Начало:
Предыдущая глава:
Ещё полтора года спустя...
Вторая половина марта 2022 года.
Я вернулся из города после обеда. Там надо было кое-какие дела сделать. Заодно проверил ассортимент наших фирменных магазинов, как это принято говорить. Магазины были не большие. Там продавали исключительно нашу продукцию. Чуть больше года назад, когда мы вернулись из Турции, Инга вечером предложила мне идею, открыть сеть магазинов, только для нашей продукции. Потом неделю считали с ней, прикидывали, что, да как. Решили запустить пробный проект. Взяли в аренду два небольших помещения в городе. Там открыли, после ремонта, наши магазины. Неожиданно, они оказались очень популярными. Продавали мы там свою продукцию без посредников, напрямую. А значит и цены были гораздо ниже. К вечеру всю продукцию уже разбирали. Иногда оба магазина закрывались даже раньше по времени, так как торговать просто было нечем. В итоге, открыли ещё два в разных районах города. С этого момента мы стали сокращать поставки в крупные торговые сети, и больше сосредотачиваться на своей торговле. Вот и сегодня, по просьбе Инги ездил смотрел ещё одно помещение, как раз под наш магазинчик. Потом ещё кое-какие дела сделал.
Приехав, загнал машину во двор. Весна всё больше и больше вступала в свои права. Я прошёл в дом к деду с бабулей. Да, мы с Ингой жили уже отдельно. Хотя далеко и не уезжали. Да мы вообще от моих стариков не уезжали. Полгода назад закончили строительство и отделку уже нашего дома, рядом с дедовским. Аккуратный коттедж, двухэтажный. С двумя лоджиями и панорамными окнами в холле. Мы специально такой построили, так как хотели расширения семьи. Увеличения её. Инга тогда полгода назад сказала, когда справили новоселье, что пора сходить за вторым, а потом и за третьим. Хочет, чтобы дом наполнился детскими голосами, смехом, возьнёй. Даже пусть детскими ссора и спорами. Но пока был только один - Илюшка наш. Ему скоро пять. Ходит в детский сад. Так решила Инга. Да, у нас даже открылся детский садик, для работников агрофирмы. И Илья ходил туда с удовольствием. У него и друзья с подружками там появились. Инга работала. Много работала. Постоянно моталась по полям, по производству, по фермам, свинарникам, точнее по двум уже свинарникам. По птичникам, где выращивали куриц, гусей, перепёлок и индюков. Я когда смотрел на это птичье царство, как-то шутя предложил Инге открыть страусиную ферму до кучи. Посмеялись с ней. Но через неделю после этого, вечером, когда ложились спать, она сказала:
- Артур, а это не плохая мысль.
Я даже сначала не понял, о чём она, так как благополучно забыл про свои слова. А она их запомнила. Но пока только решает. Опять считает, прикидывает плюс к минусу.
Сегодня, как я и говорил, приехал домой, но зашёл не к нам с Ингой, а к деду с бабушкой. Дед сидел и смотрел телевизор. Он за последний год сдал. Всё чаще у него стала болеть та, давняя рана, полученная в Африке и казалось бы уже давно зажившая, зарубцевавшаяся. Но нет, такое бесследно не проходит. Он оглянулся, когда я вошёл.
- Здравствуй, деда.
- Здравствуй, Артур.
Я прошёл и сел с ним рядом на диван. Тоже стал смотреть телевизор. На Украине уже шли бои.
- Смотришь? - Спросил его.
- Смотрю.
- Как думаешь, на долго это? - Задал вопрос, глядя на экран.
- Надолго. - Ответил он.
- Почему ты так думаешь?
- Увидишь. Сейчас их накачают оружием, техникой и деньгами, и всё, понесётся хрень по кочкам.
Я молчал, глядя на экран. Дед тоже. Минут пять молчали.
- Говори, Артур. - Наконец, сказал дед.
- Я подписал контракт с министерством обороны, деда. Сам подписал. В военкомат заезжал.
- Когда надо быть? - Простой вопрос. Ничего лишнего, просто "когда надо быть?"
- Через три дня. Послезавтра надо будет форму получить. Ну я думаю, что ещё что-то докупать придётся. - Я замолчал. Дед положил свою широкую натруженную ладонь мне на плечо. Сжал его.
- Значит ты сделал свой выбор?! - Даже больше не спрашивая, а утверждая, сказал он. Я кивнул, не глядя на него. Всё также смотрел на экран телевизора. Некоторое время мы опять молчали. - Артур. - Я посмотрел на него. - Я тебя не дождусь, внук.
