Начало:
Предыдущая глава:
Первая половина сентября 2025 года. Красноармейское направление. ДНР.
- Маэстро, приём. - Заработала мобильная рация. Я взял её.
- На проводе.
- Есть работа. Цель, бетонный дот. Он мешает нашей пехоте. Записывай координаты.
Я достал из планшетки тетрадку. Да, планшетка у меня, такая же, как была у командиров Красной армии во время Великой Отечественной. Там и карта местности имелась. Командир птичника, как мы называли дроноводов стал диктовать координаты цели. Я записал. Посмотрел на парней из своего расчёта.
- Ну что, казаки, по коням. Есть работа. Бетонный дот разобрать надо.
- Разберём. - Ответил Иван, с позывным "Батя". Наш наводчик. Мужик 55 лет, основательный такой, как уральская скала, родом он с Урала, и не спешный. Всё делает размеренно, но в тоже время не медлит. Как у него так получается, не понятно. При этом всегда приговаривает, что спешка нужна только при ловле блох. И добавляет: "Не суетись, командир". И как наводчик, он просто красавчик. Работает виртуозно, ювелирно, снайперски. Как говорится - глаз-алмаз. "Батя" отец четверых детей и уже дедушка двух внуков. Он по возрасту самый старший в экипаже. Всего в боевом расчёте по штату положено пять человек, но у меня семь. Двое стерегут небо, выполняя задачи ПВО. Такова реальность. Есть у меня в экипаже Исмаил, он с Дагестана. Позывной "Лютый". 46 лет. Многодетный отец. У него их восемь. Пять сыновей и три дочки. Вместе с Егором из Оренбурга стерегут небо. Егор самый молодой, ему 23 года. Ещё не женат. Молчаливый парень, не разговорчивый. Его так и зовём - "Молчун". Есть Равиль из Казани, татарин. Позывной "Артист". Мы с ним одногодки. Женат, двое детей - сыновья. Очень надеется, что третий ребёнок будет дочка. Сыновья есть, нужна дочь, младшенькая, чтобы пацаны не расслаблялись. Смеёмся. Это точно, пацанам расслабляться нельзя. А для этого лучше всего юная мадемуазель подходит, за которой смотреть надо в оба глаза. Или вот Роман из Питера, парень 29 лет. Позывной "Красавчик". И есть за что. Он на самом деле красивый мужик. Такие женщинам особо нравятся. Разведён. Детей нет. Балагур и шутник. С ним всегда весело. Анекдотов знает великое множество. Они с Равилем заряжающие. И ещё есть самый настоящий испанец. Да-да, испанец из Каталонии, Гаспар. Позывной "Зорро". Он кружным путём, через Турцию приехал в Россию, три года назад, когда началась СВО. И пошёл добровольцем. Сказал, что его прадед воевал с фалангистами генерала Франко в тридцатых прошлого века во время Гражданской войны в Испании. И имя у него означало с испанского - "Идущий освобождать". Гаспар с сожалением говорил, что фашистов в Европе становится всё больше и больше. И европейские правительства их поощряют. Что всё повторяется, как в 30-х годах прошлого века. Гаспару 40. В Испании у него осталась жена и дочь. И что не знает, когда теперь вернётся назад домой, так как на Родине ему грозит тюрьма, за то что он воюет на стороне русской армии. Вот если бы на стороне ВСУ, то его никто не тронул бы. Он он ни о чём не жалеет. Гаспар у нас механик-водитель. Ну и я, - Кошевой Артур Игоревич, капитан, командир экипажа и боевого расчёта самоходного миномёта "Тюльпан". Позывной "Маэстро". 40 лет. Женат, двое детей, сын Илья и дочь, Маша. Месяца три назад меня хотели в штаб перевести. Я отказался. Не мог бросить своих мужиков, практически ставших моей семьёй, братьями. Да и что я там в штабе делать буду? Не, лучше здесь. К этому времени имел Орден мужества за бои в двадцать третьем в Запорожье. Это одна из самых уважаемых и почитаемых наград среди военных. Его ещё ласково военные называют "Мужик". Кроме него, две медали "За отвагу" и медаль Суворова. У нас все имели награды. Даже Егор, честно заслужил свою "За отвагу".
