– Посылаю лучи любви! С вами Лучик-сказочник из Волшебного леса!
Коко устроила в пещере настоящий бедлам и уселась посреди грязи, гордо задрав голову. Правда, хлюпавшие под лапами лужи и стремительно подсыхающие на ее хохолке грязевые сосульки не придавали Коко величия.
Между тем, камень, заслоняющий вход, задрожал, его явно пытались отодвинуть. С той стороны камня слышалось пыхтение и сопение раздраженного волка. Наконец, через пять минут камень с грохотом отвалился. На пороге стоял Шрам.
Он зарычал и прошел в пещеру, пока еще не заметив, какой внутри царит бедлам.
– Я никого не поймал! – рявкнул Шрам. – Неудачная охота. Возможно, твои друзья распугали всю дичь. Ладно, а я ведь хотел, чтоб ты приготовила мне царский ужин, малыха…
И тут Шрам, наконец, огляделся.
Бардак в пещере стоял неописуемый. Волк изумленно отвесил челюсть и сперва начал рычать, как постепенно заводящийся трактор. Но потом он вдруг дернул головой, хмыкнул, и рычание прекратилось.
– А, я понял, малыха, – сказал волк. – Ты хотела тут убраться. Но ты не умеешь. Стала пробовать, и все сломала, да? Нужно тебя просто научить! Давай-ка… собирай весь этот мусор, который ты раскидала. Грязную землю нужно утоптать, потеки на потолке подмазать глиной, коренья деревьев пообрезать. Давай, я буду говорить, как правильно, а ты делай.
Коко впервые в жизни столкнулась с существом, которое слепо верит в свою точку зрения. До этого таким существом всегда была сама Коко.
Она сперва яростно взвизгнула от бессилия, я потом заорала:
– Да нет же! Я специально тут все сломала! Специально! В качестве протеста! Потому что никто не смеет запирать меня, принцессу Коко! И я не буду делать твою долбанную уборку! Отпусти меня немедленно!
– Это все нервы, малыха, – убежденно фыркнул Шрам. – А труд лечит нервы. Давай, давай. Пойди, наломай хвороста. Скрепи хворост вместе и перетяни в нескольких местах жгутом, выйдет веник. Веником можно тут все подметать. А потом пойдешь месить глину. Чтоб замазать потолок, там, где у тебя течет вода, – и Шрам безмятежно улегся посреди пещеры, поднял прямо с пола обломок кости и принялся ковыряться им в зубах.
Коко возмущенно взвизгнула и метнулась на улицу. Разумеется, она и не думала делать веник. Она собиралась мчаться со всех ног и свалить от этого Шрама куда подальше, пока он расслабился и прилег отдохнуть.
Коко вылетела из пещеры, едва не поскользнувшись на мокрых камнях, и, не разбирая дороги, помчалась через поляну на болоте. Вязкая почва чавкала под лапами, брызги летели во все стороны, а кочки то и дело норовили подставить подножку. Но Коко, задыхаясь от злости и решимости, только ускорялась.
– Свобода! – пискнула она сама себе. – Я свободна!
Сзади раздался ленивый, почти скучающий голос:
– Ну-ну.
Коко даже не успела толком испугаться. В следующую секунду мимо нее, почти не задевая грязь, скользнула серая тень. Шрам двигался легко, как будто болото было для него твердой дорогой. Он был огромным, и каждый его прыжок равнялся десяти шагам крохотной Коко.
Через мгновение лапа волка мягко, но уверенно легла Коко поперек спины.
– Куда это мы? – спокойно поинтересовался Шрам.
– Отпусти!!! – заверещала Коко, извиваясь и пытаясь выскользнуть. – Я тебе не пленница!
– Конечно, не пленница, – невозмутимо согласился Шрам. – Ты моя спутница жизни, хранительница моего очага, услада моих очей.
Он подхватил ее за шкирку и так же спокойно понес обратно, как будто подобные сцены происходили по десять раз на дню.