- Почему не дождёшься? Перестань, деда...
- Помолчи. Слушай, что я тебе скажу. Моё время вышло. Я давно должен быть на погосте. Ещё тогда. Но только бабка твоя отмолила меня в своё время. Вот я и коптил все эти годы этот свет. Но всему есть начало и конец. Мой конец близок. Но я ни о чём не жалею. Я прожил, Артур, хорошую жизнь. Долгую. Любил самую лучшую женщину и был ею любим. Сына народили с ней. Жаль детей у нас больше с Катюшей не получилось. Но так видно Богу виднее было. Зато ты родился. А сейчас и Илюшка, правнук мой. Не прервался род Кошевых. И не прервётся. - Он некоторое время молчал, глядя куда-то, куда я заглянуть пока ещё не мог. Потом спросил меня. - Куда пойдёшь?
Я понял о чём он.
- В артиллерию. Всё же военная кафедра у нас в институте была по этой части. Я же, как бы лейтенант запаса.
- Артиллерия, это хорошо. Боги войны. Моё пожелание тебе. Не суй голову свою по напрасну куда не попадя. Кураж нужен только в нужное время и нужном месте. Будь внимателен, крути головой на все триста шестьдесят градусов. Лёгкой прогулки не будет. Сейчас там с их стороны много идейных. Их перековывали последние, как минимум, 40 лет.
- Сорок? Почему сорок? Сорок лет назад ещё Советский Союз был.
- Я знаю, что тогда было. Но я тебе говорю, что их ещё тогда перековывать начали. Я сам это в восьмидесятые видел, особенно на Западной Украине. Не додавили их в своё время, вот и расползлась эта зараза вновь, как тифозные вши. И эти идейные будут воевать до упора. Вот их вам и надо будет перемолоть в труху. Чем больше, тем лучше.
- Я понял, деда.
- Дай бог. Инга знает?
- Нет ещё. А где бабуля?
- Курей кормить пошла. Сейчас придёт. А Галя, мать твоя знает? - Спросил дед.
- Тоже ещё не знает. Никто не знает. Тебе первому сказал. - Ответил ему. Он кивнул.
- Скажи, сегодня. И жене, и матери. Галя поймёт. Да и Инга твоя тоже. Сомневался я в ней, но она правильной бабой оказалось, хоть и заполошной. Достань в из буфета шкалик. Налей себе и мне. - Я достал. Дедов самогон. Поставил на стол две рюмки. Налил. Из холодильника достал тарелку с нарезанным салом. Мы выпили с дедом молча. Закусили. - Артур. - Я взглянул на него. - Не подведи род Кошевых. - Я кивнул.
- Я постараюсь, деда.
Пришла бабуля. Посмотрела на две рюмки на столе. На тарелку с салом и на шкалик. На нас с дедом.
- Что это вы?
Я молчал, глядя на бабушку. Дед вздохнул.
- Кать, Артур уходит, через три дня. - Он кивнул на экран телевизора, где всё ещё говорили о специальной военной операции. Бабушка побледнела. Прикрыла рот ладошкой, другой рукой нащупала кресло позади себя и села в него.
- Как же так то? - Тихо проговорила она. - А Галя? А Инга? А Илюша?
- Так они тут останутся, ба. - Сказал я и сделал шаг к ней. Она встала на ноги. Обняла меня и уткнулась мне в грудь. Заплакала и тихо запричитала. Я её тоже обнимал. Гладил по платку на её голове. - Бабуль, не плачь. Всё будет нормально. Я вернусь. Обязательно вернусь.
- Катерина. - Повысил голос дед. - Чего завыла белугой? Словно заранее хоронишь мне мужика! Ну-ка прекрати, Катерина.
Позже позвонил Инге.
- Алё, Инга, ты где?
- Алё, Артур? Ты уже вернулся?
- Вернулся.
- Я в Прохоровке. Бывшее колхозное поле смотрим с Юрой и Антониной Васильевной. Восстанавливать тут надо всё. Заросло. Деревья выше человеческого роста. Ты же помнишь, я заявку подавала на покупку этих полей. Мне ответ сегодня пришёл. Звонили из области. Насчёт покупки, там не всё просто. Но предложили взять в аренду на 49 лет. Я думаю, что это не плохое вложение капитала. Считай на наш век хватит. Мы там рожь посадим. Ржаные караваи у нас хорошо идут, Артур... - Она только успевала тараторить. Я усмехнулся. Прервал её.
- Инга. Возвращайся.