Ну и самое главное, это наш "Малой" - самоходный миномёт особой мощности - 2С4 "Тюльпан". Калибра 240 миллиметров. Ирония в названии, ведь такие миномёты есть только у нас, самые большие по калибру и самые мощные в мире. А мы его назвали "Малой". Вообще экипаж дружный, слаженный. Каждый знает своё место и свои обязанности. Всё отработанно до автоматизма. Ну а как ещё иначе? Ведь от этого зависит не только наша работа, но и наша жизнь.
Выдвинулись из лесополосы, где у нас было укрытие. Через пять минут были уже на исходной точке. В боевое состояние развернулись быстро. Исмаил и Егор сразу заняли позиции для ведения огня против дронов. У Исмаила пулемёт ПКМ на легкой турели-станке. У Егора автомат и охотничье ружьё, снаряжённое патронами с дробью. "Малого" зарядили фугасной миной для пробного пристрелочного огня.
- Грач, приём. - Вызвал я главного над птицами.
- На связи.
- Мы на месте. Корректируй.
- Понял. Удаление девять километров. Координаты у тебя есть.
Я продиктовал координаты цели. "Батя" навёлся. Ромка "Красавчик" держал в руках верёвочный фал, закреплённый на затворе миномёта.
- Орудие. Выстрел. - Скомандовал я. Роман дёрнул за фал. Грохот выстрела и металлический звон - дзииинь. Это всегда происходит, когда стреляют из миномёта. И не важно какого он калибра - 82, 120 или 240. Просто от величины калибра зависит громкость и продолжительность этого дзииинь.
- Маэстро, почти попал, небольшой перелёт. - Услышал по рации.
- Понял. - Сообщил "Бате". Зарядили "Малого" корректируемым снарядом-миной "Смельчак". - Орудие! Выстрел!
Миномёт выбросил сноп огня и пороховых газов. И снова "Дзиииинь".
- Маэстро, вы красавчики! Прямое попадание. Разобрали бетонку. Дожги их, чтобы никто там больше не суетился.
- Понял. - Взглянул на парней. - Давайте "Сайду" зажигательную. Выжгем окончательно осиное гнездо.
Зарядили зажигательной миной "Сайда" с напалмом. Выстрел. Дзиииинь.
- Командир, птицы! - Крикнул Исмаил. Заработал его пулемёт на турели. Полетели гильзы.
- "Зорро" уходим. - Дал команду. Миномёт взревел заведённым двигателем. Ствол улёгся на крышу самоходной шасси. Опорная плита поднялась. Всё, "Малой" перешёл в походное состояние. - Все на броню! - Крикнул я. В воздухе раздался взрыв. Это "Лютый" достал дрон-камикадзе. Он быстро сложил турель-треногу и полез на бронь. Я залез последним. Мы двинулись к лесополосе. В небе появилось ещё две "птицы".
- Твою мать. Всё, засекли. - Выругался "Красавчик". Мы держались за миномёт, так как нас на ухабах и кочках подбрасывала. "Зорро" пытался увести "Малого" под защиту зелёнки. "Молчун" открыл огонь из охотничьего ружья. Дроны всё ближе. Стреляли теперь уже все. Вот только тряска сбивала прицел. Первый дрон "Молчун" сбил на подлёте к нам. Метрах в пяти он взорвался. Меня что-то толкнуло в правое плечо. Но я не обращал внимания. Стрелял из автомата по второму. Он как раз заходил на нас. Начал пикировать. "Молчун" перехватил ружье за ствол и навернул по дрону, как дрыном. Взрыв. Егор упал на бронь. Я его удержал, чтобы он не слетел на землю. На лице у него кровь.
- Жив? - Крикнул я. Егор потряс головой. Глаза широко открыты. В руках ствол ружья без приклада. От него только кусок остался. В этот момент мы заехали в лесополосу. Сверху нас прикрыла листва деревьев. Доехали до укрытия. Загнали туда миномёт. Быстро растянули и накрыли его дополнительно маскировочной сеткой. Потом проследовали в нашу землянку. Равиль остался на улице, в качестве боевого охранения. Я поддерживал "Молчуна". Посадил его на лавку в землянке. - Ты как, Егор?