Коко болтала лапами в воздухе, брызгала грязью и пыталась дотянуться до его носа.
– Я тебя укушу! Я тебе уши отгрызу! Я принцесса! – возмущенно вопила она.
– Ага, – отозвался Шрам. – Значит, веник будешь делать с королевским достоинством.
Волк аккуратно занес ее обратно в пещеру и поставил на землю.
Коко замерла на секунду… а потом снова рванула к выходу.
На этот раз она решила действовать хитрее. Она метнулась в сторону, прыгнула на кочку, с нее на поваленный ствол, затем юркнула в заросли камыша.
– Вот теперь посмотрим! – прошипела Коко.
Но не прошло и пяти секунд, как камыши сзади тихо раздвинулись.
– Интересный маршрут, – заметил Шрам прямо у нее за спиной.
Коко взвизгнула и попыталась ускориться, но все повторилось: мягкое движение, точный рывок, и вот она уже висит в воздухе в зубах у Шрама.
– Не смей следить за мной! – возмущенно закричала она.
– Поверь, малыха, я лучший охотник здешних мест, – самодовольно сказал Шрам. – От меня никому не скрыться!
Шрам снова принес ее обратно.
…
– Посылаю лучи любви! С вами Лучик-сказочник из Волшебного леса!
Итак, Котощей обнаружил, что совершенно не умеет управлять Летучим кораблем.
«Как же заставить тебя лететь вверх и вниз?!» – думал он.
– Где там этот индюк-мастер? – рявкнул Котощей, слезая с трапа, пока корабль болтался на якоре у кромки леса.
– Да его и след простыл, – зевнула Королева, а потом недовольно засверкала глазами: – Не желаешь объяснить, что это ты тут устроил?!
– Мне нужен руль, который будет задирать нос корабля вверх и вниз, – тихонько процедил сконфуженный своей неудачей Котощей. – Этот корабельный штурвал, он не позволяет регулировать высоту, он только разворачивает корабль влево и вправо. А мне нужен руль для полетов!
– Но на корабле не бывает руля для полетов! – закатила глаза Королева. – Никакой корабельный мастер не сделает тебе руль для полетов! Потому что корабли обычно не летают!
Котощей расстроенно сел прямо посреди поляны. Он так недовольно скукожился, что на его лысой морде образовалось еще больше морщин, складки перетекли на шею, которую Котощей втянул в плечи, и расслоились по всему телу. Котощей стал очень похож на перележавшую ощипанную курицу.
– Ты, я смотрю, в тупике? – фыркнула Королева. – Я думаю, нам нужен такой изобретатель, который создает необычные вещи. Который придумывает такое, что никем придумано не было. Вот он сделает тебе руль для полетов!
– И где я тебе возьму изобретателя? – рявкнул Котощей. – Наша проблема в том, что мы тут застряли, и не можем передвигаться по всему миру в поиске чертовых изобретателей! – с каждым словом раздраженный Котощей повышал голос все больше.
– Ну, может, спросить у старосты, ежа Свити? Вдруг в Слащавино такой найдется? – безмятежно пожала плечами Королева.
Котощей фыркнул, но, немного подумав, все же поднялся на лапы и отряхнул пыль с боков.
Они довольно быстро нашли старосту. Тот сидел на крылечке домика, аккуратно полируя иголки и напевая себе под нос.
– Свити! – окликнула его Королева. – Нам нужен изобретатель. Не просто мастер, а изобретатель, способный создать нечто принципиально новое. Есть в Слащавино такой?
Еж поднял на них глаза и прищурился.
– А-а-а, опять вы со своими проблемами, – протянул он. – Вам, значит, не простой мастер нужен… Вам нужен Флип-Флоп.
– Это еще что за имя? – насторожился Котощей.
– Его так зовут потому, что у него фляга свистит, – неодобрительно сказал Свити. – Живет на краю Слащавино, в домике, который все время меняет форму. Сегодня – башня, завтра – блин. Он, конечно, слегка того… – еж покрутил лапой у виска. – Но если кто и сможет придумать руль для летающего корабля, так это он.
