Юля готовила праздничный обед на Пасху так, будто собственными руками собирала светлый день из запахов и вкусов. С раннего утра на кухне было тепло от духовки, и по всему дому пахло ванилью, свежим молоком и чем-то домашним, что всегда появляется в доме вместе с праздниками.
– Алло, Серёжа! – Юля набрала номер мужа, который ещё в пятницу уехал навестить мать в соседний город, и перевела звонок на громкую связь. – К обеду у меня всё будет готово. Вы приедете вместе с Маргаритой Александровной? Когда вас ждать, скажи, пожалуйста, чтобы я всё успела вовремя?
– Думаю, к половине второго, – ответил Сергей.
– О, хорошо! Ну, давай, Серёжа, маме привет, – Юля окинула довольным взглядом куличи, которые в этом году получились особенно удачными. Их золотистые шапки, ровные и красивые, маслянисто поблёскивали, ожидая, когда же хозяйка покроет их белоснежной, взбитой до острых пиков глазурью. Юля осторожно коснулась пальцем тёплой корочки самого крупного кулича, а потом наклонилась и вдохнула аромат свежевыпеченной сдобы.
– М-м-м… Совсем как у бабушки Веры…
Юля аккуратно украсила куличи и оставила их остывать, время от времени любуясь белоснежными шапками, усеянными цветными горошинками и прозрачными лепестками миндаля. Но медлить было нельзя: совсем скоро придут гости – её мама, Анна Васильевна, младшая сестра Ника с полуторагодовалым сыном Тимошей, свекровь Маргарита Александровна, а ещё Витя, Денис и Артём – друзья и коллеги Сергея со своими семьями.
Хорошо, что Серёжа сразу после свадьбы уговорил Юлю продать её двушку в хрущёвке и вложиться в этот дом, одноэтажный и всего с тремя спальнями, но зато с большим и просторным залом, где она теперь собиралась встречать гостей.
Юля нарезала овощи и зелень на салат, приоткрыла крышку и заглянула в кастрюлю, где тихо булькал золотистый бульон, в котором смешались привычные вкусы – лук, морковь, лавровый лист. В жаровне томился густой гуляш. А в духовке покрывалась хрустящей корочкой упитанная румяная курочка, обложенная цельным картофелем, для которого Юля уже приготовила сметанный соус и укропчик.
– Время, время… – Юля взглянула на часы и поспешила к столу. Ещё десять минут она расставляла тарелки, раскладывала приборы, проверяла салфетки – белые, с лёгким узором, чтобы они не спорили с яркостью блюд. Скатерть лежала аккуратными складками, свеча в стеклянном подсвечнике стояла на месте, хотя ещё не зажигалась. На деревянной пасхальной подставке блестели яйца с яркой росписью, рядом стояла пасхальная композиция – творожная пасочка, куличик и веточка вербы. Юля подумала, что именно так и надо: без показного и по-настоящему. Она любила заранее видеть порядок – так, чтобы за суетой не терялось главное.
Вот вроде бы всё и готово, на часах пятнадцать минут второго, а Юле всё равно хотелось ещё раз окинуть кухню внимательным взглядом, чтобы удостовериться, что всё в порядке: соус не слишком густой, гарнир не переварен, а хлеб к столу будет тёплым.
– Как хорошо в такой день собраться за праздничным столом с семьёй и друзьями, – думала Юля, снимая фартук и поправляя пышную причёску. – И как же все удивятся, когда она сообщит им по-настоящему сногсшибательную новость: в следующем году, когда они снова соберутся за пасхальным столом, с ними будет ещё один человечек, совсем маленький, но такой желанный и долгожданный и ею и Серёжей.
Семь лет они прожили вместе и никак не могли стать родителями, хотя безумно хотели этого. И вот чудо свершилось! Господи, как же Серёжа будет рад! Да он просто с ума сойдёт от счастья!!
Юля сначала боялась поверить в то, что это всё-таки произошло, потом решила сама окончательно удостовериться в своей беременности, чтобы не разочаровывать мужа. А когда поняла, что сомнений никаких нет, выбрала Светлый Праздник Пасхи, чтобы Серёжа навсегда запомнил эту дату и каждый раз встречал с улыбкой Святой день.
– Ой, пришли! – услышав щелчок дверного замка, Юля выбежала в коридор, сияя улыбкой. – Серёжа! Маргарита Александровна! Проходите! У меня как раз всё готово…
– Здравствуй, Юля, – каким-то странным тоном поздоровалась с ней свекровь, а Сергей молча повесил на вешалку мокрый зонт и только потом повернулся к жене.
– Ну и погодка, в самом деле… Привет!
– Привет! – она подставила ему для поцелуя щеку, розовую от кухонного жара, и снова поспешила к двери встречать новых гостей.
Следующие двадцать минут Юля бегала из кухни в зал, рассаживая всех за столом, проверяя, ничего ли не забыто, и успевала на ходу умиляться маленьким племянником Тимошей, который не слезал с рук Серёжи, обожавшего своего любимого дядю.
Наконец вся суета улеглась, и Юля заняла своё место за столом, ожидая удобного момента, чтобы сообщить всем свою новость. Но первым слово взял Сергей и, после того как поздравил всех с праздником, сказал:
– А теперь я хочу поднять бокал за мою любимую женщину и сына, которого она мне подарила. Я давно хотел признаться в этом и вот, наконец-то, время пришло!
– Серёжа, – зарделась от счастья Юля. – Так ты всё же догадался?! А я-то, глупая, думала, что ты ничего не знаешь. Только почему же именно за сына? Вдруг у нас будет дочка?
– Ты не поняла, Юля, я говорю не о тебе, а о твоей сестре Нике… – нахмурился Сергей и вдруг опустил бокал, так и не договорив то, что хотел сказать. – Подожди, а ты что, беременна?