первая часть
— Вот тут, видимо, Анжела и решила всё выложить, — продолжил Андрей. — Хорошо, что я догадался диктофон включить. Как знал.
— Ты меня поражаешь, — покачала головой Мила. — Как можно так легко и несерьёзно ко всему относиться? Ты же мог погибнуть. Хоть бы сообщение мне отправил.
— Я думал, ты сама догадаешься, — невинно развёл руками он.
— Я вообще спать собиралась, пораньше лечь. Чтобы не думать, как ты там с этой бабулькой приятно время проводишь, — буркнула Мила.
Андрей смотрел на неё и улыбался. По тому, как она срывалась, как ревниво поджимала губы, он прекрасно понимал, что творится у неё внутри, но хотел, чтобы она призналась в этом сама.
— Хватит улыбаться, — не выдержала она. — Рассказывай, что было дальше.
— Ну… — Андрей устроился поудобнее. — Вызвал я полицию, пока «в туалет» выходил. Возвращаюсь, смотрю — она мне ещё что‑то в стакан добавила. Врач потом сказал, что у меня и так в крови «коктейль» был. Так что благодарить надо моё богатырское здоровье и пачку активированного угля, которую я заранее проглотил.
Увидев вопросительный взгляд Милы, он рассмеялся:
— Живот болел, съел, видимо, что‑то не то. Не мог же я так опозориться перед дамой, вот и перестраховался. Как оказалось, не зря.
— Так вот, вернулся я, сделал вид, что выпил, и начал её аккуратно раскручивать, — продолжил Андрей. — Она и заговорилась. Рассказала, как выбирала девушек, как придумала схему, куда переводились деньги и на что она их тратила. Вернее, копила. План был простой: свалить за бугор и устроить себе тёплое гнёздышко. Брать с собой своих «верных псов» она не собиралась. Если бы мы не собрали на Макса компромат, это сделала бы она.
— Какие высокие отношения, — мрачно заметила Мила.
— Не говори, — кивнул он. — В общем, всё это я записал. Теперь к этому добавим нападение на меня и на тебя — и поедет наша парочка по этапу.
— А где Анжела сейчас?
— Я подлил ей её же зелье, пока она отвлеклась, — спокойно сказал Андрей. — Когда я изобразил, что теряю сознание, она ушла.
— И ты так просто об этом говоришь?
— А что мне волноваться? — пожал он плечами. — У нас на неё уже немало интересного. Пусть теперь полиция думает, где её искать. Можем, кстати, попросить твоего папу помочь — у него же везде знакомые.
— У него действительно везде знакомые, — согласилась Мила. — Но нам нужно спешить. Вдруг она успеет уехать из страны.
— Да брось, ты пересмотрела сериалов, — усмехнулся Андрей. — Никуда она не денется. Она же уверена, что мы с тобой никому уже ничего не расскажем.
Повисла короткая пауза. Мила чувствовала себя неловко под его пристальным взглядом и не знала, куда деть глаза.
— Ну что, — наконец спросил Андрей, — как дальше жить будем?
— Я не знаю, — честно ответила она.
— А я знаю, — спокойно произнёс он. — Может, хватит от меня бегать? Ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь. Я с первого взгляда в тебя влюбился. Два года не мог забыть. Полгода уже смотрю, как ты заново пытаешься жить, и уверен: я тебе тоже не безразличен. Ты можешь это отрицать, но я всё видел — тебя передёргивало каждый раз, когда я говорил, что у меня появилась девушка.
Он замолчал, давая ей время перевести дух и, возможно, впервые за долгое время честно ответить себе и ему.
Мила молчала. Да, она чувствовала к Андрею больше, чем дружескую симпатию, но признавать это вслух боялась. Поверить во второй раз — совсем не то же самое, что поверить впервые. К тому же свежа была память о первом браке.
— Андрей, я, наверное, пойду, — тихо сказала она. — Тебе надо отдыхать. Я заеду к родителям, посоветуюсь с отцом, как нам дальше поступать. Может, он что‑то подскажет.
— Давай, беги от самой себя, — не скрывая разочарования, ответил он.
— Ты знаешь, если бы тогда, три года назад, я выбрала тебя, всё было бы намного проще, — призналась Мила. — Но поступок Максима слишком сильно меня изменил. Вчера он объяснил, почему так со мной поступил.
— И что он сказал?
— Ему нужно было только моё имущество, расположение отца, положение в обществе, престижная работа. Всё то же самое, что он хотел иметь, но уже с Анжелой. Я была нужна, чтобы он получил доступ к «хорошей жизни». Дальше от меня можно было спокойно избавиться, как от лишней вещи. Ты не представляешь, как это больно и обидно.
— Но мне нужна только ты, — мягко сказал Андрей. — Мне нет дела до твоей квартиры, машины или статуса. Когда я встретил тебя на стоянке, я не прикидывал уровень твоего достатка. Если уж на то пошло, я и сам неплохо зарабатываю. А подрабатывал Дедом Морозом просто из интереса, я же рассказывал.