– Веди, – коротко сказал Котощей.
Дом Флип-Флопа они нашли не сразу. Сначала он оказался похож на перевернутую чашку, потом вдруг расплылся в стороны, как растаявший зефир, а когда они подошли ближе, вытянулся в высокую перекошенную башню.
Дверь сама распахнулась с протяжным «чпок».
– Входите, если не боитесь странностей! – раздался голос изнутри.
Котощей скривился, но шагнул первым.
Внутри все гудело, щелкало, пузырилось и вращалось. По потолку ползали механические пауки, в углу прыгал пружинный самовар, а посреди комнаты стоял сам Флип-Флоп – он оказался совершенно странным существом, которого Котощей, любитель окаменять и коллекционировать заморских существ, сразу же признал.
– Ты утконос! – воскликнул Котощей. – Дивное и редкое австралийское создание! Но как ты можешь быть изобретателем, если у тебя короткие перепончатые лапки, и хвост, как у бобра?
– Ну ты же можешь быть хамом, хоть ты совсем лысый, – парировал Флип-Флоп. А затем он поднял свои лапки-ласты, и стало видно, что он носит механические перчатки, от которых отходят металлические кисти с ловкими пальцами на шарнирах.
Королева рассматривала утконоса Флип-Флопа с крайним подозрением.
– Никогда не видела такого чудилы, как ты, – с опаской сказала Королева. – Твоя мамаша-утка вышла замуж за бобра?
– Такие, как я, живут в других, далеких краях, – закатил глаза изобретатель. – И хватит меня оскорблять, вы ведь пришли не просто так. Наверняка, вы пришли с какой-то проблемой? У вас что-то сломалось? Потерялось? Не существует?
– Последнее, – буркнул Котощей. – Мне нужен руль для летающего корабля. Такой, чтобы поднимать его вверх и опускать вниз.
Флип-Флоп прищурился, потом фыркнул и пожал плечами.
– Да ничего, в общем, сложного в этом нет. Нужно вставить внутрь носовой части корабля длинный вертикальный штырь и подвести к нему руль так, чтоб при наклоне руля штырь наклонял нос вверх или вниз. По тому же принципу, по какому штурвал разворачивает корабль влево и вправо. Короче, плевое дело, я набросаю вам чертеж. Эх-х, я-то надеялся, что вы пришли с чем-то действительно интересным.
Утконос схватил кусок бумаги и начал быстро чертить, при этом подпрыгивая на месте.
– А Летучий корабль не кажется тебе интересным? – оскорбился Котощей.
– Слышал я про ваш корабль, – небрежно отмахнулся Флип-Флоп. – Он работает на магии, магия меня не интересует. Вот если бы он летал за счет инженерных достижений, тогда он был бы чудом. Но, я полагаю, летательная машина, созданная учеными, должна иметь крылья. Или, хотя бы, воздушный резервуар вместо паруса.
Королева слушала Флип-Флопа, и в ее глазах разгорался явный интерес к этому существу, она смотрела на него, как на некую очередную ценность, которую была бы не против заполучить.
…
– Посылаю лучи любви! С вами Лучик-сказочник из Волшебного леса!
Когда компания Черношубки, наконец, преодолела окаменевший древень-плетень, и друзья спускались вниз, Клюква сорвалась с каменного плетня и грохнулась в кусты.
А потом в кустах вдруг что-то зашевелилось.
И из кустов высыпались меховые комочки, странные пушистые круглые существа, напоминающие помпоны на тонких лапках.
– Ой, какая прелесть! – умилилась Черношубка.
– А я-то уж испугалась, что в этих кустах засело что-то страшное! – с облегчением выдохнула Клюква.
Щенок Ветрокрыл радостно тявкнул, подбежал, принялся обнюхивать милых существ и наклонился, ткнув пушистый шарик носом.
