В имени царя я не опечатку допустил, а намеренно заменил гласную. У дизайнеров есть выражения "цыганщина" и "армянщина" для обозначения чего-то дорогого, но нелепого, когда в оформлении нет ни малейшего вкуса, но напоказ выпячено богатство владельца. Как весь рот в золотых зубах и по пять колец на каждом пальце.
Пора вводить этот термин в кинематограф. Я не придираюсь к национальности братьев Сарика и Гевонда Андреасянов. Дело, конечно, не в ней, а в природной бесталанности. Но их кинокомпания выстреливает одной халтурой за другой. И даже с определенным коммерческим успехом. Поэтому будем говорить об армянщине в российском кино.
Могут ли братья браться за русскую классику? Безусловно. Вправе ли мы выносить свои суждения? Естественно. О "Сказке о царе Салтане" уже многие высказались. В чем-то я повторю предшественников, но мысль доведу до конца. Это очень грустная сказка, демонстрирующая полное отсутствие творчества. Должны быть детские фильмы яркими? Вот вам. Ратуем мы за традиционные ценности? Пожалте. Постарались всем угодить – и получили что-то максимально безликое.
Особенно удручает работа с текстом – хоть с пушкинским, хоть с собственным. За кадром звучат стихотворные строки. Почти все они из оригинала. Но в начале авторы решили добавить от себя: "По оврагам, косогорам, вдоль березового бора". Тут я чуть не поперхнулся. Бор состоит из сосен. Березовый бор?
Ладно, Пушкина из сценариста Алексея Гравицкого не вышло. Но дальше мы видим полное неумение выстроить внятную фразу. «Кабы я была царица, — говорит одна девица, — то на весь крещеный мир приготовила б я пир». А потом уточняет, что на всю столицу, нет, даже на все царство. Хотя в сохраненной пушкинской цитате уже обозначены пределы пира.
«Кабы я была царица, — говорит ее сестрица, — то на весь бы мир одна наткала я полотна». И дальше заводит речь о том, что это будет заморское платье. Видать, ткать будет за границей.
Только выйдя из бочки, вполне еще новорожденный Гевонд… простите, Гвидон, выросший не по дням, а по часам, заявляет, что чувствует себя заново родившимся. Неуместность формулировки бросается в глаза.
Иногда персонажи пытаются острить в таком духе:
- И не опять, а сызнова.
Хорошие диалоги в нашем современном кино – редкость. Но такого бедного языка не было давно. Либо я успешно избегал встречи с ним.
Но это все ожидаемо. Удивило другое. Я уже отвык от такой дурацкой компьютерной графики. Казалось, здесь-то мы много кого догнали. Но лебедь белая настолько искусственно смотрится на поверхности воды, будто это "картинка" начала прошлого десятилетия. Выходит, все-таки и Андреасян смог изумить.