— Почему я должна освобождать свою спальню? Это моя квартира! — я в упор смотрела на свекровь.
В коридоре стояли четыре огромных чемодана. Рядом с ними по-хозяйски расположилась золовка Светлана. Я только вернулась с двойной смены. Ноги гудели от усталости. Хотелось просто принять душ и лечь спать. Но вместо отдыха меня ждал наглый захват территории.
— Твоя она только наполовину, Оля, — ухмыльнулась свекровь, поправляя платок. — Мой сын Максим при разводе оставил свою долю мне. А я вчера переписала ее на Светочку. Так что теперь она тут полноправная хозяйка. А ты давай, двигайся. Света займет большую комнату.
Я перевела взгляд на золовку. Светлана уже снимала куртку и бросала ее на мой чистый пуфик. Она всегда любила жить за чужой счет. Сначала сидела на шее у первого мужа, потом у второго. Теперь, видимо, решила перебраться на мою территорию.
— Я никуда двигаться не буду, — твердо сказала я. — У нас двухкомнатная квартира. Моя спальня остается моей. Хотите жить здесь — располагайтесь во второй комнате. Вместе.
— Еще чего! — возмутилась Светлана. — Я молодая женщина, мне нужно личное пространство. Мама ляжет в маленькой комнате, я в большой. А ты можешь на кухне раскладушку поставить. Ты же все равно целыми днями на работе.
От такой наглости у меня перехватило дыхание. Они все продумали. Решили выжить меня из собственного дома. Светлана тем временем уже открыла мой холодильник. Она достала оттуда дорогие сыры, которые я покупала себе на праздник.
— Оля, а у тебя хлеб свежий есть? — небрежно бросила она, нарезая мой сыр толстыми кусками. — Мама сказала, ты хорошо зарабатываешь. Значит, продукты будем покупать по очереди. Но сегодня твоя очередь, я с дороги устала.
Я подошла к столу и молча забрала у нее тарелку с сыром.
— Мои продукты лежат на верхней полке. Ваша полка — нижняя. Она сейчас пустая. Идите в магазин и покупайте себе еду сами.
Свекровь возмущенно всплеснула руками.
— Как тебе не стыдно! Родную золовку куском хлеба попрекаешь! Мы же одна семья!
— Мы перестали быть семьей в тот день, когда ваш сын подал на развод, — спокойно ответила я. — А теперь вы пытаетесь отобрать у меня половину квартиры.
— Значит так, — я сделала шаг вперед. — Либо вы занимаете одну комнату на двоих, либо прямо сейчас обе идете на лестничную клетку. Документы на долю я еще не видела.
Свекровь победно достала из сумки сложенный лист бумаги. Она сунула его мне прямо в лицо.
— Читай, грамотная. Договор дарения. Все официально. Света теперь владелица.
Я взяла бумагу. Пробежалась глазами по строчкам. И тут мой взгляд зацепился за один очень интересный пункт. Тот самый, о котором свекровь, видимо, забыла. А Светлана даже не удосужилась прочитать.
Максим действительно передал долю матери. Но это была не просто дарственная. Это был договор ренты с пожизненным содержанием. Свекровь переоформила этот договор на дочь. По закону, вместе с долей Светлана получила и все обязательства по уходу за матерью.
Я ничего не сказала. Молча вернула бумагу свекрови. Развернулась и ушла в свою спальню. Закрыла дверь изнутри. Пусть располагаются во второй комнате. У меня появился план.
Утром я сделала пару звонков. Нашла отличное агентство по подбору домашнего персонала. Мне нужна была сиделка. Строгая, требовательная, с проживанием.
Вечером я вернулась домой не одна. Со мной пришла крепкая женщина средних лет по имени Раиса. У нее был непререкаемый тон и огромный опыт работы со сложными подопечными.
Светлана сидела на кухне и ела мои яблоки. Увидев незнакомую женщину с сумкой, она поперхнулась.
— Это еще кто такая? — возмутилась золовка. — Я чужих людей в доме не потерплю!
— А это, Света, помощь для тебя, — я мило улыбнулась. — Я внимательно изучила ваш договор. Ты теперь обязана обеспечивать маме круглосуточный уход, питание и медицинское обслуживание. Мама у нас человек пожилой, ей нужен режим.