– Будьте очень осторожны. Тут, в дремучем лесу Котощея, чем ближе к хранилищу его смерти, тем опаснее каждое встреченное живое существо, – начала читать нотации ЯГав.
– Да что вы, бабушка, они же такие ми-и-илые! – просюсюкала Сфинкс, но тут вдруг пушистый клубочек распался на две половинки, являя миру огромную зубастую пасть, и вцепился в нос Ветрокрыла.
– ААААААА! – заорал щенок, в ужасе мотая головой.
– АААААААА! – не ожидая от пушистой милоты такой подставы, заорали все остальные.
– Уберите его! – крикнул Ветрокрыл, ЯГав щелкнула окаменяющим посохом, и пушистик на носу Ветрокрыла повис каменным шариком.
– Блин! – прогундосил щенок. – Теперь у меня на носу висит камень!
Но разобраться с ситуацией они не успели, потому что из кустов на них хлынули волны зубастых пушистиков.
– Бежим! – заорала Клюква, и все друзья, кто на своих четырех, кто прыгая, кто летая, ринулись прочь.
Друзья мчались, не разбирая дороги.
Пушистики катились за ними живым ковром – подпрыгивали, семенили тонкими ножками, с визгом щелкали зубастыми пастями, пытаясь вцепиться во все, что движется.
– Они быстрые! – заорал Юлик, перепрыгивая через корень.
– Они кусаются! – вторила Клюква, едва увернувшись от очередного прыгающего комка.
Ветрокрыл несся впереди, все еще с окаменевшим шариком на носу.
– Я ничего не вижу! – паниковал он. – У меня камень перед носом болтается!
Сфинкс подхватила его за загривок и потащила вперед:
– Просто беги прямо!
– Я и так бегу прямо! Наверное!
Сзади нарастал шелест, топотали десятки, сотни маленьких лапок, раздавался скрежет зубов, глухие шлепки прыжков.
– Туда! – крикнул Робин Рыж, указывая вперед.
Лес внезапно расступился, и перед ними открылось пространство – широкая поляна, почти лишенная кустов.
– Выбегаем! – скомандовала Черношубка.
Они вылетели на открытое место…
…и тут же резко остановились.
Прямо посреди поляны стояло высокое, как башня, существо, отдаленно похожее на костлявого жирафа, с длинными тонкими лапами и массивным телом, покрытым зеленой кудрявой шерстью, напоминающей крону дерева. Его голова медленно повернулась в их сторону, и из глубины проваленных глазниц блеснул тусклый свет.
– Я передумала! – пискнула Клюква. – Давайте назад к пушистикам!
Существо сделало шаг, и земля глухо содрогнулась.
Позади уже накатывала волна пушистиков.
– Мы между ними! – выкрикнул Ветрокрыл.
Огромное существо медленно наклонило голову, словно выбирая, с кого начать.
– Оно нас сейчас… – начал Робин Рыж.
И в этот момент пушистики высыпали на поляну. Меховая волна с визгом накрыла пространство и вместо того, чтобы остановиться перед чудовищем, принялась взбираться по длинным лапам на него. Причем пушистики, кажется, умели ходить на своих тонких ножках по вертикальным поверхностям.
– Э-э-э? – озадаченно протянула Черношубка.
Пушистики с писком взобрались наверх, туда, где на существе росла зеленая вьющаяся шерсть. Они работали, как живая газонокосилка. Облепили гиганта со всех сторон, и пасти их щелкали без остановки. Сверху на друзей посыпались клочья зеленой шерсти.
– Они его… бреют?! – ошарашенно выдала Клюква.
– Ну, может, они так зубы точат, – пожала плечами ЯГав.
И правда – там, где проходила волна пушистиков, оставалась гладкая, голая поверхность, будто гиганта стремительно «обгрызали» до кожи.
– Бежим! – рявкнула Черношубка.
И все дружно ринулись наобум в ту сторону леса, в которой на них пока еще никто не нападал.