— Ты вечно всем недовольна, Клава! Мама для нас старается, быт тянет, а у тебя лицо такое, будто мы тебе жизнь испортили! — Максим бросил ключи от машины на тумбочку и с откровенным раздражением посмотрел на жену.
Клава молча стянула сапоги. Она старалась не обращать внимания на въедливый запах дешевой рыбы, который пропитал её однокомнатную квартиру. Эту жилплощадь она купила сама, еще до брака, вложив все свои сбережения. А теперь здесь было не протолкнуться от чужих вещей.
— Максим, это однушка, — ровно ответила она, проходя в комнату. — Моя квартира. А твоя мама сегодня перетащила свою громоздкую швейную машинку и коробки с рассадой на мой рабочий стол. Потому что ей там, видите ли, светлее. Мне теперь где работать? На стиральной машине?
Антонина Павловна тут же выглянула из маленькой кухни, усердно вытирая руки о цветастое полотенце.
— Ой, да какие счеты между своими людьми! — свекровь приложила ладонь к груди, мастерски изображая глубокую печаль уязвленного человека. — Простите меня, старую дуру, что помешала вам. Я же как лучше хотела, чтобы в доме уют был. Завтра же соберу узелок и уеду на вокзал. Посижу там на скамеечке, раз невестке родная свекровь поперек горла встала.
Максим тяжело вздохнул, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень усталости от женских придирок. Он подошел ближе к Клаве и заговорил тихим, назидательным тоном, который ранил гораздо сильнее открытого крика.
— Хватит устраивать пустые скандалы на ровном месте. Мы семья, и всё здесь общее. Мама никуда не поедет, она пожилой человек. А если тебя так сильно раздражает наша компания — дверь вон там. Иди, погуляй, проветрись. Кому ты вообще нужна со своим тяжелым характером? Скажи спасибо, что я с тобой живу.
Клава смотрела на мужа. Не было ни слез, ни желания оправдываться. Она просто поняла, что ей нагло указывают на дверь в её же собственном доме. И спорить с этим было бессмысленно.
Максим снова натянул куртку, явно довольный тем, что его воспитательная речь достигла цели.
— Поеду к ребятам в гараж. Остыну немного. Мать сейчас на рынок за продуктами сходит. А ты посиди и хорошо подумай над своим поведением. Чтобы к нашему возвращению извинилась перед ней. Поняла?
Свекровь взяла свою скрипучую сумку-тележку и, охая на каждом шагу, последовала за сыном. Входная дверь захлопнулась.
Клава осталась одна. Она не стала бросаться убирать разбросанные вещи Антонины Павловны и не пошла мыть посуду. Она достала мобильный телефон и нашла нужный контакт.
Меньше чем через час на пороге стоял крепкий парень с объемным чемоданчиком инструментов. Он деловито осмотрел входную дверь.
— Сделаем всё быстро и аккуратно, хозяйка, — уверенно произнес мастер, доставая аккумуляторную дрель. — Выкрутим старую сердцевину, поставим новую, усиленную. Ни один старый ключ сюда больше не подойдет.
Металл тихо поскрипывал. Клава просто стояла и смотрела, как старый механизм отправляется в мусорный пакет. Вскоре парень протянул ей запечатанную упаковку с пятью новыми ключами.
Она расплатилась, закрыла за мастером дверь и дважды повернула вертушок изнутри. Сувальды плотно встали на место.
Клава прошла на кухню. Открыла окно настежь, впуская свежий вечерний воздух, чтобы выветрить чужие запахи. Достала свою любимую фарфоровую чашку, которую свекровь вечно прятала в дальний шкаф из страха разбить, и заварила чай с чабрецом.
Первой вернулась Антонина Павловна. В коридоре раздалось знакомое шарканье, затем послышался лязг металла. Ключ не входил в скважину. Свекровь начала недовольно дергать ручку.
— Клавдия! — возмущенно донеслось с площадки. — Заело тут что-то! Открывай давай немедленно, я с тяжелыми сумками стою, у меня спина отваливается!
Клава сделала маленький глоток обжигающего напитка, глядя на вечерний город за окном.
Через сорок минут раздались шаги Максима.
— Мам, ты чего тут на ступеньках сидишь? — удивленно спросил он.
— Да не открывается ничего! — пожаловалась Антонина Павловна чуть ли не плача. — Она там заперлась изнутри и издевается! Я уже стучала, а она не отзывается!
Максим с силой дернул дверь, потом ударил по ней кулаком.
— Клава! Открывай немедленно! — его голос сорвался от гнева. — Ты совсем рассудок потеряла? Я кому говорю!
Клава неторопливо поставила чашку на стол. Взяла смартфон и набрала короткое сообщение мужу:
«Ваши вещи я аккуратно соберу в мешки и завтра утром передам консьержке. Если продолжите колотить в мою дверь — вызову наряд полиции. Выписка из ЕГРН на эту квартиру лежит передо мной на столе. Увидимся в суде при разводе».
Нажала кнопку отправки.
За дверью пискнул мобильный телефон Максима. Затем повисла пауза. Было слышно лишь, как где-то на нижних этажах гудит шахта старого лифта. Максим перестал дергать ручку. Свекровь больше не причитала.
Клава сполоснула чашку, подошла к выключателю в прихожей и погасила свет. Завтра предстояло купить большие мешки для переезда. А пока она пойдет спать. Впервые за полгода — на свою кровать.