- Нормально, командир. В ушах звенит только. - Он опять потряс головой.
- Умойся, Егор. Тебе по щеке шоркнуло. Рома, аптечку давай. Обработать надо.
Обработали щеку Егора зелёнкой и наложили пластырь. Ранение не сильное. Можно сказать царапина. Только шрамчик останется на всю жизнь. У меня у самого саднило плечо. Я снял бронник. Тактическая майка в этом месте намокла. Исмаил осмотрел мне плечо.
- Тебя тоже зацепило, Артур. - Сказал он.
- Это раньше, когда Егор первый дрон сбил. - Снял майку. В плече была аккуратная круглая ранка, откуда бежала кровь. Я поморщился.
- Сейчас, командир. - Сказал Исмаил. Взял спирт и промыл рану. Потом вытащил из своей аптечки пинцет. - Терпи, брат. - Я терпел. Он сначала нащупал осколок, потом вытащил его. Это оказался шарик от подшипника. Поражающий элемент. Исмаил мне и Егору поставил по уколу против столбняка и вообще от заразы. Плечо мне забинтовали. Роман смотрел на нас с Егором. Усмехнулся.
- Егорка, а ты чего птицу ружьём, словно веслом долбанул? - Спросил он Молчуна.
- Патроны кончились.
- Зато по нашему, словно оглоблей по хребтине. - Добавил я и мы все нервно рассмеялись. У нас шёл откат. Адреналин постепенно успокаивался в крови.
- На этот раз нормально отскочили. Без потерь. Разные царапины не в счёт. Да, Маэстро? - Спросил меня Роман. Я в ответ тоже усмехнулся. Кивнул ему. - Анекдот хотите? - Как всегда в подобных ситуациях спросил "Красавчик".
- Рассказывай, хохмач. - Махнул я рукой. Он рассказал. Посмеялись. Ждали обед. Его должны были подвести в термосах. Я достал фотографию. Смотрел на неё. С фото мне улыбалась Инга. Рядом с ней сидел Илюшка. Инга держала на руках годовалую дочь, Машку. И если Илья тоже улыбался, то доча смотрела в объектив камеры недовольно. Я сам улыбнулся. Провёл кончиками пальцев по фотографии. Машка... Она результат поездок Инги ко мне, когда нас выводили на ротацию. Я сразу звонил ей и она бросив всё прилетала ко мне. Пусть на несколько дней, но они были нашими. Снимали номер в гостинице и почти не выходили оттуда. Только в ресторан или кафе, поесть. Иногда гуляли с ней. Но потом опять в отель. Мы словно вновь становились молодожёнами не могли насытиться друг другом. Инга и улыбалась и плакала. Нет, я и в отпуск приезжал, один раз за всё время. Мне его дали после ранения. Это было в двадцать третьем, в Запорожье, когда отбивали так называемый контрнаступ ВСУ. Сколько там техники их сожгли, кошмар. Бои шли ожесточённые. Там и первые потери у нас были. Этот миномёт у нас уже второй. Первый потеряли в Запорожье. В него дрон попал. Была серьёзно повреждена гидравлика. Еле доехали на нём до своих. Миномёт увезли на ремонт. А мы, спустя неделю получили новый, с хранения. Только я об этом узнал уже в госпитале. Меня в том бою тоже серьёзно зацепило. Месяц пролежал в госпитале. Когда выписали, дали отпуск. Сначала к матери заехал. Она не знала куда меня усадить и чем накормить, в хорошем значении этого слова. Тоже ревела, обнимая. С Егором Владимировичем выпили за победу, за парней, что сейчас там, за тех, кто уже не вернётся. А после поехал домой в село. Дедушка умер спустя восемь месяцев после того, как я ушёл на фронт. Уснул вечером, а утром не проснулся. Побывал на кладбище. Посидели там с Ингой и бабулей. Помянули. Я помнил его слова, что лёгкой прогулки не будет. Так это и оказалось. И всё же Машка именно результат поездок Инги ко мне. Сказала, что забеременела, когда приезжала ко мне в декабре, перед Новым годом. Успела провести со мной три дня... М-да, три дня наполненные лаской, нежностью и бешеной любовью. Думал кровать в гостинице сломаем. Результат - белый одуванчик с синими глазами. Фактически, копия матери. Только улыбка у дочки и лоб были моими.