Свекровь выглянула из комнаты. Она явно не понимала, что происходит.
— Раиса будет жить с вами в комнате, — продолжила я, глядя прямо в глаза золовке. — Она проследит, чтобы ты вовремя давала маме лекарства, готовила ей диетическую еду и выводила на прогулки. Оплачивать услуги Раисы будешь ты, как полноправная владелица доли с обременением.
— Что?! — Светлана подскочила со стула. — Какая сиделка? Какие лекарства? Я сюда жить приехала, а не за матерью ухаживать!
— Света, как ты с матерью разговариваешь? — возмутилась свекровь.
— А вот так! — сорвалась золовка. — Ты мне говорила, что я просто буду жить в свое удовольствие! А тут условия какие-то!
— Все по закону, — я положила на стол копию договора. — Пункт пятый. Пожизненное содержание. Если ты не будешь выполнять условия, договор аннулируется. Раиса будет вести журнал ухода. Если что не так — встретимся в суде. Раиса, проходите в комнату. Ваша кровать у окна.
Жизнь в квартире резко изменилась. Раиса оказалась женщиной железной дисциплины. Она сразу взяла быт в свои руки. Составила жесткое расписание.
— Так, Светлана, — громко командовала сиделка ранним утром. — Время измерять давление. Потом водные процедуры. Вы должны помочь матери дойти до ванной. Затем готовка паровых котлет.
— Какие котлеты в восемь утра?! — стонала золовка из-под одеяла. — Я спать хочу!
— Вы подписали договор ренты, — чеканила Раиса. — Вы обязаны обеспечивать должный уход. Иначе я фиксирую нарушение в специальном журнале. Три нарушения — и договор расторгается через суд. Вставайте.
Светлана плелась на кухню, проклиная все на свете. Она не умела готовить диетическую еду. У нее все подгорало или оставалось сырым. Раиса стояла над ней коршуном и заставляла переделывать.
Свекровь тоже была не в восторге. Она привыкла командовать, а теперь сама оказалась в подчинении.
— Я хочу посмотреть свой сериал! — капризничала она вечером.
— Телевизор вреден для вашей нервной системы перед сном, — отрезала Раиса. — Сейчас мы читаем классическую литературу и ложимся спать. Светлана, берите книгу и читайте матери вслух. Это полезно для семейных отношений.
Светлана продержалась ровно неделю. Ей пришлось спать на узком диване рядом с матерью и строгой сиделкой. Она не могла никого привести в гости. Не могла спать до обеда. Она выглядела осунувшейся и злой. Ее маникюр облез от постоянного мытья полов. Под глазами залегли темные круги. Она больше не напоминала ту наглую хозяйку, которая приехала захватывать мою спальню.
В пятницу вечером я услышала грохот в коридоре. Светлана яростно запихивала вещи обратно в свои огромные чемоданы.
— Я умываю руки! — кричала она. — Мама, ты меня подставила! Ты говорила, что мы выживем Ольгу за неделю! А в итоге я тут батрачу, как прислуга!
— Светочка, доченька, не бросай меня! — причитала свекровь. — Как же я тут одна с этой надзирательницей останусь?
— А вот так! Сама кашу заварила, сама и расхлебывай! У меня своя жизнь есть! Да забирайте вы эту долю! Я лучше на съемную квартиру вернусь, чем в этом дурдоме жить!
Светлана выкатила чемоданы на лестничную клетку и вызвала лифт. Она громко хлопнула входной дверью. Свекровь осталась сидеть на стуле, растерянно моргая. Ее гениальный план по захвату моей территории с треском провалился. Дочь сбежала, оставив ее наедине со строгой сиделкой.
Я прошла на кухню. Налила себе стакан прохладного яблочного сока. Села у окна и посмотрела на вечерний город. В квартире было спокойно.
Больше никто не пытался выгнать меня из моей спальни. Никто не брал мои вещи без спроса. Я знала, что впереди еще будет бумажная волокита с отменой договора. Но это меня совершенно не пугало.
Я отстояла свои границы. Я не стала ругаться или просить о помощи. Я просто использовала их же оружие против них. И теперь в моем доме действовали только мои правила.