— В это трудно поверить во второй раз, — вздохнула Мила. — Максим тоже был очень убедительным. Его не смог «раскусить» даже мой отец. Я не стану отрицать, что ты мне дорог и я испытываю к тебе чувства. Но сейчас я не хочу ничего решать и ни о чём думать. Мне пора. Поправляйся.
Она резко поднялась и вышла в коридор, боясь, что ещё секунда — и она бросится к нему в объятия. На стоянке Мила некоторое время просто стояла, пытаясь прийти в себя. Телефонный звонок вывел её из задумчивости: звонил отец.
— Мила, ты где сейчас?
— В больнице, у Андрея. Сейчас к тебе подъеду, нужно многое рассказать.
— Я уже почти всё знаю, — ответил он. — Звоню убедиться, что с тобой всё в порядке. У меня для тебя новости. Жду.
Она глубоко вдохнула, ещё пару минут постояла на свежем воздухе, затем села в машину и отправилась в офис отца.
— Ну что, не удалось вам обвести эту прожжённую дамочку вокруг пальца? — встретил он её без лишних прелюдий. — Я говорил, она хитрее, чем кажется. Почему ты не сказала, что втянула в это Андрея? Вы оба жизнью рисковали. У Анжелы, между прочим, подобных эпизодов немало.
— Каких ещё эпизодов? — насторожилась Мила.
— По молодости сидела, — спокойно пояснил отец. — Отравила сожителя. Потом не раз «по мелочи» всплывала, но каждый раз выходила сухой из воды, хотя всё указывало на неё. Вообще, персонаж крайне интересный. И такой бесславный конец.
— В каком смысле? Я ничего не знаю. Вчера из салона сразу в больницу к Андрею помчалась, а от него прямо к тебе.
— Как он?
— Жить будет. Она ему в вино какую‑то гремучую смесь подлила. Часть он выпил, а когда заметил, что она ещё что‑то добавляет, вылил свой бокал ей. Из салона она ушла сама, дверь даже не закрыла. Я нашла Андрея уже без сознания.
— Молодец, — кивнул отец. — В общем, из салона Анжела уехала, но по дороге на неё подействовало снотворное, и она вылетела на встречную полосу. Сейчас её тело в морге, полиция ищет родственников. Боюсь, никого не найдут.
— Да уж, действительно, — вздохнула Мила. — Она так заботилась о своей красоте… И такой конец.
— Красиво её теперь точно не назовёшь, — сухо заметил отец. — Ладно, расскажи‑ка мне про остальное. Мне только сообщили об Анжеле и о том, что Максим к тебе приходил.
— Да. Он пришёл мстить. К счастью, Андрей вызвал полицию. И, кстати, записал признание Анжелы.
Отец внимательно посмотрел на дочь, понимая, что самая сложная часть её истории, возможно, только начинается — уже не про суды и преступления, а про то, рискнёт ли она снова довериться человеку, который остался рядом.
— Но ей они уже не повредят, — тихо сказал отец. — А вот Максу жизнь серьёзно испортят. Следователя, который на неё работал, отстранили от дел и задержали. Будет крупное разбирательство. Девушек, которых обманул Максим, оказалось больше, чем мы думали. И не все отделались только деньгами. Как минимум три пропали после отношений с ним. Да и о жертвах нашего горе‑следователя стоит узнать побольше. Кроме того, он угрожал тебе — это тоже пойдёт ему не на пользу.
— Да уж… — Мила опустила глаза. — А мы ему так верили.
— Дочка, ты не представляешь, насколько я в нём был уверен, — тяжело вздохнул отец. — Теперь каждого твоего ухажёра буду проверять тщательно — вплоть до наследственных болезней у бабушек и судимостей дедушек. Рядом с тобой больше не окажется таких мерзавцев.
— Пап, а что ты думаешь об Андрее?
— Думаю, он неплохой парень, — после короткой паузы ответил отец. — Но решать не мне. Если что, мне недолго всё о нём выяснить.
— Пока не надо, — покачала головой Мила. — Я не готова к отношениям. И не знаю, когда буду.
— Знаешь, можно так и прожить жизнь в одиночестве и вечном ожидании, — мягко возразил он. — Ошибки необходимы. Они часть нашей жизни. Без них было бы скучно.
— Но ведь ваша с мамой жизнь безупречна… По крайней мере, мне она всегда такой казалась.
— Мы с мамой превыше всего ставили долг и мнение окружающих, — спокойно объяснил он. — Со временем оба привыкли так жить. Тебе повторять наш путь совсем не обязательно.
Домой Мила возвращалась в раздумьях. За последние годы в её жизни случилось слишком много, и многое оставило глубокий след. Ей нужно было время, чтобы спокойно обдумать, как жить дальше. Возможно, отец прав: если не преодолеть свой страх, можно так и остаться одинокой, всё время оглядываясь назад.
Поиск «своего» человека — путь тернистый и сложный. Но в конце этого пути должно быть счастье.
— Может, просто нужно поверить в чудо? — подумала Мила. — Не даром же мы с Андреем встретились под Новый год.
Андрея выписали через несколько дней. Мила встретила его у дверей больницы. Вместе они довели до конца дело Максима: признание Анжелы, записанное Андреем, сыграло в этом немалую роль.
