Некоторые города соблюдают архитектурный дресс-код. Москва же разнообразна – здесь сосуществуют разные стили, формы и материалы домов. Приглашаем посмотреть на некоторые интересные экземпляры. Вперед!
Белокаменная ли?
Кто назвал Москву «белокаменной» — неизвестно. Но считается, что обычай называть ее именно так закрепился в XIV веке — в эпоху Дмитрия Донского, когда Кремль перестроили из известняка. Материал использовали больше для укрепительных сооружений, реже — для жилых домов. Хоть камень и добывали на Москве-реке, обходился он недешево. Практичные москвичи нашли свой способ соответствовать заявленному образу: строили из дерева — оно лучше сохраняло тепло, а сверху закрывали стены накладными фасадами, имитировавшими камень. Аутентичных «белокаменных» построек в городе осталось немного. Одни из самых красивых и древних в городе находятся внутри Кремля — это Успенский собор, построенный в 1475-1479 годах, а за его территорией — Спасский собор Спасо-Андроникова монастыря, который был возведен в 1420-х годах.
Кирпич и изумруды
После череды одинаковых ампирных особняков на рубеже XIX–XX веков в Москве появился новый, ни на что не похожий стиль — модерн. На фасадах создавали невиданные растительные орнаменты, плавные линии и новые материалы. Архитекторы модерна легко шли на эксперименты. И первый среди них — Лев Кекушев. В особняке Отто Листа, в Глазовском переулке д. 8, стр. 1, построенный по проекту Кекушева в 1898—1899 годах, он соединяет кирпич, мрамор и мозаики. Но одни из самых ярких примеров эпохи оставляет потомкам Федор Шехтель. Его Доходный дом И. М. Гальперина, который находится по адресу Пятницкая улица, д. 13, стр. 1., сегодня называют «изумрудом» за оригинальный цвет фасада, выполненный в темно-зеленой плитке «кабанчик». Так прозвали мелкую глазурованную керамическую плитку из-за двух отверстий на тыльной стороне, напоминающих пятачок. Материал был долговечным и экономичным по цене. Наниматели Шехтеля, хоть и были весьма обеспеченными людьми, но с купеческим практическим подходом к жизни. А вот заказчик следующего нашего героя не скупился, когда речь шла о красоте идеи.
Чужой среди своих
Архитектор Ле Корбюзье очень любил бетон, но для первого и, как оказалось, единственного проекта в Москве он выбрал другой материал. В столицу молодого советского государства француза никто не приглашал, он сам изъявил желание участвовать в конкурсе на проект дома Центросоюза, организации, которая координировала деятельность потребительских кооперативов в 1920-1930-е годы. И честно одержал свою победу, где он выразил идею власти через авангардную форму. Конструкция из трех гигантских параллелепипедов выглядит парадоксально парящей на тонких опорах. Камень для облицовки привозили издалека. Архитектор выбрал розово-фиолетовый туф, вулканическую породу, добываемую в Армении. Долгие годы здание Центросоюза оставалось единственной в Москве постройкой из этого материала. Интересно, каким бы стал привычный нам центр, если бы Корбюзье все же удалось воплотить свой смелый генплан.
Переосмысленный витраж
После Ле Корбюзье почти за столетие появилось немало современных материалов отделки фасадов — от облицовочных панелей до стеклофибробетона. Технологии помогают реализовать почти любой творческий замысел. Новый корпус Третьяковской галереи на Кадашевской набережной — пример одной из инноваций. Архитекторы бюро СПИЧ соединили традиционные для Москвы белый камень, красный кирпич и крупноформатное многослойное стекло. Это один из самых выразительных современных материалов – в нем и кроется основной эффект. На поверхность с помощью художественной печати нанесены изображения шедевров из собрания музея. Всего «окон-картин» — 34, а самые большие витражи достигают размера почти шесть на шесть метров.
Новый поворот
В XX веке технологии сделали невероятно популярным еще один материал для облицовки фасадов — металл. Сначала использовали литой чугун и прессованные металлы, которые имитировали каменную кладку. С началом эры ар-деко и небоскребов 1930-ых годов пришло время алюминия и стали. Сегодня эти материалы продолжают вдохновлять архитекторов. Как это и произошло с жилым кварталом премиум-класса «Дом 56», расположенным рядом с Бауманкой. Это три башни в стиле параметрической архитектуры с фасадами, которые словно вращаются вокруг своей оси. Для облицовки каждого корпуса был выбран свой цвет металла: медь, сталь и никель. Тонкие панели словно «кольчуга» накрывают объемы зданий. Такая своеобразная «пасхалка» прошлому района: Басманный по одной из версий получил название по жившим здесь мастерам-чеканщикам. А «басмой» называли тонкие листы металла. Сегодня вместо ручной чеканки — промышленные панели. Но суть одна: металл определяет форму.