Во время Второй мировой войны гитлеровские войска использовали баллистические ракеты А‑4 (Aggregat‑4), известные как «Фау‑2» (V‑2). Это оружие не просто доставляло тонну взрывчатки на расстояние до 300 км — оно могло поднимать грузы на высоту более 100 км, то есть фактически «заглядывало» в космос.
После разгрома Германии американские и советские инженеры отправились изучать технологии А‑4. А энтузиасты космонавтики начали думать, как использовать немецкие ракеты для полётов человека.
Британский проект «Мегарок»
В Великобритании Ральф Смит и Гарри Росс из Британского межпланетного общества (British Interplanetary Society) предложили проект «Мегарок» (Megaroc). По сути, это была доработанная А‑4 с отделяемой герметичной кабиной пилота, вес которой равный 586 кг был рассчитан так, чтобы обеспечить её подъём до примерно 304 км. Кабину собирались снабдить парашютной системой, приборами для изучения атмосферы и радиокомплексом. Перед полётом пилот должен был надеть стандартный высотный костюм с собственными воздушным баллоном и парашютом на случай аварии; после старта он мог наблюдать за окружающим пространством через иллюминатор и перископ.
23 декабря 1946 года авторы проекта обратились за финансированием к министру снабжения Великобритании — но получили отказ.
Советский проект ВР‑190 («Победа»)
В СССР похожую идею выдвинули инженеры‑ракетчики Михаил Клавдиевич Тихонравов и Николай Гаврилович Чернышёв. В середине 1945 года они разработали проект ВР‑190 («Победа»).
На трофейную А‑4 предлагалось установить герметичную кабину для двух пилотов (с использованием опыта создания гондол довоенных стратостатов). На вершине траектории кабина отделялась от ракеты за счёт подрыва соединительных пироболтов. На спуске парашют раскрывался, а двигатели мягкой посадки включались электроконтактной штангой. Стабилизация в разрежённой атмосфере осуществлялась маленькими реактивными двигателями.
Авторы проекта обратились напрямую к Сталину. В июне 1946 года министр авиационной промышленности Михаил Васильевич Хруничев подготовил докладную записку с предложением реализовать проект. План включал даже изготовление 10–15 корпусов ракет.
Хруничев отмечал, что опыт работы с немецкими ракетами есть только у Тихонравова, поэтому уложиться в запрошенные конструкторами два года вряд ли получится. Сталин инициативу одобрил, но проект так и не сдвинулся с места из‑за разногласий между авторами и Министерством авиапромышленности. В итоге от ВР‑190 отказались.
Ещё одна попытка: письмо Сотникова и Сердцева
20 апреля 1948 года Л. Д. Сотников и Б. И. Сердцев направили Сталину письмо с предложением построить ракетный самолёт с отделяемой кабиной для полёта на высоту 100 км.
«Зная Вашу отеческую заботу о советской технике и науке, обращаемся к Вам с предлагаемым проектом полёта на ракетоплане в высшие слои атмосферы для её изучения, и бесспорен тот факт, что этот полёт углубит и расширит наше познание природы на благо нашей Родины»
Сотников даже готов был сам пилотировать аппарат.
Проект перенаправили маршалу авиации Константину Андреевичу Вершинину. Тот дал отрицательный отзыв, аргументировав это тем, что изучать атмосферу эффективнее с помощью автоматических приборов на баллистических ракетах.
Практические шаги: от А‑4 к Р‑1
Тем временем научные исследования шли полным ходом. Сотрудники Специального конструкторского бюро завода № 88 (СКБ НИИ‑88) под руководством Сергея Павловича Королёва испытывали немецкие А‑4 на полигоне Капустин Яр.
В ноябре 1947 года они разместили в головных частях немецких «изделий» измерительное оборудование, сконструированное учёными Физического института Академии наук. А дальнейшая работа привела к дальнейшему развитию А‑4 — ракете Р‑1.
Продолжение следует
Подписывайтесь на канал — не пропустите новые интересные статьи! А алгоритм Дзена поможет вам находить ещё больше увлекательного контента!