Только отгремели кровопролитные бои Великой Отечественной войны, месяца не минуло с момента подписания акта о безоговорочной капитуляции нацистской Германии, еще не прошли по Красной площади праздничным маршем победоносные полки доблестной Красной Армии, и не прокатился триумфальный салют в небе над советской столицей, а в Москву уже пришло тревожное сообщение:
Из нескольких достоверных агентурных источников получены сведения, что в США на июль с. г. назначено проведение первого экспериментального взрыва атомной бомбы.
Шифровка, направленная в адрес высшего руководства СССР, легла на стол Сталину 4 июня 1945 года. Её автором был работавший в Нью-Йорке с 1943 года заместитель резидента по научно-технической разведке Леонид Романович Квасников.
Спустя всего несколько недель, 16 июля 1945-го, на полигоне Аламогордо в штате Нью-Мексико в рамках Манхэттенского проекта американцы провели первые в мире испытания атомной бомбы. И всем вмиг стало ясно, что мир теперь стал другим. В неукротимой мании уничтожения себе подобных человечество вышло на новый уровень, абсолютно недостижимый ранее.
Когда говорят о советской ядерной программе, часто вспоминают Лаврентия Павловича Берия под председательством которого был создан Специальный комитет при Совете министров СССР, отвечавший за разработку и создание первого советского ядерного оружия с целью достижения и дальнейшего поддержания ядерного паритета между СССР и США, а также академика Игоря Васильевича Курчатова, по праву считающегося отцом ядерной бомбы.
Между тем, Курчатов не скрывал, что «советская внешняя разведка оказала неоценимую помощь при создании ядерного оружия». И Леониду Квасникову отводилась в этом значительная роль.
Он появился на свет на станции Узловая Тульской губернии 2 июня 1905 года в семье рабочего-железнодорожника. Окончил школу-семилетку в Пензе, с 1922 года работал чернорабочим и чертёжником на строительстве железнодорожного моста Сызранско-Вяземской железной дороги. Позже обучался в профтехучилище Народного комиссариата путей сообщения, работал сначала помощником машиниста, а затем машинистом паровоза. И думал, что вся его жизнь будет связана только с железной дорогой.
Потому, наверное, годы спустя увидел необычный символизм в том, что ширина российской железнодорожной колеи, утвержденной еще российским императором Николаем I, составляет 1 524 мм. И равна диаметру - 5 футов - атомной бомбы "Толстяк", которую американцы сбросили 9 августа 1945 года на японский город Нагасаки.
В 1929 году ему, образцовому специалисту и передовику, удалось осуществить свою давнюю мечту и поступить на мехфак Московского института химического машиностроения, который окончил с отличием в 1934-м. Год спустя он был принят в аспирантуру, где занимался научными исследованиями в области разработки боеприпасов. Жадно перенимал опыт зарубежных коллег, следя за публикациями в английской, американской и немецкой технической литературе. Неслучайно вошёл в состав спецкомиссии Наркомата оборонпрома СССР по обследованию заводов, выпускавших снаряды, патроны, взрывчатку.
Страна стремительно перевооружалась, готовясь к надвигавшейся войне в Европе.
Но в сентябре 1938 года его судьба сделала крутой поворот, забросив технического специалиста в органы Государственной безопасности.
Это были страшные для всей страны годы репрессий и сложный период для советской разведки. "Ежовыми рукавицами" наркома Николая Ежова служба оказалась практически не парализована, а развалена. Нескончаемая охота на ведьм, практически обескровила систему. Дошло до того, что в Главном управлении государственной безопасности (ГУГБ) НКВД СССР (внешняя разведка) практически не осталось квалифицированных сотрудников.
В августе 1938 года первым заместителем Ежова по НКВД СССР и начальником Главного управления государственной безопасности был назначен Лаврентий Берия, к которому с этого момента стало переходить фактическое руководство наркоматом. Разведке срочно требовались новые кадры.
Леонид Квасников так описывал ситуацию, с которой начиналась его непростая служба:
Перед войной разведка была полностью ликвидирована: было много арестов, разгром полный. После моего оформления в отделе научно-технической разведки я обнаружил трех человек. Все новички. А во всех странах в начале войны наших людей было не более 5-6 человек...
Не оставалось времени на подготовку, на вхождение в курс дела. Сразу же требовалось брать быка за рога. Как и во время учебы в аспирантуре он продолжает следить за научными изысканиями западных ученых, среди которых физики с мировым именем: Эрнест Резерфорд, Фредерик Содди, Пьер Кюри, Альберт Эйнштейн и многие другие. И вскоре с удивлением обнаружил, что их имена и работы вдруг пропали из печати. Из массы технических журналов и брошюр исчезло любое упоминание ядерной физики.
Квасников задался вопросом: почему?!
В 1939 году он уже докладывал наверх о своей уверенности, основанной на обрывочных данных, поступавших из-за рубежа, что западные ученые, совершив ряд прорывных открытий, вышли на финишную прямую в создании оружия совершенно нового класса. Теперь же Квасников был уверен, что до появления суперсовременной бомбы осталось совсем немного.
Эти подозрения подтверждали агентурные сообщения. В США Альберт Эйнштейн, эмигрировавший из Германии с приходом к власти нацистов, обратился к американскому президенту Франклину Рузвельту с предупреждением о возможности появления в ближайшем будущем у Гитлера нового оружия на основе атомной энергии, способного уничтожать целые города.
В 1941 году лондонская резидентура передала в Москву документальные свидетельства того, что британское правительство поставило задачу ученым в кратчайшие сроки создать проект ядерной бомбы. О работах над атомным проектом, которые параллельно проходили в Великобритании и США, сообщалось в докладе Черчиллю.
