— Дарья, ты чё, глухая? Лейку в зубы — и на грядки! У нас тут не дом отдыха, а ты не пансионерка! — громко заявила Зинаида Федоровна, упирая руки в бока.
Дарья замерла с тяжелой тяпкой. Спина ныла после четырех часов прополки под палящим солнцем. Обида жгучей волной отозвалась в груди, мешая дышать. Эти выходные она планировала провести в тишине, восстанавливаясь после изматывающей рабочей недели.
Вместо этого Андрей привез ее на дачу к матери. Обещал шашлыки и сон на свежем воздухе, а на деле Дарье вручили инвентарь и отправили на плантации. Сам муж вальяжно устроился в кресле под яблоней, не отрываясь от экрана телефона и игнорируя нападки матери на жену.
— Зинаида Федоровна, я с утра не разгибаюсь, — ответила Дарья. — Может, Андрей тоже поучаствует? Это ведь ваша общая дача.
Свекровь презрительно скривилась:
— Сын на производстве устает! Ему нужен отдых. А женская обязанность — старшим помогать. Иди помидоры поливай, иначе без ужина останешься!
— Я тоже работаю, — напомнила Дарья, чувствуя, как внутри закипает гнев. — Причем зарабатываю больше вашего сына. И все продукты на эти дни покупала я.
Андрей лениво потянулся в кресле:
— Даш, ну не начинай. Сделай, что мама просит, и всё. Вечно ты скандалы на пустом месте раздуваешь.
Эти слова стали точкой невозврата. Десять лет Дарья старалась быть понимающей: оплачивала крупные покупки, давала деньги на ремонт этого самого дома, терпела упреки. Руки мелко задрожали от осознания собственной глупости, но она заставила себя глубоко вдохнуть. «Хватит», — пронеслось в голове.
Дарья отбросила инструмент, подошла к бочке и зачерпнула полную лейку. Зинаида Федоровна победно усмехнулась, решив, что невестка подчинилась. Но Дарья направилась к парадной клумбе с элитными гладиолусами — гордостью свекрови. Она молча перевернула лейку, выливая мощный поток воды в самый центр ухоженных цветов.
Земля размылась, луковицы обнажились, а тяжелые стебли рухнули в жидкую грязь. Результат многомесячного труда был уничтожен за мгновение.
— Ты что творишь?! — закричала свекровь. — Мои коллекционные сорта!
Андрей вскочил, выронив телефон:
— Даша, ты в уме? Зачем ты цветы испортила? Быстро исправь всё и извинись перед матерью!
— Я просто поливаю, как просили, — спокойно ответила Дарья. — А теперь слушайте: бесплатное обслуживание вашей семьи закончено.
Она направилась к дому. Андрей кричал что-то вдогонку, но она не оборачивалась. В сумке лежал файл с документами. Эту дачу Дарья купила на свои добрачные сбережения и оформила на себя. Свекровь предпочитала об этом не помнить, считая участок «родовым гнездом».
Выйдя на крыльцо с бумагами, Дарья произнесла:
— Я уезжаю. А вы оставайтесь и думайте над своим поведением.
— На чем ты уедешь? — хмыкнул Андрей. — До станции пять километров пешком, автобусов нет. Попсихуешь и вернешься.
— Уеду на своей машине. А вы пойдете пешком к электричке.
Она нажала кнопку на брелоке, и фары кроссовера моргнули. Лицо мужа вытянулось — он привык, что жена всегда возит его с комфортом.
— Даш, ну ты чего? — его тон сразу стал заискивающим. — Пошутили и хватит. Поехали домой.
— Домой я поеду одна. И кстати, документы на участок у меня. В ближайший месяц я выставлю дачу на продажу. Мне этот огород не нужен.
Зинаида Федоровна начала хватать ртом воздух:
— Это моя земля! Я в суд подам!
— Подавайте. Только по документам вы здесь — временные гости, которые злоупотребили гостеприимством. Собирайте вещи, пока новые хозяева не выставили вас вон.
Дарья завела двигатель и выехала на дорогу. Всю дорогу она чувствовала удивительную легкость. Десять лет она тащила на себе этих людей, а нужно было просто один раз обозначить границы.
В городе Дарья первым делом собрала вещи мужа — все его рубашки и снасти уместились в несколько пакетов, которые она оставила у консьержа. После чего она написала заявление об аннулировании пропуска Андрея на территорию жилого комплекса. Поскольку он не был прописан в её квартире, закон был полностью на её стороне.
Утром Дарья в светлом платье поехала в ЗАГС. Подача заявления на развод заняла пятнадцать минут. На выходе она сделала селфи с документом в руках на фоне вывески учреждения.
Вечером Андрей, добравшийся на перекладных, попытался пройти к лифтам, но путь ему преградил охранник, сухо сообщив, что доступ закрыт. В этот момент телефон Андрея пискнул. Это было фото Дарьи из ЗАГСа с короткой подписью:
«Подала на развод. Твой пропуск аннулирован, вещи — у охраны. Больше меня не беспокоить».
Андрей медленно опустил руки. До него дошло: беззаботная жизнь за чужой счет закончилась. Ему пришлось забирать баулы и ехать к матери.
А Дарья сидела на балконе с лимонадом, наслаждаясь тишиной. Впереди была новая, независимая жизнь, где больше не было места манипуляторам.