Среди творческого наследия Юлиуша Коссака, одного из представителей известной плеяды польских художников с такой фамилией, есть вот такая, насколько понимаю – акварельная, работа 1866 г., хранящаяся, вроде бы, в одном из музеев Лодзи
На первый взгляд, с сюжетом все достаточно понятно – отряд героических польских кракусов (в одном из материалов канала мы уже касались этого вида польской кавалерии) картинно атакует русскую пехоту в ходе какого-то из боестолкновений зимы 1830-31 гг. Однако вся эта очевидность разбивается вдребезги после прочтения подписи, с которой это произведение фигурирует везде в интернете: «Атака краковских повстанцев на русский отряд около села Прошовице, 1846 год». Или другой вариант: «Атака кракусов на русских в Прошовице, 1846».
Итак, если верить подписи, перед нами эпизод Краковского восстания 1846 г. – очередной попытки поляков добиться восстановления своего национального государства. Скажу честно, для меня явилось сюрпризом участие русских войск в каких-либо боевых действиях в рамках подавления этого польского выступления, мне помнилось, что, вроде бы, там самостоятельно справились австрийцы. Пришлось разбираться.
Польские источники частично противоречат друг другу, но в целом картина вырисовывается следующая. Краковский помещик Людвик Мазараки с началом восстания 1846 г. получил от повстанческого руководства чин полковника и стал формировать полк кракусов. 20 февраля этого же года он во главе собранных им сорока кавалеристов внезапно напал на небольшой городок Прошовице, входивший в состав Радомской губернии Российской империи. Здесь размещалась штаб-квартира казачьего полка, высылавшего разъезды для окарауливания границы между российскими владениями и территорией Вольного города Кракова. Согласно польским источникам, он захватил город, а затем, прежде чем уйти на территорию Кракова, разгромил еще несколько русских пограничных и таможенных постов, На самом деле в рассматриваемый период пограничные и таможенные посты – это примерно одно и то же, поскольку пограничная стража подчинялась таможенному ведомству. По другим данным, упомянутую атаку на Прошовице возглавлял не сам Мазараки, а офицер формируемого им полка кракусов – майор Зигмунт Йордан, успевший, кстати, ранее послужить в русской армии.
Портретов Людвика Мазараки, видимо, не сохранилось. А вот изображение Зигмунта Йордана есть.
Чтобы закончить с фактической стороной дела, скажу, что русские войска действительно приняли участие в подавлении Краковского восстания 1846 г. Правда, при этом обошлось без, по крайней мере, крупных боестолкновений. К марту при помощи также австрийских войск все было кончено, Краков утратил статус вольного города и вошел в состав Австрийской империи.
Таким образом, мы можем констатировать – да, в 1846 г. в Прошовице действительно имел место бой между польскими кракусами и российскими войсками. Однако эта констатация не снимает множества вопросов к произведению Юлиуша Коссака. Во-первых, почему на его акварели кракусы атакуют русскую пехоту, судя по черным ремням амуниции – егерей, если в рассказах о событиях фигурируют казаки? Во-вторых, почему русская пехота в 1846 г. одета в кивера, если еще с 1844 г. в русской армии для большинства родов войск вводилась знаменитая каска «образца 1844 г.», родственная прусскому пикельхаубе? В-третьих, каким образом Мазараки (или Йордану, в данном случае это неважно) уже в самом начале кратковременного восстания удалось столь роскошно и единообразно обмундировать свой повстанческий отряд, при этом в униформу, до степени смешения напоминающую мундиры 1-го полка кракусов периода восстания 1830 г.? Наконец, отметим, что о степени схожести атакующего во главе кракусов офицера с Мазараки за неимением портрета последнего мы судить не можем, но на Йордана он явно не похож. Да и эполеты он носит обер-офицерские, а не штаб-офицерские, которые должны были бы носить полковник Мазараки или майор Йордан. Отмечу, что, по крайней мере, часть перечисленных вопросов возникает и у интересующихся историей поляков, которые делают вывод, что Коссак многое напутал на своем изображении (констатируя, что в принципе такое за ним и вообще водится). Также сами поляки отмечают удивительность того, что кому-то удалось застать врасплох казаков, тем более удивительно, что в случае с Прошовице это якобы сделали «дилентанты».
У меня же на основе всего этого вырисовывался другой вывод – о том, что, видимо, все проще, и что Коссак изобразил какие-то события периода предыдущего польского восстания 1830-31 гг. и его подавления русскими войсками. Подпись же о событиях в Прошовице 1846 г. могла появиться позже создания Коссаком своего произведения и быть дана искусствоведами или музейными работниками ошибочно.
Возникло даже подозрение, что во главе кракусов Коссаком изображен человек, запечатленный позже им же на отдельном портрете - Францишек Людвик Водзицкий, участвовавший в боевых действиях 1830-31 гг., будучи офицером 1-го полка кракусов. Посмотрите, если Водзицкого с портрета работы Коссака «побрить», получившееся будет весьма похоже
Однако… Однако все же нет. Присмотримся к надписям на киверных чехлах и погонах русских пехотинцев.
Там стоят буквы «П.С.». Опять вынужден признаться, что я далеко не сразу разгадал значение этой аббревиатуры. А потом до меня, что называется, дошло! «Пограничная стража»! Коссак все-таки изображал именно атаку кракусов Мазараки или Йордана на русский пограничный пост (точнее – штаб-квартиру пограничной части) в Прошовице в 1846 г. Именно этим объясняется отсутствие на головах русских пехотинцев касок образца 1844 г. Пограничная стража действительно носила не такие каски, а кивера. Правда, в 1845 г. прежние кивера «общепехотной модели», видимые на акварели Коссака, были сменены у пограничной стражи новыми – «морского образца», но, учитывая, что перед нами события самого начала 1846 г., вполне допустимо, что новые головные уборы еще не дошли до подразделений на границе с Вольным городом Краковом. Безусловно, Коссак напутал с приборным цветом, который у российской пограничной стражи был не красным, а зеленым.
То, что вместо казаков Коссак изобразил именно пограничную стражу, остается странным. Видимо, это объясняется отмеченными выше противоречиями между польскими источниками о рассматриваемых событиях. Ну, а то, что только-только собранные Мазараки или Йорданом и организованные в подразделение кракусов повстанцы столь роскошно и единообразно обмундированы, можно объяснить потребностями национального мифа – храбрые польские герои не должны выглядеть подобно оборванцам, они должны представать рыцарями в блестящих доспехах красивой и единообразной униформе.
Итак, подтверждаем – на акварели Коссака «Атака краковских повстанцев на русский отряд около села Прошовице, 1846 год» действительно изображена атака краковских повстанцев на русский отряд около города Прошовице в 1846 г. Хотя и с неточностями и приукрашиванием.
Все использованные в материале изображения взяты из открытых источников и по первому требованию правообладателей могут быть удалены.
Напоминаю, что канал "Исторические мелочи" теперь есть и в Телеграм - https://t.me/IstMelochi Подписывайтесь, читайте либо там, либо тут. Или и там, и тут)))