- А это кто на фотографии? - голос парня вдруг сделался хриплым.
Мать глянула на снимок, улыбнулась рассеянно:
- Это наш папа, конечно. Кто же ещё?
Парень посмотрел на фото, затем на отца Лены и снова на фото. Медленно положил альбом на стол и отодвинул от себя, будто тот был ядовит. Побледнел так, что веснушки вспыхнули яркими пятнами на лице. Встал. Вышел из-за стола и, не глядя ни на невесту, ни на ее мать, ни на её отца пошёл к двери.
- Серёжа, ты куда? - окликнула Лена.
Он не ответил. Дверь хлопнула, и в прихожей со звонким грохотом упала на пол ложка для обуви.
***
В тот вечер ничто не предвещало беды.
Галина Петровна хлопотала у плиты с самого утра. Сначала селёдку разделывала для любимого салата Серёжи — аккуратно, чтобы ни одной косточки, — выложила слоями в хрустальную селёдочницу: филе, лук, картошка, морковь, свёкла. Потом взялась за тесто. Раскатала тонко-тонко, фарш смешала с луком и зирой, защипнула розочкой. Лена специально попросила её приготовить мамины коронные блюда, чтобы жених сразу понял всю ценность будущей тёщи.
В гостиной на столе уже красовался фарфоровый сервиз. Он достался по наследству от бабушки, и Галина Петровна вынимала его только по большим праздникам. А сегодня как раз он и был. Лена привела жениха.
Познакомились они всего три дня назад — Серёжу отправили в командировку на юг, и в первый же вечер он увидел Лену с книгой в руках на лавочке. Солнце золотилось в ее волосах, ветер ластился к подолу платья, как верный пёс.
В тот же день он позвонил матери: «Всё, мама, я пропал. Судьбу свою встретил». А за день до отъезда, уже собрав чемодан, решил — надо свататься, откладывать нельзя - уведут.
***
В доме невесты его ждали весь день и вот дождались.
Серёжа оказался высоким, выше даже чем отец Лены. Говорил негромко, всё заглядывался на шкаф с разноцветными корешками книг, которые собирались годами.
— Всегда о такой библиотеке мечтал, — сказал он, когда Галина Петровна поставила на стол тарелку с мантами. — Но мы с мамой в общаге жили, там особо не развернёшься.
— А мама у тебя кто?
— Мама у меня повар. Приехала на север, строителей кормить и деньги зарабатывать. Но обзавелась только мною. Ну и квартирой. Он улыбнулся неловко.
Лена сияла. Она поправила приборы, в которых переливался солнечный свет, падающий сквозь тюль, и поймала себя на мысли, что никогда не была так счастлива. Серёжа серьёзный, надёжный, не такой, как местные парни, которые только и знают, что увиваться за юбками. Как же ей повезло, что именно его отправили от конторы в командировку к ним в городок. Она всегда мечтала о любви с первого взгляда. Но не думала, что это и вправду случится с ней.
Александр Иванович, отец Лены, сидел тут же, в кресле, и с интересом разглядывал будущего зятя.
— Как жаль, что Сереже сегодня уже уезжать, — вздохнула Галина Петровна.
— Ну кто же знал, что всё так получится, — ответила Лена.
Мать закивала и всплеснула руками.
- А у нас альбом есть с детскими фотографиями Лены. Тебе, Сережа, интересно
Лена застонала жалобно:
— Мам, ну зачем? Не надо.
— Надо, надо. Серёжа должен знать, на ком женится, -поддержал Галину муж.
Она раскрыла альбом на первой странице. Толстые картонные листы, под плёнкой — чёрно-белые снимки: Лена в панамке, Лена в платье с большим бантом.
— Вот здесь ей три, — ворковала Галина Петровна. Она перевернула страницу. — А здесь пять, папа повёл ее в парк, на каруселях кататься.
На снимке девочка в белом платье и молодой мужчина в полосатой рубашке, сидят на карусели, хохочут. На заднем плане старые липы в цвету. Галина Петровна эту фотографию любила больше других. Тут её муж выглядел самым счастливым отцом на свете.
Серёжа взял альбом в руки.
— А это кто на фотографии? — голос парня вдруг сделался хриплым.
Мать глянула на снимок, улыбнулась рассеянно:
— Это наш папа, конечно. Кто же ещё?
Парень посмотрел на фото, затем на отца Лены и снова на фото. Медленно положил альбом на стол и отодвинул от себя, будто тот был ядовит. Побледнел так, что веснушки вспыхнули яркими пятнами на лице. Встал. Вышел из-за стола и, не глядя ни на невесту, ни на ее мать, ни на её отца пошёл к двери.
— Серёжа, ты куда? — окликнула Лена.
Он не ответил. Дверь хлопнула, и в прихожей со звонким грохотом упала на пол ложка для обуви.
Лена выбежала за ним на лестничную клетку. Серёжа стоял у окна, прижавшись лбом к холодной стене.
— Что случилось? — спросила она, схватив его за рукав. — Ты напугал маму. Скажи, что не так?
Он повернулся. Глаза у него были шальные.
— Мы не можем быть вместе, Лена.
— Что ты такое говоришь, Серёжа? Ты передумал? Ты меня больше не любишь?
— Твой папа на фотографиях в парке — я узнал его. Это и мой отец, — перебил он, голос его стал сиплым, жёстким. — Понимаешь? Мой родной отец. У меня дома есть всего одно фото отца. И я точно знаю, это он.
Лена отшатнулась.
— Ты бредишь. Не хочешь жениться — не надо, но не смей наговаривать на моего папу…
Серёжа зажмурился и заговорил быстро, будто выплёвывал слова:
— Я никогда не знал отца. Мать поссорилась с ним, и он уехал. И только потом она узнала, что беременна. Она про него почти ничего не знала. Говорила, он родом из этих краёв. Когда я узнал, что нужно ехать сюда, согласился не раздумывая. А приехал, тебя встретил. Думал, судьба… Лена, это он на фото. Я точно помню его лицо.
— Ты хочешь сказать… — она не договорила.
— Мы брат и сестра, — выдохнул Серёжа. — У твоего отца была другая семья. Если хочешь, спроси у него сама. Спроси, помнит ли он Машу.