Машина ручной сборки, машина, которая в производстве стоила очень, очень дорого. Машина, которая была выпущена очень ограниченным тиражом. И это не какой-то автомобиль для миллионеров, это наша родная Волга. А именно ГАЗ 22 универсал.
Конечно же, мы нашли Волгу, хотя если честно, её никто и не прятал, в Музейном комплексе гражданской и военной техники в Верхней Пышме. Что мы знаем про ГАЗ 22? Первое и самое главное, этот автомобиль не собирались выпускать. О нём даже не думали, проектируя Волгу ГАЗ 21. Но! Товарищи доктора сказали, что им жизненно необходима скорая помощь. Новая!
С новой они погорячились сильно. Волга уже выпускалась с 1956 года. И в производстве на момент запроса от Министерства здравоохранения на дворе стоял 1960 год, а это значит, что уже выпускалась вторая серия ГАЗ 21. Та, что с акульей пастью. И вот по свидетельствам отдельных причастных к созданию автомобиля лиц — седан и двухобъёмный кузов (изначально фургон, а не санитарка) разрабатывались параллельно в рамках «второй серии» автомобилей.
Машина уже устоялась на конвейере, а тут — давайте срочно универсал? Почему? Всё банально. Врачи неотложки в те годы ездили на ГАЗ 12 ЗИМ, а его снимали с производства. Короче, спохватились не вовремя.
И такое началось! Чтобы из седана сделать универсал, надо было полдела начинать заново, а именно проектировать корму от средней стойки.
То есть спереди была вторая модель 21 Волги, а дальше!
А дальше — творчество и та самая ручная работа. Двери свои, задние крылья — это вручную удлинённые оригинальные, оконные проёмы свои! Крыша? Это отдельная мука для заводчан. Вы размер её видите?
На ранних автомобилях крыша состояла из двух частей, шов между которыми обильно опаивался свинцово-оловянным припоем для герметизации. Потом стали делать цельную с боковыми проштамповками для жёсткости. Забыл отметить, что пока думали, как начать производство, в серию пошла уже Волга третьей серии. Та, которая с китовым усом. Это был 1962 год.
Все кузова для 22-го делали из кузовов 21. Они с конвейера изымались и увозились на дополнительный, пятый сварочный кондуктор и отдельный производственный участок. И вот там уже происходила сварка и сборка. Потом готовый продукт возвращали на основную сборку, чем вносили сумятицу в налаженный процесс производства. Если говорить про подвеску, она, несмотря на ряд источников, не изменилась, а вот на гражданском универсале задняя подвеска была усилена, на санитарке — для пущей плавности хода заднюю подвеску оставили от седана. Да и не было смысла усиливать, нагрузки то больше не стали. Вот и всё.
Откроем заднюю дверь. Она двухстворчатая, распашная. Вместимость багажника достигает почти двух с половиной кубометров, а грузоподъёмность — четыреста килограммов. Теперь тут обитает фельдшер и пациент, и ещё кто-то. Сразу скажу — из-за низкого потолка что-либо с больным делать крайне сложно. Но в целом ряд необходимых операций совершить получится.
Для медперсонала — два откидных сиденья. Левая часть отдана под носилки, которые с определённым умением очень неплохо выкатываются и закатываются, фиксируясь мощным упором. Чемоданчик с медикаментами располагался на площадке за крайним креслом. Вот и вся медицинская подготовка машины.
Тут есть столик у врача и переговорное устройство системы «дырка с крышкой».
А где запаска? Запамятовал, вам её показать. Открываете дверь — и ву а ля! Через эту дверь только колесо доставать. Снизу — в подполье — домкрат и всякий скарб.
Ещё одна особенность санитарок — решётка радиатора, китовый ус — окрашена в белый цвет. Не хромированная, а именно белая. Хотя хрома тут всё ещё неприлично много. Но это очень красиво и гармонично. Ещё добавьте фараискатель и на крыше — дополнительная фара со знаком «Красный крест» — обязательный атрибут медтехники тех лет.
Про мотор говорить сильно особенного нечего. Тот же агрегат. Что и у 21 Волги. Четыре цилиндра. Мощность — 75 лошадок. Степень сжатия — 6,7 в расчёте на применение бензина А-72. Допускается использование бензина А-76. Максимальный крутящий момент — при 2200 об/мин 170 Н·м. Блок цилиндров — литой, алюминиевый, с чугунными гильзами мокрого типа. ГРМ — никаких цепей, никаких ремней. Шестерёнки и толкатели клапанов от распредвала.
Салон. Белый, белый. Всё, как во всех Волгах 21-й серии. Сиденья — раздельные, не диван.
Комбинация приборов — это произведение искусства, заслуживающее место на полке, как арт-объект. Под прозрачным колпаком — стрелка спидометра.
Музыки нет. И правильно — не на карнавал клиента везёшь. В теории тут можно установить радиостанцию для связи диспетчера подстанции скорой помощи и врача.
Движок сразу не выпускает все 70 коней в поле. Нагонят по десяточкам. Он тихоходный, моментный. Сразу впрягается в работу, немного завывая на высоких. Трогаться с ним — одно удовольствие. Всё прощает. Разгон до ста — около полуминуты, 35 сек. Привод задний, и нет, нет. Да, дрифтанешь чутка, пока хранители музея не видят. Хотя они всё видят.
Любопытный факт. В те годы в Европе универсал практически никто не выпускал. Не модно было. Не было их, но делали из седанов. Кареты скорой помощи за железным занавесом строили сторонние ателье, как спецтехнику. Поэтому с натяжкой можно сказать, ГАЗ 22Д был более серийный, чем другие.
Знаете, сколько выпустили ГАЗ 21 за 14 лет производства? 596 274 автомобиля, это, не считая ГАЗ 22. А вот санитарок — 12 тысяч, и примерно 13 тысяч простых универсалов. Как я упоминал, производство ГАЗ 22 обходилось заводу и государству почти в две стоимости. Но из-за необходимости медицинских учреждений в данных машинах мы могли себе позволить их производить. Все 22-е уходили на предприятия, в частные руки «золотые Волги» не продавались.