Уже в октябре 1941 года Леонид Квасников доложил обо всем Берия. Но в это время гитлеровцы стремительно прорывались к Москве, и нарком посчитал предоставленные данные умелой дезинформацией немецких спецслужб. Однако все же поручил 4-му спецотделу НКВД, имевшему солидную научно-техническую базу, дать экспертную оценку полученным данным. И там подтвердили, что работа западных ученых представляет реальную опасность для СССР.
В мае 1942 года советский физик-ядерщик Георгий Флёров в письме на имя Сталина настаивал на скорейшем начале работ по разработке атомного оружия, предупреждая:
Будет худо, если Запад опередит нас, а он уже нас опережает...
А уже 20 июня 1942 года в ходе совместной встречи в Вашингтоне Рузвельт предложил Черчиллю перенести разработку ядерной бомбы из Великобритании в США, чтобы избежать возможного ущерба от регулярных налетов люфтваффе на Лондон. И получил согласие.
Когда вереница британских ученых потянулась в США, в Москве всерьез озаботились проблемой.
Квасников писал в докладной на имя Лаврентия Берия, считая целесообразным:
1. Проработать вопрос о создании научно-совещательного органа при
Государственном комитете обороны СССР из авторитетных лиц для
координирования, изучения и направления работ всех ученых, научно-исследовательских организаций СССР, занимающихся вопросом атомной энергии урана.
2. Обеспечить секретное ознакомление с материалами НКВД СССР по урану
видных специалистов с целью дачи оценки и соответствующего
использования этих материалов.
Вскоре после ознакомления Сталина с аналитической запиской был дан зеленый свет на создание так называемой лаборатория № 2 Академии наук СССР, возглавил которую 39-летний Игорь Курчатов. А Леонид Квасников отправился в Нью-Йорк, чтобы возглавить научно-технический отдел резидентуры, основной задачей которого оказался ядерный проект союзников.
И вот опять я остался почти один, - позже вспоминал Леонид Романович Квасников. - Оперативного состава, по существу, не было. Но я отметил двух толковых молодых людей, работавших в других направлениях разведки. Я связался с Москвой и забрал их себе...
Этими двумя оказались Анатолий Яцков и курировавший поставки по ленд-лизу сотрудник советского посольства Александр Феклисов.
Качество и объём полученной нами информации от источников в Великобритании, Канаде и США были крайне важны для организации и
развития советской атомной программы. Подробные доклады об устройстве и эксплуатации первых атомных реакторов и газовых центрифуг, по специфике изготовления урановой и плутониевой бомб сыграли важнейшую роль в становлении и ускорении работы наших атомщиков, потому что целого ряда вопросов они просто не знали, - писал в своих воспоминаниях Павел Судоплатов. - Это, в первую очередь, касается конструкции системы фокусирующих взрывных линз, размеров критической массы урана и плутония, сформулированного Клаусом Фуксом принципа имплозии, устройства детонационной системы, времени и последовательности операций при сборке самой бомбы и способа приведения в действие её инициатора… Атомная бомба в СССР была создана за 4 года. Если бы не разведчики, этот срок был бы в два раза больше…
Руководители "Манхэттенского проекта" во многом сделали ставку на немецких ученых, уже имевших значительную научную базу для будущих изысканий. И это стало ахиллесовой пятой режима секретности. Германский физик Клаус Фукс, не скрывавший своих антигитлеровских настроений, еще в 1941 году добровольно пошел на сотрудничество с советской разведкой. И теперь, работая в «святая святых» — секретной лаборатории в Лос-Аламосе, обеспечил бесперебойный поток совершенно секретной информации. Именно отсюда связная советской разведки Леонтина Коэн позже вывезет чертежи американской ядерной бомбы.
При посадке в поезд пассажиров обыскивали, - рассказывал Квасников. - К ней подошли двое. Эта симпатичная и храбрая женщина умудрилась дать в руки одному из них коробочку с секретными документами, сесть в поезд, а затем сделать вид, что вроде она её забыла и потребовать обратно. Контролёры своими руками передали ей эти материалы...
Осенью 1945 года Леонид Квасников в срочном порядке был отозван из США. Причиной стало предательство сотрудника резидентуры в Оттаве Игоря Гузенко, выдавшего канадским властям (а также британской контрразведке MI5) имена нескольких десятков советских агентов.
Вернувшись на Родину, Леонид Романович продолжал службу в центральном аппарате разведки. После того как в 1949 году успешно прошли испытания советской ядерной бомбы, и в мире установился паритет, её создатели были отмечены государственными наградами. Получил награду - орден Ленина - и Квасников.
На заслуженный отдых он вышел в 1966 году, после чего работал во ВНИИ межотраслевой информации.
Легендарный разведчик ушел из жизни 15 октября 1993 года. Указом Президента России за успешное выполнение специальных заданий по обеспечению государственной безопасности в условиях, сопряженных с риском для жизни, проявленные при этом героизм и мужество Леонид Романович Квасников был удостоен звания Герой Российской Федерации (посмертно).
В 2021 году в городе Узловая Тульской области создан сквер Разведчиков, в котором установлен бюст Леонида Квасникова, а также другой легендарной разведчицы, родившейся в Узловой - Зои Воскресенской (Рыбкиной).
Уважаемые читатели, в связи с проводимой в последнее время Дзеном политикой, ваша помощь - единственный шанс канала на выживание.
Оставить благодарность и поддержать канал можно, нажав на кнопку
"Поддержать" под статьей. Или перейдя по ССЫЛКЕ
Спасибо, что дочитали до конца.
__________________________________
Подписывайтесь на наш канал, чтобы не пропустить интересные материалы. Для этого достаточно нажать на кнопку.
Понравилась статья - с вас лайк))