач сказал, если срочно не сделать платную операцию в Москве, всё может кончиться очень плохо. А денег там нужно много…
Телефон едва не выпал из Дашиных рук.
Тётя Клава была единственным по-настоящему близким человеком, который у неё оставался. Добрая, тихая, светлая женщина, у которой в детстве всегда пахло пирожками и сухими травами.
Даша бросилась в гостиную. Игорь сидел за ноутбуком, просматривая какие-то билеты.
— Игорь, пожалуйста… — Она упала перед ним на колени, захлёбываясь слезами. — Тёте Клаве нужна срочная операция. Дай денег в долг. Я всё верну. Всё отработаю. Только помоги.
Он медленно повернул к ней голову, и на его лице появилось сначала недоумение, потом презрение.
— Ты совсем с ума сошла? Какая операция? Эта старуха и так уже пожила. Зачем на это тратить такие суммы?
— Игорь, как ты можешь? Это моя семья!
Она попыталась схватить его за руки, но он с брезгливостью оттолкнул её.
— Не дам ни копейки. У меня каждый рубль расписан. Впереди важнейший этап, а ты опять разводишь сырость. Иди отсюда и не мешай.
Даша смотрела на него сквозь слёзы и с ледяной ясностью понимала: в этом человеке больше не осталось ничего живого. Он откладывал деньги на бегство со Снежаной, а судьба её тёти ему была безразлична.
На следующее утро в офис она пришла бледная, с дрожащими руками и тёмными кругами под глазами. Механически водя шваброй по коридору, она почти ничего не видела перед собой. Мысли были только там — в районной больнице, где тётя лежала одна.
Артём Викторович, проходя мимо, сразу заметил её состояние.
— Зайдите ко мне. Сейчас же.
В кабинете он налил ей воды и заставил сесть.
— Что случилось? Муж что-то заподозрил?
— Нет… Дело не в нём.
Дарья закрыла лицо руками и рассказала всё. Про тётю Клаву. Про диагноз. Про срочность. Про унизительный отказ Игоря. Про то, что счёт идёт буквально на часы.
— Я не знаю, что делать, — шептала она. — Единственный человек, который меня любил, может уйти только потому, что у меня нет таких денег…
Артём слушал молча. Лицо его оставалось спокойным, но в глазах шла какая-то глубокая, напряжённая работа мысли. Потом он поднялся, подошёл к столу и снял трубку.
— Соедините меня с клиникой. Срочно. И начальника транспортного отдела ко мне. Пусть готовят медицинский вертолёт компании.
Даша подняла голову, не веря услышанному.
— Артём Викторович… Что вы делаете?
— Спасаю вашу семью, — просто ответил он. — Диктуйте адрес районной больницы.
Через два часа над деревней завис медицинский вертолёт, принадлежавший Белозерский Групп. Клавдию Савельевну, подключённую к переносным системам поддержания, осторожно подняли на борт столичные специалисты. К вечеру она уже находилась в московской кардиологической клинике.
Счёт за сложную операцию, от которого у любого другого закружилась бы голова, Артём Викторович оплатил сам, не задав лишних вопросов.
Операция длилась пять часов.
Даша сидела в приёмной, вцепившись в телефон, когда хирург наконец вышел к ней и с усталой улыбкой сказал:
— Ваша тётя крепкая женщина. Мы всё успели. Сердце работает ровно. Теперь всё должно быть хорошо.
Даша прямо в больничном коридоре опустилась на колени, не в силах сдержать слёз.
На следующий день, вернувшись на работу, она вошла в кабинет Артёма Викторовича, но слов не находила. Грудь сжимало так, что и дышать было трудно.
— Я даже не знаю, как вас благодарить, — прошептала она, прижав руки к груди. — Вы подарили ей жизнь. Я ваша должница навсегда. Хоть полы у вас мой бесплатно до конца дней, только бы…
Артём поднялся из-за стола и подошёл к ней. Теперь он смотрел на неё уже не как на уборщицу в серой форме и не как на человека, случайно вовлечённого в чужую игру.
Он осторожно коснулся её щеки и стёр слезу.
— Мне не нужно, чтобы вы мыли полы. Мне нужно, чтобы вы просто были. Вы вернули мне веру в то, что в этом мире ещё существует преданность, которую нельзя измерить деньгами. И ваш долг давно оплачен вашей смелостью.