- Артур... Что-то случилось?
- Просто возвращайся. Я дома. Илюшу заберу из садика. Я тебя жду.
- Да, хорошо. Сейчас приедем.
Вызов прекратился. Дед кивнул мне. Бабушка тихо всхлипнула и пошла готовить ужин. Я сходил и забрал из садика сына. Он мне рассказывал, что они делали сегодня днём. С кем он играл. Я его слушал и улыбался.
Инга приехала через полтора часа. Всё же дорога. Всё таяло. Дорогу развезло. К подворью подъехал джип Инги. Весь грязный. Она заглушила его и выскочила. На ней были джинсы, кофта, куртка и резиновые сапоги. На голове вязанная шапочка. Быстро прошла в дом к дедушке с бабушкой. Илья сидел и собирал пазлы, которые я ему привёз из города. Он очень любил с ними возится.
- Мама! Смотри, папа мне пазлы привёз! - Крикнул он, когда Инга зашла в дом. Она взглянула на него, улыбнулась. Потом посмотрела на меня. Я сидел рядом с сыном на полу. Продолжал работать телевизор, где шёл новый репортаж из зоны боевых действий. Дед сидел на диване. Взглянул на Ингу. Но промолчал. Из кухни вышла бабуля. Вытерла краем платка слёзы на глазах.
- Артур?! Что случилось? Степан Иванович?
Я встал, подошёл к ней.
- Инга, родная, ты только не волнуйся. - Обнял её за плечи.
- Что, Артур? Не пугай меня.
- Я был сегодня в военкомате. Подписал контракт с министерством обороны. Дали три дня на сборы. После завтра надо получить обмундирование и амуницию. Ещё кое-что докупить придётся.
Инга побледнела. Глаза расширились. Она обмякла, словно из неё вытащили стержень. Я успел её подхватить. Усадил на диван. Она молчала, просто смотрела на меня. Я тоже молчал. Смотрел на это бесконечно любимое лицо. Мы просто оба молчали, глядя друг на друга. Вот она подняла руку. Коснулась моей щеки.
- Ты уже всё решил. - Услышал её тихий голос.
- Да. - Так же тихо ответил ей. - Потому, что это дело мужчин. Не женщин.
- Почему?
- Потому, что мы воюем, а вы рожаете. Извини за пафос. Я не могу иначе. Я же Кошевой.
- А я?
- А ты останешься здесь. Будешь вести и руководить большим хозяйством, от которого зависят многие люди. Растит сына. И ждать меня. Я вернусь, Инга. Не бойся. Я обязательно вернусь. Я не могу не вернуться к вам. Я ведь вас так сильно люблю.
- Я тебя тоже. - Она подняла на меня свои изумительные синие глаза. В них были слёзы. Я поцеловал их. Она обхватила мою шею руками. Мы целовались не обращая ни на кого внимания. Бабушка ушла на кухню. Дед молчал. Илюша тоже. Просто сидела на полу и смотрел на нас. Он ещё маленький. Ещё не понимает.
Матери я так в этот день не позвонил. Решил сам заеду к ней, когда буду в городе. Инга на эти три дня полностью выбыла из рабочего процесса, посвятив всё своё внимание мне. Страстно любила ночью, до закушенных губ, до стона и до слёз. Плакала, но ничего не говорила. Я гладил её по голове. Целовал её лицо, её тело.
- Скажи мне, Артур, - спросила она на следующую ночь после того, как я сказал, что ухожу на СВО, - почему люди воюют? Что не хватает? Почему нельзя жить в мире? Рожать и растить детей? Радоваться солнцу, жизни?
- Потому, что натура у человека такая. Обязательно надо сделать другому плохо. Ограбить, убить. Забрать то, что ему не принадлежит. Заставить других жить так, как ему надо. А если кто-то не хочет этого, то гору ему. Вот и приходиться таких учить. Часто кроваво, так как по другому такие не понимают, пока собственными кровавыми соплями не умоются, не понимают. Но даже и тогда не понимают. Просто уползают в свои норы, зализывают свои раны и ждут подходящего момента, чтобы вновь выползти на свет божий. Сеять вокруг скверну, разрушения, смерть и тлен. Поэтому, нам мужчинам и приходится браться каждый раз за оружие.
- Почему вам, мужчинам? А женщинам?
- Женщина на войне, это противоестественно, Инга.
- Почему?
- Я же сказал, потому, что война удел мужчин. Так всегда было. Потому, что кровь женщины священна. Потому, что только в вашей крови сплачивается младенец, а не в нашей. Вы дарите жизнь, а мы отбираем её.