- Что, Артур, на своих смотришь? - Услышал я. Парни стояли рядом, смотрели. Я даже и не заметил, так погрузился в воспоминания, глядя на фото. Я кивнул.
- Красивая у тебя жена, командир. - Сказал Роман. С ним все согласились.
- И дети красивые. - Добавил Исмаил. - Скучаешь, Артур?
- Скучаю. А ты разве нет, по своим?
- И я скучаю. Сын старший, Муса тут написал, тоже хочет пойти сюда. Я ему сказал, что пусть лучше идёт в военное училище. Правильно же?
- Правильно, Исмаил. Пусть учится. На его век тоже этого хватит... Знаете, мужики, а ведь у нас с Ингой сегодня годовщина свадьбы. - Сказал я, глядя на фото.
- Сколько? - Спросил Батя.
- Десять лет. Круглая дата. Дома бы сейчас стол накрыли. Гостей позвали.
- Ничего, командир. Накроешь и позовёшь. После. - Произнёс Батя. - Я со своей Анной вот уже почитай тридцать годков вместе. Так что, десять лет, это считай вы только жить начали и всё у вас ещё впереди, Артур. - Я кивнул. Роман взял гитару. Он хорошо играл. Пару месяцев назад притащил её откуда-то. Сел, стал наигрывать. Знакомая мелодия. И пел Красавчик так же хорошо.
Дымилась роща под горою
И вместе с ней горел закат…
Нас оставалось только трое,
Из восемнадцати ребят.
Как много их, друзей хороших,
Лежать осталось в темноте.
У незнакомого посёлка,
На безымянной высоте.
У незнакомого посёлка,
На безымянной высоте...
Мы слушали. Молчали. Каждый из нас о чём-то задумался. Батя сидел, покусывал свой тронутый сединой ус. У него были длинные усы. Егор смотрел на Романа. Исмаил закрыл глаза, откинувшись на стенку землянки и перебирал чётки, которые всегда носил с собой. Гаспар вроде смотрел на Романа, но взгляд его был устремлён куда-то далеко. Постепенно Роману стали подпевать, сначала Батя, потом Егор. Гаспар, Исмаил и я.
Мне часто снятся все ребята,
Друзья моих военных дней.
Землянка наша в три наката,
Сосна, сгоревшая над ней.
Как будто вновь я вместе с ними,
Стою на огненной черте.
У незнакомого посёлка,
На безымянной высоте.
У незнакомого посёлка,
На безымянной высоте.
Последний куплет мы пели уже все.
- Хорошо, Красавчик поёт. - Услышал я голос Равиля. Он стоял у выхода из землянки. - Эх, мне бы такой голос. Я бы своей Джамиле такие серенады бы пел.
- Так спой! - Засмеялся Роман. - Вот приедешь и спой.
- Ты с ума сошёл? Чтобы она испугалась и убежала, а соседи из психушки неотложку бы вызвали? Нет у меня голоса и медведь мне на ухо наступил. Но я люблю, когда кто-то красиво поёт. Командир, там обед прибыл.
- Ну наконец-то. - Радостно воскликнул Роман и повесил гитару на стенку. Потёр ладонями друг о дружку. - Пора бы и червячка заморить. А то, что-то проголодался я.
- А ты всегда голодный, Рома. Натуральный желудок. - Усмехнулся Батя.
- Да, есть грех у меня такой. Люблю вкусно и хорошо поесть. Эх в какие я рестораны ходил в Питере! Красотища! А какие женщины там со мной были...
- Могли бы и сами готовить. Продукты то есть. - Сказал я.