Его пальцы задержались на её щеке чуть дольше, чем нужно. Между ними в тишине кабинета повисло что-то очень хрупкое, тёплое и неожиданно живое — то, чего они оба давно были лишены.
Но эту минуту прервал резкий сигнал селектора.
Голос начальника службы безопасности прозвучал жёстко:
— Артём Викторович, Снежана активировала протокол перевода. В систему запущен вирус. Они обходят ложные барьеры.
— Пусть обходят, — спокойно ответил Белозерский. — Они уверены, что идут к основному шлюзу, а на деле работают в изолированном контуре. Как только нажмёт финальное подтверждение — берите. Что по Томилину?
— Только что прибыл в аэропорт. Билеты до Стамбула на двоих. Группа на месте, ждёт команды.
Даша прикрыла глаза. Десять лет она пыталась быть хорошей женой человеку, который в этот самый момент стоял с чемоданом в аэропорту, ожидая украденные деньги и свою молодую спутницу.
На одном из экранов системы безопасности было видно, как в кабинет финансового отдела вошли двое крепких мужчин в штатском. Ещё секунду назад Снежана победно смотрела в монитор, а теперь с визгом отскочила от стола. На её запястьях мгновенно защёлкнулись наручники.
— Взяли с поличным, — доложил безопасник.
И тут он резко осёкся.
— Что ещё? — сразу спросил Артём.
— Томилин ушёл. За минуту до захвата ему кто-то позвонил. Он бросил чемодан и растворился в толпе. Похоже, у него есть свой человек в системе.
Даша похолодела.
— Он поймёт… Он догадается, что я знала…
Артём положил руки ей на плечи.
— Успокойтесь. Из страны он не уйдёт. Мы перекрыли всё.
Но Игорь и не собирался прятаться.
Поняв, что схема с миллионами развалилась, а Снежана наверняка уже даёт показания, он сорвался окончательно. Терять ему было нечего. И виноватой в своём крахе он считал только одного человека — жену, которую сам когда-то загнал в эту корпорацию.
Через час после неудачи в аэропорту прозрачные двери главного холла Белозерский Групп с грохотом разъехались. Охранник у турникета даже не успел встать.
— Мужчина, вы куда?..
Но слова застряли у него в горле.
Игорь с блуждающим, безумным взглядом выхватил из-под куртки пистолет и направил его прямо в лицо охраннику.
— Всем лечь на пол! Быстро! Где она? Где моя жена?
В просторном, залитом светом холле мгновенно началась паника. Секретари с визгом кинулись под столы, сотрудники падали на мрамор, закрывая головы руками. Кто-то успел включить тревожный сигнал.
Игорь метался по холлу, размахивая оружием.
— Где эта глухая дрянь? Выводите её сюда! Я знаю, что она здесь! Это она меня сдала!
Дарья в этот момент находилась на втором этаже и спускалась по лестнице с моющими средствами. Услышав крики, она выглянула вниз — и застыла.
Её муж, ослеплённый яростью, искал именно её.
Даша инстинктивно вжалась в угол, прячась за громоздкой пластиковой тележкой. И в этот момент на первом этаже плавно раскрылись двери лифта.
В холл вышел Артём Белозерский.
Без охраны. Без оружия. Спокойный, собранный, с той самой подавляющей внутренней силой, которую невозможно было не почувствовать.
— Опусти ствол, — негромко сказал он.
Игорь на секунду растерялся.
— Белозерский… — выдохнул он, переводя пистолет на него. — Это ты всё подстроил. Снюхался с моей женой. Где она?
— Твоя жена в безопасности, — произнёс Артём. — А ты — жалкий трус и разорившийся авантюрист. Ты проиграл. Снежана уже даёт показания. Здание окружено. Бросай оружие.
Белозерский сделал медленный шаг вперёд, отвлекая внимание от людей, лежащих на полу.
Даша смотрела на это сверху, и внутри у неё вдруг что-то переключилось. Человек, который спас её тётю и закрыл собой её саму, теперь стоял перед её обезумевшим мужем, рискуя собой.
Ступор исчез.
Она схватила тяжёлую деревянную швабру с длинной ручкой и бросилась вниз по лестнице.
Игорь вздрогнул, услышав шаги, и инстинктивно повернул голову.
Этого мига Даше хватило.
Не сбавляя хода, она со всей силы ударила черенком по его ногам под колени. Он взвыл, потерял равновесие и рухнул на спину.