Мила приняла предложение Андрея попробовать построить отношения. Она решила, что пора перелистнуть тяжёлую, мучительную главу своей жизни. За ней был чистый лист, и только от неё самой зависело, какая история будет на нём написана.
Отбросив сомнения, Мила сделала шаг навстречу новому — и решила начать эту главу вместе с любимым человеком. А там… будь что будет.
Прошёл год.
Зима в этот раз выдалась почти такой же снежной, как тогда, когда Мила впервые приняла незнакомого Деда Мороза за угонщика своей машины. Она улыбнулась этому воспоминанию, стоя у окна и наблюдая, как редкие прохожие спешат по сугробам к своим делам.
На подоконнике важно восседал Рыжик, уже не котёнок, а солидный рыжий кот, который всё так же громко возмущался, когда его пытались сдвинуть с насиженного места. В кухне посапывал новый электрочайник — подарок Андрея, который почему‑то считал, что правильный чайник способен решить половину бытовых проблем.
Из спальни донёсся знакомый голос:
— Снегурочка, ты опять залипаешь в окно. Мы опоздаем.
Мила обернулась. Андрей, поправляя воротник рубашки, стоял в дверях и притворно хмурился. За этот год он почти не изменился — разве что стал немного серьёзнее, когда дело касалось её.
— Не опоздаем, — спокойно ответила она. — У нас, между прочим, официальное приглашение. Нас там ждать будут.
Они действительно ждали. Сегодня в одном из городских ресторанов праздновали свадьбу той самой подруги Милы, о чьей церемонии она когда‑то говорила с Максимом — тогда, когда ещё верила, что пойдут туда вместе. С тех пор произошло слишком много, но приглашение на новый праздник стало для Милы важным знаком: жизнь не остановилась.
— Ты готова? — Андрей подошёл ближе, поправил на ней серьги и легко коснулся губами её виска.
— Теперь да, — улыбнулась Мила. — Поехали, пока Рыжик не передумал отпускать нас из дома.
Кот в ответ выразительно зевнул и свернулся клубком, давая понять, что без присмотра он вполне справится.
В машине они ехали молча, думая каждый о своём. Но эта тишина давно перестала быть тяжёлой. Мила ощущала спокойную уверенность: если заговорит — её услышат.
— О чём думаешь? — всё‑таки спросил Андрей, когда они остановились на светофоре.
— О том, что год назад я бы в эту машину не села, — честно призналась она. — Ни с кем. Даже с тобой.
— А сейчас?
— А сейчас я знаю, что могу себе позволить ошибиться, — сказала Мила и вдруг сама удивилась собственной формулировке. — И что если вдруг ошибусь, у меня хватит сил встать.
— Я постараюсь сделать всё, чтобы тебе не пришлось снова вставать одной, — тихо ответил он.
Она повернулась к нему, посмотрела чуть дольше обычного и кивнула. Без громких обещаний, без пафоса — просто кивнула, принимая его слова как факт.
Позже, уже вечером, когда они вернулись домой, Мила вышла на балкон с чашкой чая. Внизу мерцали огни, на парковке переливались фарами машины. Среди них стояли две одинаковые — её и Андрея. Когда‑то это совпадение стало началом большой истории, полной боли, страха, злости, но и удивительной нежности.
Теперь эта история не казалась ей чужой или страшной. Она просто была частью пути.
Мила достала из кармана телефона визитку — ту самую, которую два года назад протянул ей рыжеволосый Дед Мороз «на случай, если понадобится услуга Деда Мороза или попутчик до ветеринара». Визитка за эти годы немного потерялась в бумагах, но она так и не решилась её выбросить. Сейчас Мила улыбнулась, посмотрела на знакомую фамилию и аккуратно положила карточку в коробку с важными мелочами — рядом с детскими фотографиями, билетами из первого совместного кино и небольшим ключом от старой квартиры родителей.
— Ты чем там занимаешься? — спросил Андрей, выходя на балкон и укутывая её в плед.
— Архивы разбираю, — ответила она. — Выбрасывать уже ничего не хочется.
— Правильно, — кивнул он. — Пусть будет. Это же твоя история.
— Наша, — поправила Мила.
Она опустила голову ему на плечо, слушая, как ровно бьётся его сердце, и вдруг поймала себя на том, что не ждёт удара в спину. Не пытается угадать, врёт ли он. Не прислушивается к интонациям. Она просто стоит рядом с человеком, которого любит, и впервые за долгие годы не боится будущего.
Где‑то далеко за окнами гудел город, кто‑то всё ещё искал «своего» человека, кто‑то в очередной раз ошибался, а кто‑то закрывал за собой двери прошлого.
Мила знала только одно: путь к своему счастью редко бывает прямым и гладким. Но если однажды ты всё‑таки находишь того самого, главное — не испугаться сделать шаг навстречу.
Она тихо взяла Андрея за руку.
— Ну что, Дед Мороз, — улыбнулась Мила, глядя на снежные хлопья, — будем верить в чудеса дальше?
— С тобой — обязательно, — ответил он.
И на этот раз ей не нужно было ничего проверять — она верила.
рекомендую👇👇👇