- А ваша кровь? Кровь мужчин, разве не священна?
- Нет. Именно поэтому она и льётся больше всего. Её не жалко, как вашу. Знаешь, как ещё на Руси говорили?
- Как?
- Главное чтобы баб хватало. Будут они, значит нарожают ещё мужиков, воинов, солдат. Не важно, сколько мужчин погибнет, главное, чтобы женщин больше осталось. А значит и народ сохранится, а не исчезнет. Те народы, которые не смогли сохранить своих женщин, исчезли во тьме времени. О многих уже даже и память стёрлась. Посмотри на историю нашей страны. Сколько раз у нас мужиков выкашивало, как косой. В иных селениях оставались только женщины, детки малые, да старики убогие. И что? Проходило время и на смену погибшим вставали новые. И так из века в век, из поколения в поколение. А потому, что вас смогли каждый раз сохранить.
- Да ты у меня, Артур, философ. - Она улыбнулась.
- А у нас в России все мужики философы. Каждый по своему, но философ. - Я тихо засмеялся. Инга тоже, пусть и сквозь слёзы, которые постоянно были у неё на глазах. Стала целовать меня. И я её...
Матери я сообщил о уходе на СВО через день, когда приезжал в военкомат за обмундированием. Получив его поехали с Ингой к ней. Жена не оставляла меня одного ни на минуту. Все дела легли на Юрку, Остапыча и Антонину Васильевну, нашего главного бухгалтера, а по новому заместителя генерального директора по финансам. Все всё понимали. Тем более, из нашего теперь уже посёлка, в который постепенно превратилось село, уходили на СВО ещё мужики.
Мама смотрела на меня, прижав руки к груди.
- Значит пошёл той же дорогой, как и твой дедушка и твои прадеды? - Сказала она. Я кивнул.
- Я же Кошевой, мама. - Обнял её. Поцеловал в макушку. Они тихо заплакала, уткнувшись мне в грудь. И только сейчас я понял. Как она постарела. Стала какая-то маленькая, худенькая...
Мы стояли и прощались на вокзале. Тут был губернатор, мэр и ещё чинуши разного калибра. Губер и мэр толкнули патриотические речи. Потом прощание. Я обнимал Ингу. Она цеплялась за меня. Илюшка залез мне на руки.
- Папа. Ты вернёшься? - Спросил он.
- Вернусь. Дождёшься меня? - Он кивнул.
- Папа, а у тебя будет автомат?
- Будет. Как же в армии и без автомата? Какой же я солдат после этого? - Я улыбнулся и поцеловал его в щёку. Он обнял меня своими ручонками и прижался своей нежной щёчкой к моей колючей. Тут же была и мама. И Егор Владимирович. С дедом и бабушкой я простился ещё там, в посёлке.
- Удачи тебе, Артур. - Сказал он, обнимая меня.
- Я буду молится за тебя, внучек. - Сказала бабушка, тоже обнимая меня. - Мы все будем молится.
Поселковые мужики тоже пришли проводить меня. Там, к деду на подворье.
- Артур, мы присмотрим за всем. Ты не беспокойся. - Сказал Юра...
На перроне появился мой тесть. Он в эти дни уезжал куда-то на Дальний восток. Я даже не думал, что он приедет. Но приехал. Подошёл к нам. Поздоровался с моей мамой. С Егором Владимировичем они пожали руки. Андрей Георгиевич смотрел на меня.
- Успел... Ты мог бы и не ходить, Артур.
- Не мог, Андрей Георгиевич. - Ответил ему. Он кивнул.
- Понимаю. - Протянул мне руку. Я пожал её и мы обнялись.
- Береги себя, Артур. Не забывай, моя дочь и мой внук будут ждать тебя. Ты муж и отец. Инга очень тебя любит. Если честно, то не ожидал я от неё такого. Но что есть, то есть. Не подведи их. О них не беспокойся.
- Спасибо, Андрей Георгиевич...
Инга шла по перрону за набирающем постепенно ход поездом. Смотрела мне вслед. Я смотрел из окна на неё. Все остальные остались там, на перроне. А она всё шла и смотрела на меня...
Окончание:
Ссылка на мою страничку на платформе АТ
https://author.today/u/r0stov_ol/works
Ссылка на мою страничку на Литнет
https://litnet.com/ru/oleg-rostov-u652331
Ссылка на мою страничку на литературном ресурсе Букривер (Bookriver) https://bookriver.ru/author/oleg-rostov