Это была идея мужа. Красивая идея — Кате исполняется восемь, она давно просит собаку, сделаем сюрприз. Я была не против. Мы уже жили с Машей и Дашей больше года, я понимала что такое собака в доме. Казалось — справимся.
Мы взяли третьего корги. Мальчика, рыжего, два месяца. Назвали Рыжик — Катя выбирала.
Через месяц стало понятно что мы ошиблись. Не в породе, не в собаке. В решении.
Как это выглядело в первые дни
Катя была счастлива. Абсолютно, безоговорочно — она носила его на руках, спала рядом, фотографировала каждые пять минут. Рыжик был маленький, тёплый и совершенно не понимал что от него хотят.
Маша и Даша встретили его по-разному. Маша обнюхала, отошла и залаяла — не агрессивно, но с вопросом: это кто и зачем. Даша обнюхала, посмотрела на меня долгим взглядом и ушла в спальню. Примерно с таким видом с которым уходят когда не хотят участвовать в происходящем.
Первые три дня Рыжик кричал по ночам. Не скулил — кричал. Маша реагировала на каждый звук, Даша перебралась спать к мужу и не выходила. Соня ходила с наушниками. Муж спал на диване. Я не спала почти совсем.
На четвёртый день Катя спросила: «Мама, а он всегда так будет?» Я сказала что нет, пройдёт. Она кивнула и пошла в школу. Рыжик кричал ей вслед.
Где начался разлом
Примерно через две недели Катина влюблённость начала сталкиваться с реальностью. Рыжик требовал выгула — три-четыре раза в день, на улице, в любую погоду. Катя выходила с ним охотно когда погода хорошая. В дождь говорила: «Мам, ну ты же всё равно идёшь с Машей и Дашей — возьми и его». Я брала.
Рыжик грыз всё. Не как Маша когда-то — точечно и со смыслом. А просто всё подряд — провода, углы, Катины тетради, Сонины кроссовки. Один раз добрался до зарядника от телефона. Катя расстроилась — но убирать вещи выше уровня щенка не успевала. Убирала я.
Кормление, миски, обработки, прививки — всё это тоже оказалось на мне. Не потому что Катя отказывалась — просто у неё школа, уроки, тренировка по средам, выходные у бабушки. Жизнь восьмилетнего ребёнка не очень совместима с режимом щенка.
Я поняла что мы взяли третью собаку для Кати, а получили третью собаку для меня.
Перелом
Он случился на двадцать восьмой день. Я сидела на кухне в половину седьмого утра — Маша, Даша и Рыжик уже погуляны, накормлены, умиротворены. Я пила кофе и смотрела на них троих.
Рыжик подошёл ко мне, положил голову на ногу и закрыл глаза. Маша легла рядом. Даша — с другой стороны.
И я поняла: я не ошиблась в нём. Он хороший щенок. Я ошиблась в том что думала что третья собака — это как вторая, только ещё одна. Это не так. Это другая нагрузка, другой уровень внимания, другая организация всего. И взять его «для Кати» — означало взять его для себя, просто этого не признав вслух.
Я позвала мужа. Мы поговорили честно — первый раз за этот месяц по-настоящему честно. Не «справляемся» и «всё нормально», а что на самом деле.
Что мы решили
Мы не отдали Рыжика. Я хочу это сказать прямо — потому что это был бы самый простой выход, и мы его рассматривали. Но посмотрели на него и не смогли.
Мы перераспределили. Рыжик официально стал общей собакой, не Катиной. Я перестала делать вид что это её ответственность — это честнее. Катя получила конкретные, реальные задачи: вечернее кормление и одна прогулка в выходной. Всё остальное — мы с мужем.
Маша с Рыжиком подружились к концу второго месяца. Даша держит дистанцию до сих пор — наблюдает, иногда позволяет ему лечь рядом, чаще уходит. Это её право.
Катя любит его. По-настоящему, без розовых очков — уже знает что с собакой не только красиво, но и хлопотно. Это, пожалуй, лучшее что из всего этого вышло.
Рыжик вырос. Больше не кричит по ночам.
Брали питомца «для ребёнка»? Как распределились обязанности на самом деле? 😊