- А кто готовить будет? - Спросил Батя. - Нет, у нас есть спецы, вон Исмаил, например. Вот только приказ в любой момент придёт и всё, погнали. И пока на выход ходим суп убежит, али каша сгорит. Продукты у нас так, перекусить по быстрому. Разогрел и всё. А хочется супчика, борща или рассольника горяченького. Вот вечером можно сготовить, да Рома? - Батя посмотрел насмешливо на Красавчика.
- Не вопрос. - Улыбаясь ответил он. - Глазунью с беконом могу сварганить.
- Да иди ты, Рома, со своей глазуньей. Где ты на всех сковороду такую найдёшь? Да и бекон твой. Он же из свинины, а Исмаил и Равиль свинину не едят. - Покачал головой Батя. Оба мусульманина засмеялись, глядя на Ромку. Но тот не растерялся. Всё так же зубоскаля ответил:
- Ну тогда бы мне больше досталось.
- Ну ты и шельма, Рома. - Смеясь ответил Иван.
В землянку заглянул один из посыльных из продслужбы.
- Здорово, мужики.
-Здорово, Андрей. Что привёз? - Спросил его.
- Сегодня суп-рассольник с говядиной. - Сказал он. Все опять засмеялись Андрей удивлённо посмотрел на нас.
- Батя, как ты угадал про рассольник? Тебе как по заказу. Как в ресторане. - Сказал я.
- Служба тыла шарит! - Добавил Роман. Потом ели горячий суп из термосов. После макароны с говяжьим гуляшом. На третье чай со свежими булочками. Только хотели вздремнуть, как поступила новая вводная.
- Маэстро. Вы как там? Приём? - Разродилась рация.
- Нормально. Только что пообедали. Так что всё отлично.
- По рокадной дороге к гарнизону движется колона техники. Подкрепления к ним идут. БТР, бронемашины и танк. Надо накрыть. Гаубицы сейчас по другим целям работают. А если одними птицами накроем, весь их личный состав по лесополке разбежится и всё равно просочится к гарнизону. Не надо дать им пройти. Так что без вас никак. Приём?
- Я понял. - Сказал в рацию.
- Исходный рубеж 300. Оттуда вы их достанете гарантированно. Координаты я укажу. Выдвигайтесь. И я пару-тройку дронов-перехватчиков к вам пошлю, чтобы вас лишний раз вражины не беспокоили.
- Задача понятна. Выдвигаемся. - Встал, парни тоже. - По коням, казаче. Всё сами слышали. Вперёд.
Я ещё раз посмотрел на фотографию. Я Машку то, дочку свою, в живую ни разу не видел. Только на фото и на видео, которое мне Инга привозила. А так хотелось её увидеть, на руках подержать. Вдохнуть её детский запах. На шее поносить. Мне даже иногда такое снилось. И ещё Инга стала намекать в нашу последнюю встречу, что пора бы и за третьим сходить. Ну что же, родная, сходим. Куда мы, с тобой, денемся!
Как обычно, я последним заскочил на броню. "Малой" взревел двигателем и мы выкатились из лесополосы. Впереди была работа. Тяжёлая, опасная, но это работа, от которой никуда не денешься.
Рома, сидя на броне, тихо запел:
А не спеши ты нас хоронить,
А у нас ещё здесь дела.
У нас дома детей мал-мала,
Да и просто хотелось пожить.
У нас дома детей мал-мала,
Да и просто хотелось пожить...
И это не конец. Всё закончится тогда, когда наступит мир и тишина...
А не спеши ты нас не любить,
А не считай победы по дням.
Если нам сегодня с тобой не прожить,
То кто же завтра полюбит тебя.
А если нам сегодня с тобой не прожить,
То кто же завтра полюбит тебя...
Ссылка на мою страничку на платформе АТ
https://author.today/u/r0stov_ol/works
Ссылка на мою страничку на Литнет
https://litnet.com/ru/oleg-rostov-u652331
Ссылка на мою страничку на литературном ресурсе Букривер (Bookriver) https://bookriver.ru/author/oleg-rostov